Мнения

Железобетонный всадник

Егор Холмогоров об экологической истерии и рациональном преобразовании природы

  
1693

Знаете, чего мне хочется сегодня? Сегодня мне хочется под грохот Иуды-хотя-и-не-предателя-а-апостола посмотреть в глаза всем тем, кто все 1980-е годы мешал строительству Дамбы в Финском заливе. Послушать под вой урагана, всех тех, кто завывал тогда на Ленинградском ТВ в услужливый микрофон Беллы Курковой: «Дамба не нужна, она вредна, она погубит экологию залива, её роль в защите от наводнений — миф».

Если кто-то из читателей вдруг не знает механизма воспетых в «Медном Всаднике» Санкт-Петербургских наводнений, то он довольно прост — сильный западный ветер Финского Залива нагоняет волны, которые физически препятствуют водам в устье Невы впадать в залив. Образуется «пробка», уровень воды поднимается и может приобрести катастрофические масштабы, как в наводнение 1824 года, которое и описал Пушкин.

Ужасный день!

Нева всю ночь

Рвалася к морю против бури,

Не одолев их буйной дури…

И спорить стало ей не в мочь…

Поутру над ее брегами

Теснился кучами народ,

Любуясь брызгами, горами

И пеной разъяренных вод.

Но силой ветров от залива

Перегражденная Нева

Обратно шла, гневна, бурлива,

И затопляла острова.

Погода пуще свирепела,

Нева вздувалась и ревела,

Котлом клокоча и клубясь,

И вдруг, как зверь остервенясь,

На город кинулась. Пред нею

Всё побежало; всё вокруг

Вдруг опустело — воды вдруг

Втекли в подземные подвалы,

К решеткам хлынули каналы,

И всплыл Петрополь как тритон,

По пояс в воду погружен.

«Дамба», или официально, Комплекс защитных сооружений, в «закрытом» состоянии, когда через нее невозможен проход кораблей, гасит большую часть волн и пробка не образуется или становится значительно меньше. На волне экологической паники, которая была сильна в годы перестройки, протестовавших против «неэкологичной и бесполезной дамбы» едва не послушались. Строительство было приостановлено более чем на десятилетие.

«Авторитарный режим» строительство возобновил. Уж не знаю, сколько на ней было распилено, но в 2010 году «Комплекс защитных сооружений» был сдан в эксплуатацию, а в ноябре 2011 впервые официально включен для защиты. Разница была поразительна — часть городской территории за дамбой (по счастью не жилая, а парковая) просто утонула на глубину в три метра. Уровень Невы не поднялся даже до официального порога наводнения — 160 см. выше ординара. В декабре того же 2011 порог наводнения все-таки был превышен на 10 см. Подмыло выходящие непосредственно на Залив районы города.

Масштаб бедствия, которое мог бы принести с собой в эти дни «Святой Иуда», если бы не существовало дамбы, трудно даже вообразить. Прогнозируемый подъем воды в Петербурге мог бы составить 2 м 60 см. по ординару. Это было бы 15-е по силе из 312 Петербургских наводнений. Затопленными оказались бы Константиновский дворец, Летний сад, подвалы Эрмитажа, Петропавловская крепость, Морской порт, Адмиралтейские верфи, Кировский завод, шесть станций метрополитена. Проще говоря — город Петра, Пушкина и Путина утонул бы.

Осада! приступ! злые волны,

Как воры, лезут в окна. Челны

С разбега стекла бьют кормой.

Лотки под мокрой пеленой,

Обломки хижин, бревны, кровли,

Товар запасливой торговли,

Пожитки бледной нищеты,

Грозой снесенные мосты,

Гроба с размытого кладбища

Плывут по улицам!

Народ

Зрит божий гнев и казни ждет.

Увы! всё гибнет: кров и пища!

Где будет взять?

Реальный уровень по ординару составил 131 см. На пиковых точках в Финском заливе дошло дело до 2 метров. Другими словами наводнения не случилось. Совсем не случилось.

Эта история заставляет нас сделать несколько очень жестких выводов.

Во-первых — о «политических экологах» (актуальная для нашего общества проблема). Экология — это прекрасно, когда ученые, все взвесив и проанализировав дают нам советы, как бы сделать так, чтобы самим себе не навредить. «Экология» как истерический фетишистский (экофашизм) культ «естественности» — смертельно опасна.

Человек — существо нежизнеспособное в естественной среде. Человек — глубоко «противоестественное» существо. Жизнь каждого из нас стопроцентно зависима от искусственной среды, которую мы вокруг себя формируем. Начнем c поджаренного на огне мяса — всем советую замечательную книгу американца Рэнгэма «Зажечь огонь», показывающего, что без термообработки пищи энергозатраты организма на её переваривание увеличиваются так, что никакой умственный прогресс человечества был бы невозможен — всю нашу энергию вместо мозга поглощал бы кишечник. Закончим создаваемым человеком искусственным климатом — одеждой, теплыми жилищами, системами центрального отопления. Затейки «политэкологов» по этой части, на что я уже указывал, обсуждая вопрос об Арктике, ведут только к тому, что мы просто не доживем ни до экологичности, ни до демократии. Умрем от холода.

История с дамбой показывает нам, что экологичные призывы к отказу от вмешательства в природу надо оценивать едва ли не более критично, чем инженерные планы по преобразованию природы. «Естественность» для человеческого общества зачастую означает смерть. Поскольку именно смерть и разрушение в нашем падшем мире наиболее «естественны». Мы могли бы уже это понять, сравнив результаты августовских Амурских наводнений. В России, где существовала система гидрозащитных сооружений, никто не погиб. В Северном Китае, наводнение на притоках того же Амура, унесло жизни десятков людей — по крайней мере так пишут в интернете.

Рационально произведенное преобразование природы — это благо, а не зло для человека.

Второе предостережение, которое посылает нам история с дамбой — это опасность зависимости государства от «общественного мнения» и от «гражданского общества». Если бы «общественников» и «активистов» продолжали бы слушаться, то сегодня петербуржцы, включая самих общественников, возвращались бы домой вплавь и неизвестно, сколько погибло бы.

Есть вещи, которые общество как совокупность склонных к истерике и панике индивидов не видит, не хочет видеть и не может видеть. И именно для таких вещей и ситуаций — будь то война, эпидемия, стихийное бедствие — и необходима железная рука государства. В условиях катастроф большинство индивидов действует так, чтобы максимально приблизить свою смерть. И только «самое холодное из чудовищ» способно их спасти от ужасной смерти.

Мне уже приходилось говорить об этом в связи с вопросами гигиены и чистоты. Но не грех и повторить. В силу того, что государство ни в коем случае не обязано во всем подряд шарахаться вместе с общественным мнением, необходимо государство, которое имеет с нацией, с обществом, единую систему ценностей и приоритетов, а главное целенаправленно и методично действует во имя этой системы.

Поэтому, именно поэтому, нам нужно не коррумированное, антинародное и слабое олигархическое государство, а государство сильное, государство национальное, государство честное, государство демократическое. Только такое государство реально сможет принимать компетентные и авторитетные решения в ситуациях, когда мы сами думать не способны из-за паники и защитить себя не можем.

Современному государству под силу укротить многие стихии, с которыми было «царям не совладать». Это не повод для гордыни человека, напротив, для смирения и благодарности, что Создатель даровал нам разумение, руки и, наконец, институты современного государства.

«Прислушивающаяся к народу» власть — зло. Национальное государство — благо.

Фото: Вадим Жернов/ РИА Новости

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Андрей Грозин

Руководитель отдела Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ

Сергей Марков

Политолог

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня