Мнения / Кино и театр

Мольер против сноса пятиэтажек

Наталья Барабаш о том, как опасны могут быть классики

  
2632
Комедийная пьеса Мольера "Тартюф"
Комедийная пьеса Мольера «Тартюф» (Фото: Russian Look/Global Look Press)

Пошла на Мольеровского «Тартюфа» просто потому, что подруга подарила билет. Про театр на Малой Бронной давно ничего не слышала. Спектакль не новый.
Ну, правда, Сухоруков. Ну, правда, мой любимый Мольер.

Начало спектакля ничего особо не предвещало. Истошно кричали молодые актеры, изображая нахлынувшие чувства. Я этого не люблю.

Хороша был служанка Дорина (Агриппина Стеклова) — рыжеволосая веселая фурия. Прекрасен Оргон (Александр Самойленко) — этакий милый, интеллигентный, совсем не тупой, а чересчур доверчивый увалень. Сухорукова долго не было, а как-то сразу чувствовалось, что режиссер Павел Сафонов в этом спектакле — не орел. Профессионал, конечно. Но не орел.

И тут Мольеровский текст стал сам пробиваться через некоторую актерскую скороговорку. Вот просто актеры вроде уходят вдаль, в темноту, и оттуда уже быстро-быстро проговаривают какие-то реплики.

А текст будто сам нахально выскакивает на авансцену. И звучит. И звучит.
Вот Оргон прямо кипит от негодования, когда его здравомыслящий шурин смеется над фарисейскими выходками Тартюфа: любящего вкусно есть, волочиться за хозяйкой дома, прибирать к рукам чужое богатство, но на людях — смиренного богомольца.

Читайте также

— Опасные слова. Вы, шурин, вольнодумец.
Вы вольномыслием давно заражены.
Я вам твердил сто раз, понять бы вы должны,
Куда вас приведет столь скверная дорога.

Тот отвечает:

— Все вам подобные — а их, к несчастью, много —
Поют на этот лад. Вы слепы, и у вас
Одно желание: чтоб все лишились глаз.
И потому вам страх внушают каждый зрячий,
Который думает и чувствует иначе, —
Он вольнодумец, враг! Кто дал отпор ханже,
Тот виноват у вас в кощунстве, в мятеже…

Ну и хмыкаешь, конечно. Или вот этот же Клеонт бурчит себе:

— Зачем мы разуму дать не желаем веры?
И почему нигде, ни в чем у нас нет меры?
Порой наш замысел прекрасен и велик,
Но начинаем мы рубить сплеча — и вмиг
Переусердствуем и добрую основу
Испортим, извратим… Но это так я, к слову.

А вспоминаются бесконечные разборки в фейсбуке…

Или хотя бы вот это…
 — Лжеправедники есть, как есть лжехрабрецы
Бахвальством не грешат отважные бойцы,
А праведники, те, что подают пример нам,
Не занимаются кривляньем лицемерным.
Ужели ж разницы для вас нет никакой
Меж верой истинной и верой показной.

Но тут на сцену выходит Сухоруков — Тартюф. И что вам сказать. Бывают же актеры от Бога, которые врываются веселым огненным вихрем, и все, вы пропали, вы уже захвачены его обаянием и будете с детским восторгом следить за каждым его движением. И смеяться. И вслушиваться. А он будет резвиться и любовно властвовать вашими душами. Дурачиться и корчить рожи. И выращивать своего персонажа у вас на глазах в такое сильное хамоватое зло.

И какое же это прекрасное зрелище — явление таланта народу.
И спектакль вслед за ним понесется, и вылетит в прекрасную высь на плечах этих трех атлантов, потому что Самойленко со Стекловой все же очень хороши. Ну и Мольер. И Мольер. Как, как он в своем 1664 году мог написать пьесу, которую в каждую эпоху ты слушаешь даже с некоторым страхом — так актуально звучит.

Я помню, как смеялись и замирали мы от «Тартюфа» во МХАТе в советские времена: с великолепным Любшиным, и Вертинской. Как ловили каждую их реплику — про всеобщую ложь, фарисейство…

А сейчас хохочешь, и думаешь: ай да Мольер, ай да сукин сын! Он еще и снос пятиэтажек в Москве предвидел! По крайней мере, когда судебный исполнитель стал выселять из квартиры семью Оргона, зал хохотал на каждой реплике. Судите сами. Как вам такой диалог:

Г-н Лояль (пристав):

— Передаю вам предписанье
Незамедлительно очистить это зданье.
Всю вашу движимость, всех домочадцев — вон.

Оргон: — Что? Выселить? Меня?

Г-н Лояль:

— … Я смею уповать, благоразумья глас,
Глас осторожности подскажет вам любезно,
Что правосудию перечить бесполезно…

… Сколько бы ни стоил этот дом,
Дороже было б вам прослыть бунтовщиком,
И вы исполните свой долг перед законом,
Как людям надлежит почтенным и смышленым.

Г-н Лояль

— Но я отсрочку вам даю.
Хоть мог бы действовать суровей по закону,
До завтрашнего дня и пальцем вас не трону.
Но не прогневайтесь: ночь проведу я тут.
Со мною и мои подручные придут —
С десяток молодцов. По форме все, чин чином.
Сдадите перед сном вы от дверей ключи нам,
И будем мы нести охрану до утра.

То есть идут века, мелькают страны, а методы выселения не меняются…

Читайте также

Ну и наконец на следующей реплике пристава зал просто зааплодировал:

— Все делаю для вас, ведь люди мы, не звери.

Опасные эти классики. Такого понапишут — что прошло более четырех веков, а хоть снова их запрещай! Даже выход в финале посланца милостивого короля, который только один все и решает и может выселение отменить, ситуацию не спасет.

А спектакль хороший. Живой. Лично кричала «Браво!» вместе с бешено аплодирующей публикой. Жаль, Мольер нас не слышал…

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Трухачёв

Политолог

Олег Смирнов

Заслуженный пилот СССР

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
10 лет Свободной Прессе
Игорь Курдин
Игорь Курдин

Регулярно читаю «СП». Благо, есть что читать. И — о чем подумать, а иногда и поспорить мысленно с экспертами по той или иной проблеме. Вот это очень важно, мне кажется, — «разбудить» в читателе мысль, помочь ему разобраться в новостных потоках, иногда «накрывающих» буквально с головой, как тот девятый вал у Айвазовского. «Свободной прессе», считаю, это удается. Ещё бы побольше разнообразия в темах!.. Ну и нас, моряков, не забывайте, в том числе, уже отслуживших. Семь футов под килем!

Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня