Мнения / Кризис на Украине

Логика прекращения ссоры

Саид Гафуров о мнимой непоследовательности российской внешней политики на Украине

  
7820
Логика прекращения ссоры

Суть проблемы мнимой противоречивости и непоследовательности российской внешней политики по отношению к правительству убивших демократию на Украине и свергнувших избранного украинским народом на честных и свободных выборах президента укрофашистов и их союзников в Киеве состоит в самой природе того, что мы называем «политикой». Политика — это всегда результирующая, вектор от столкновения множества самых разных, часто противоречивых, иногда взаимоисключающих интересов, желаний, эмоций. В политике простых правильных решений не бывает, прежде всего, потому что эти решения должны представлять собой функцию от динамично меняющихся внешних условий. Но и красивых правильных решений не бывает, потому что они должны отражать всю комплексность, все причудливые изгибы реальности, перенимая уродливость таких изгибов.

В отличие от того, что про Россию и ее президента рассказывают дисциплинированные, профессиональные и хорошо оплачиваемые СМИ на Западе (а им вторят совсем уже продажные либералы и городские сумасшедшие у нас), мы совсем не автократия, у нас решения вырабатываются коллегиально, а президент только верховный арбитр при принятии сложных и ответственных решений, когда не удается добиться единодушия или согласованной позиции министерств, ведомств и всего общества в целом.

Вообще говоря, так везде — глава государства, монарх, президент — это не совсем власть, как это слово понимают политологи. Президент — это, скорее, модератор, а власть и представляет собой, и олицетворяет аппарат, истеблишмент. Вырабатывает решения, управляет именно аппарат, в котором глава государства играет роль верховного арбитра.

Говорят, что короля делает свита. И в этом смысле президент - это его команда.

Огромное количество разных, но предельно конкретных противоречий сливается в клубок, который разрешается путем не столько взаимной войны на уничтожение, сколько договоренностей и компромисса. Давно уже понятно, что проще и дешевле найти какой-нибудь приемлемый компромисс, чем биться до конца.

На Украине же перед российским внешнеполитическим и дипломатическим истеблишментом встал очень сложный выбор. Дело в том, что российский частный капитал (и не только частный — многие верфи у нас принадлежат Объединенной судостроительной компании, а на Украине развита судостроительная промышленность, Ростехнологии, авиационная и оборонная промышленность, машиностроение) предпочли договориться с киевской фашистской сволочью, сжигавшей людей заживо в Одессе и на майдане, калечившей, убивающей и бросающей людей в застенки по политическим обвинениям (за считанные месяцы своего правления киевская хунта арестовала больше политических противников, чем было политзаключенных за всю 23-летнею историю независимой Украины), о том, чтобы их бизнес на Украине работал бесперебойно. Укрофашисты дали О. Дерипаске, В. Алекперову и Р. Абрамовичу, да и другим российским бизнесменам необходимые гарантии.

В Николаеве, например, где огромный и жизненно важный для «Русала» Николаевский глиноземный комбинат и две верфи из трех принадлежат русскому бизнесу, и он реально имеет решающий голос, сопротивление киевской хунте было задавлено в зародыше, а добито после одесской трагедии. Но все равно нужно бороться. Даже если шансов у нас немного. Любая политика в своем конечном итоге — это тот или иной компромисс, а условия компромисса, даже если допустить победу укрофашистов, могут быть очень разными.

Теперь на одной чаше весов для влиятельных российских олигархов — серьезный, огромный бизнес с потенциальными многомиллиардными потерями (и реальными многомиллионными уже), а на другой — необходимость смириться с укрофашистами, захватившими власть в Киеве насилием, причем киевская хунта готова давать гарантии российскому бизнесу. Выбор очевиден. Это и есть Realpolitik - отказ от использования всякой идеологии в качестве основы государственного курса. Такая политика исходит, прежде всего, из практических соображений, а не идеологических или моралистических.

Российский политистеблишмент убежден в необходимости подчинить внешнюю политику, дипломатию и государственное управление в целом интересам национального производства. «А ведь Украина — другая страна, — говорят нам, — там другие обычаи („яка страна, така и влада“) — если мы хотим, чтобы они не лезли в наши дела, нужно ли нам вмешиваться в их?»

Мотивацию российских олигархов и их лоббистов в правительстве понять можно. Ее принять трудно, особенно, когда смотришь в глаза выжившим в руках обезумевшего фашистского зверья на майдане, например, секретаря Львовского горкома КПУ Ростислава Василько.

И мало у кого в России есть такие лоббистские возможности, как у «Русала», «Миллхауз» или «Лукойла». И Федерация их голос, наложившийся на стремление прогазпромовских политиков к соглашению с евро-спонсорами киевского майдана (газ нужно продавать!), слышит.

Их логика понятна, но принять ее сложно. И всему есть предел.

Очень большая беда пришла к нашим братьям на Украине — фашистский террор, который осуществляют нелюди с Евромайдана, но нужно помнить: украинский народ не виноват. Его просто запугали насилием, а затем оболванили телевидением, работающим откровенно по геббельсовским лекалам — массовостью лжи. Я только что вернулся из отпуска, и в Шарм-аш-Шейхе политспоров с украинцами у нас не было. «Нас с вами хотят поссорить», — мрачно говорили нетрезвые харьковчане, что-то смачно добавляя про «рагулей», захвативших власть в Киеве, и совсем уж злобное про украинских «хозяев жизни»… Но с точки зрения знания реальных фактов — им СМИ вообще ничего не сообщают. Имени Ростислава Василько, например, или про корсуньскую трагедию они просто не знают. Им эти имена и места ничего не говорят. Про одесский холокост в Доме профсоюзов они очень смутно представляют фактуру. Просто здравый смысл и жизненный опыт украинцам подсказывает: их хотят поссорить с русскими…

30 тысяч хорошо организованных и проплаченных фашистских штурмовиков с майдана сформировали правительство хунты и подмяли под себя коррумпированных силовиков, чтобы проводить политику олигархов, направленную против коренных интересов трудящихся и обездоленных, сократив в два раза социальные пособия, обвалив курс гривны, подняв цена на продукты наполовину, а на лекарства — в полтора раза (при этом валютные цены на шикарные автомобили и люксовые квартиры на Украине снижаются). Они стали запугивать народ, демонстративно, безнаказанно избивая и убивая людей (украинская прокуратура и дипломатия уже открыто говорит, что не собирается расследовать убийства сторонников демократии и противников захватившей власть насилием хунты), а осмелившихся возразить бросая в тюрьмы. Переворот прошел против воли украинского народа — его страхом и геббельсовской ложью лишили возможности сопротивляться.

Бизнес, народное хозяйство — это очень важно. Но это не единственная, и даже не самая важная вещь в человеческом существовании. Украинцы нам не враги. Украинцы нам братья, попавшие в очень большую беду. Мы должны им помочь.

Фото: ИТАР-ТАСС/ EPA

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Игорь Рябов

Руководитель экспертной группы «Крымский проект», политолог

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня