Мнения

Опыт различения палача и хирурга

Станислав Смагин о допустимых границах государственного насилия

  
4287
Акция памяти по погибших в Доме профсоюзов прошла в Одессе
Акция памяти по погибших в Доме профсоюзов прошла в Одессе (Фото: Zuma/ ТАСС)

О. Всеволод Чаплин и в роли официального глашатая РПЦ регулярно, что называется, поднимал волну в информационном пространстве, а нынче, не обремененный статусом и соответствующими условностями, вообще стал одной из самых ярких фигур отечественной общественно-политической жизни. Вот и во вторник достопочтенный протоиерей в эфире «Эха Москвы» напомнил, что законное применение государством и обществом силы против своих врагов не противоречит христианским канонам. Руководство радиостанции почти сразу после эфира приняло решение объявить Чаплина персоной нон грата, а о. Всеволод, выразив недоумение данным решением, вновь подчеркнул: «Государство имеет не только право, но и обязанность менять законы и применять их так, чтобы опасные террористы и заговорщики были остановлены. История с Майданом на Украине, попытка путча в Турции прекрасно показывают, что опасность внутреннего врага существует и с ним надо бороться силой, в том числе фатальной».

Я вполне разделяю позицию о. Всеволода. Сказанное им особенно актуально в связи с четвертьвековым юбилеем ГКЧП и нанесшего ему поражения первого русского Майдана во главе с Ельциным; хотя, может быть, и не первого, если считать от декабристов, так далеко не первого, для ясности будет — стартового в новейшей российской истории. Я далек от абстрактного гуманизма, от идеи, что жизнь любого человека важнее всех вместе взятых на свете вещей. Я считаю, что есть ценности, ради которых стоит убивать, и выживание общества и государства — среди них.

Читайте также

Но есть что-то, сильно меня по сему поводу грызущее и сверлящее. И это что-то — события на земле Донбасса и одесская Хатынь 2 мая 2014. Я и до выступления протоиерея два года периодически задавался страшным вопросом: «А как бы отнесся к совершению такого моей стороной?». Не будем априорно отбрасывать вероятность такого злодеяния от наших (наши, в предельно расширительном смысле, это пресловутые 86% в Российской Федерации и сторонники Русского Мира за ее пределами), дескать, невозможно онтологически и баста. Как говорилось в одном классическом произведении, «есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам». Попробую показать на примерах, почему такое злодеяние в русском исполнении доселе не наблюдалось и вряд ли будет примечено в будущем, тем паче после выступления Чаплина ехидный вопрос «так вашим можно, а нашим нет?» наверняка прозвучит от необандеровцев и их российских симпатизантов, каковые группы, впрочем, давно слились в единое целое.

Я, понимаю, что с точки зрения киевской хунты и ее сторонников (ох, опасное это дело для широкодушного русского человека — пытаться мыслить «объективно» и «над схваткой», слишком велик риск дойти до оправдания врагов и людоедов) сожженные одесситы это «сепаратисты» и «враги нации». Пусть так. Примем за гипотезу. Но. Эти враги были 1) безоружны 2) заведомо беззащитны в замкнутом пространстве, при попытке вырваться из которого их добивали (об этом чуть дальше) 3) «наказание» абсолютно несоразмерно «преступлению». Погибшие были действительно максимум «сторонниками федерализации» и Русского Мира в его культурно-языковом измерении. Движение за Одесскую народную республику к началу мая ощутимо сбавило обороты, в отличие от Донбасса, где люди уже реально захотели полностью вырваться из удушающих объятий страны, в одночасье превратившейся из злобноватой мачехи в концлагерь. Сторонники ОНР, разумеется, никуда не делись, но в первую очередь люди хотели просто говорить по-русски и не орать, упившись горилки, про «сало уронили — героям сала!» и «Бандевич Шухера — герои Украины!». В России с некоторых пор существует антисепаратистский сегмент законодательства, по мнению многих, весьма несовершенный и своем острием направленный не на этнических партикуляристов, а на их противников. Откровенно необоснованным данное мнение не назовешь. Однако же… понимаю, что сравнивать людей, уже вошедших в русскую историю героями-мучениками, с разного рода маргиналами немного неуместно, но представьте, что у нас бы патриоты-государственники при благосклонном молчании властей сожгли бы собрание безоружных широпаевцев, «ингров» или борцов за упоминание казаков как отдельного этноса в листах всероссийских переписей… Вот и я не могу представить.

Второй момент — это информационный фон. В Китае, скажем, нет никакого культа «победы над мятежниками на Тяньаньмэнь», там как раз всячески блокируют воспоминания о тех событиях. Для них это скорбный инцидент, не вызывающий никаких радостных эмоций, пусть и продиктованный необходимостью. Да, оно до сих пор служит суровым предупреждением внутренним врагам государственности, но чтобы воспевать его и радостно отмечать годовщины… Даже у нас ельцинский режим, расстреляв «вроде как мятежников» в Белом Доме (на самом деле антиконституционным мятежником был сам Ельцин, но для чистоты эксперимента оттолкнемся от противоположной версии), умудрился не делать из этого события победного культа. Да, в фильмах и передачах, посвященных очередной годовщине черного октября, ельцинские министры и силовики скупо говорят о необходимости жестких мер в те дни, напоминают о Баркашове, Макашове etc., но это не выходит за рамки самооправдания, очевидно, что гордости у большинства нет и в помине. Радость от того, как «наши танки намотали на гусеницы большевицкие кишки», остается уделом неадекватных либерал-маргиналов, гозманутых и новодвороватых шехтманов, остальные отделываются расплывчатыми размышлениями о «трагических события, которые, конечно, имели виновных, и это был не Ельцин, но все равно такое повториться не должно».

Сопоставьте с «культом сожжения», массово возникшем у жовто-блакитных незалежников как на почти официальном, так и на общественном уровне! Символично, что и вышеупомянутые новодворские гозманы через границу радостно поддержали этот хор, лишний раз показав свою омерзительную сущность. И последнее. На Тяньаньмэнь регулярные войска прервали земной путь некоего количества условно-безоружных людей. Условно — потому, что прекрасно известно, что протестующие были отнюдь не столь мирными и безобидными, как принято считать. Ну, пусть будут безоружными, мол, автомат и граната против танка и не оружие вовсе, хотя сожгли тогда правительственной бронетехники не один и не два десятка единиц. В любом случае, тех людей вычеркнули из числа живущих без какого-то дополнительного издевательства, по законам войны. Справедливости ради, это в каком-то смысле можно сказать даже о черном Октябре-93. Белый дом расстреляли, его защитников потом достреливали на полигонах и в разных закутках, но до изощренных издевательств — во всяком случае, массовых — ельцинисты все-таки не опустились, не перешли тонкую грань между палачами и открытыми маньяками-изуверами. А там, где перешли — радостно об этом на весь мир не голосили, наоборот, постарались скрыть и до сей поры скрывают. И сравним с Одессой…

Сочетание этих трех факторов — несоответствия кары деянию, вопиющей демонстративной жестокости при осуществлении этой кары и громкой демонстративной же глумливой радости от содеянного — выводит одесское массовое убийство из числа стандартных карательных акций, осуществленных разными государствами или поощряемыми государством активистами. В христианских странах раньше даже солдат, вернувшихся с войны против внешнего противника, на время поражали в церковных правах. Убийство же собрата по крови и почве, пусть даже врага и предателя, тем паче поводом для напыщенной гордости и радостных прибауток не было, особенно в мирное время, или не в мирное, но за пределами зоны боевых действий. Тарас Бульба не скакал от радости, покарав Андрия. Для постмайданного же украинского режима и его сторонников Одесса стала чем-то большим, чем наказание «сепаров». Это была инициация, рождение на крови новой украинской нации и государства.

Читайте также

Вряд ли могу записать себя в яростные поклонники П.А.Столыпина, но лучше него насчет отличия крови на руках хирурга от крови на руках палача не высказался никто. Собственно, могу лишь повторить этот трюизм. А раз уж разговор изначально шел о теме вынужденного насилия в христианской системе координат, видоизменю его соответствующим образом. Нужно отличать Иисуса, несшего нам не мир, но меч, от толпы, бешено улюлюкающей «распни!», и умывающего руки Пилата. Как по мне так, так их сложнее перепутать, чем различить.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Константин Блохин

Эксперт Центра исследования проблем безопасности РАН

Леонид Ивашов

Президент Академии геополитических проблем

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня