Мнения

«Калечинки» — прощать, идолов — в Днепр

Андрей Рудалев в продолжение статьи Захара Прилепина «Давайте жить розно»

  
6518
«Калечинки» - прощать, идолов – в Днепр
Фото: Марина Лысцева/ ТАСС

Очень не люблю такие слова как разлад, распад, разложение, рознь. В свое время этот рычащий вихрь накрыл большую страну, казавшуюся слитной и дружной, перемешал в ней все, поставил с ног на голову.

Рознь заразна, она приходит из никуда, но в никуда не исходит. Это ржавчина. У группы «25/17» есть отличная одноименная песня, раскрывающая ее действие. Это разложение появляется скромной неброской краснотой. Попускаешь ее, и незаметно она съедает все, что еще недавно казалось прочным, основательным.

Вот мы уже четверть века живем атакованные термитами того триумфа розни. Пытаемся привести голову в порядок, раскладываем все по полочкам, но опять из ниоткуда появляется червоточинка и вновь производит смешение, внушает сомнения в очевидном и важном, делает туманными и контуженными головы.

Рознь — неправда, ложь. Это подобие, обезьяна правды. Ты ее допускаешь, и она цепляется за тебя своим абордажным крюком, желая превратить в дальнейшем в осколки, порушить. Ложь ведь в начале воспринимается таковой, а когда ее кубометры… Эта толща ила покрывает собой все, входит в привычку.

Рознь пробирается тогда, когда кроха сын не пришел к отцу и ничего у него не спросил, а отец и не готов был ответить, потому как сам ничего не знает. Когда не произошло этой встречи, этого поколенческого диалога, то им можно будет что угодно говорить. Что 2×2 равняется пяти или стеариновой свечке. Что добро, если посмотреть под другим углом, вовсе и не является таковым, а зло при внимательном рассмотрении вполне может оказаться премилой штукой.

Рознь — когда белое можно назвать черным и наоборот. И тебе за это не стыдно. Да и чего стыдиться — это ведь чисто по приколу. Можно, к примеру, распиаренного садиста и убийцу-наводчицу приравнять к Зое Космодемьянской. Что с того? Эти же люди в свое время лили ушаты грязью на Зою, кто им запрещает обвалять ее еще раз?..

Надо отдавать отчет, что мы до сих пор находимся в ситуации оккупации теми деструктивными энергиями, которые восторжествовали в стране четверть века назад. Если они сейчас не так очевидны — еще ничего не значит.

Говоря о розни, всегда следует осознавать опасность попадания в ее сети. Нельзя умножать ее, она сама нашептывает соблазны этого умножения. В никуда не исходит, а лишь усиливает свое дело разложения. Производит новые трещины и дробит осколки.

Не о розни следует говорить. Надо становиться духовной крепостью — обителью, выстраивать храм общности — собирать полк. Ширить единящее начало, которое вытеснит идолов розни и сбросит их в Днепр.

Проявления энергий розни — это те самые «калечинки», о которых поет Александр Ф. Скляр в своем новом альбоме «Ястреб». Как сказал сам музыкант в одном из интервью, идею песни он подсмотрел в биографии Леонида Леонова, которую написал Захар Прилепин.

«Любая человечинка / Имеет свою калечинку/ Но эту калечинку / Нужно не спешить толкнуть ногой», — таков припев и основная идея песни «Калечинка». Очень важное заключение «не спешить толкнуть ногой». Этот толчок — работа розни, распада, она разлагает и падающего и толкающего.

«Калечинки» надо уметь прощать, ведь человек слаб, а в слабости подл. Не стоит отпускать его в этой слабости, не давать возможность проявления подлости.

Нужно иметь знание об этой «калечинке», начинать излечивать ее, иначе она приобретет неоперабельную форму — «свою Родину — душу предать» — станет не следствием, а источником, рассадником розни. Родина это не только территория, а общность, духовная традиция, подвижнический путь вверх. Без нее человек неполный, с трещиной. Таким же становится и общество.

Скляр передал очень важное ощущение сопричастия внутреннего мира человека, его микрокосмоса и большого внешнего космоса. Человек не осколок, не блуждающий атом, отделенный от всего прочего, он единосущен своей Родине, которая в этом единстве становится его душой, а все вместе — световым столбом, обращенным к небесам. Музыкант раскрывает философию единства, которая является духом отечественной традиции: человек ведет свою жизнь-битву в составе полка, где и Бог, и ангелы, и святые, и братия. Путь вверх пронизывает все и всех, соединяет — это солнечный луч и ветер, поднимающий вверх. Это единство становится сияющим, светоносным. Предательство, открывающее рознь выбрасывает человека из этой целокупности, делает по-настоящему увечным, производит тьму. Необходимо стремиться к достижению этого переживания единства, состояния полка.

Все эти эмоции возникли после прочтения колонки Захара Прилепина «Давайте жить розно». Захару приходится ругаться. И его можно понять. Но следует объяснить ситуацию. Его слова «никакой дружбы больше не будет», отказ «имитировать благорасположение». Ведь может возникнуть резонный вопрос: а как же «калечинка»?

Не о розни стоит говорить, а об идолах, стереотипах и инерции восприятия, облученной кривдой.

У нас со времен тотальной розни остались многочисленные идолы, которые заспамили наше сознание, наше мировосприятие. У нас их до сих пор принято чтить.

Все упирается в «принято считать». Например, условная Улицкая — эталон этики, а условный Прилепин — образчик скандальности. Проштамповали так и повторяют. Традицию подменяют антитрадицией. И сколько Прилепин не будет повторять, что его образ мысли и поведения в полной мере отражает традиционный отечественный культурный код — ему будут говорить о дикости и воспринимать его суждения, как будто старые молью изъеденные валенки вытащили из дальнего чулана. Будут чихать. Потому как восприятие это происходит через призму «калечинки», и антитрадиция сформировалась, когда эти «калечинки» бесчисленно множились и возводились идолы-истуканы.

Так у нас повелось, что либералов пестуют. Не пытаются изменить, а лелеют их «калечинку». Они внушают комплекс неполноценности. Это важно в деле управления массами, чтобы они не возомнили о себе, чтобы головы шибко не задирали. С другой стороны, отечественный либерал — это игра на экспорт. Посмотрите, мы такие же как и вы, передовые, давно преодолели тьму родовых предрассудков и валенки свои закинули на поветь…

Эмоции Захара понять можно. Все его старания периодически отдают донкихотством. Чтобы не впасть в отчаяние, он и идет на обострение.

Но это ведь тоже традиционная отечественная поведенческая модель, ведь ее составляли далеко не только нестяжатели-молитвенники. В его страстных речах — дух православного подвижника, ратующего вовсе не за рознь, а ведущего жесткую полемику с языческим зловерием, с искажениями и ересями.

Это страстный полемический и воинственный дух государственника Иосифа Волоцкого, Максима Грека. Прилепин также обличает ереси и пишет публицистикой своего «Просветителя». Преподобный Иосиф писал, что не принимает покаяние еретиков и отступников, обреченных на смерть, в силу их неискренности. О грехах следует «сказать прежде, не дожидаясь обличающего и осуждающего». Разве это не про то, что «дружбы больше не будет»?

Тот же Иосиф Волоцкий приводил свидетельство Иоанна Златоуста о том, что «не следует или ненавидеть какого-либо человека или творить ему зло, даже если это нечестивый или еретик, — до тех пор, пока мы не получаем от него душевного вреда».

Прилепин видит этот вред, говорит о нем. Это уже не «калечинка», а идолы-истуканы, которые следует сбросить в Днепр, куда их и послал в свое время равноапостольный князь Владимир. Следует преодолеть инерцию контртрадиции, говорить не о розни это, а о крепости.

«Калечинки» — прощать и излечивать, истуканов — в Днепр.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Павел Грудинин

Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»

Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня