Мнения

В угаре с Пауком, Или как я получила по губам

Мария Панкевич о буднях рок-музыкантов

  
5287
В угаре с Пауком, Или как я получила по губам

«Я хочу, чтобы ты писала, как Лев Толстой. Чтобы ты была намного круче Маши Бароновой! — говорит изрядно подвыпивший Паук. Мы в роскошных апартаментах, бубним на балконе сталинского дома, за окном плещется Черное море, дует норд-ост. — Напиши о графах и князьях, о балах, напиши о том, что ты видела!»

Третий день мы с Сергеем Пауком Троицким, бессменным лидером «Коррозии металла» и провокационным политическим деятелем, практически неразлучны. Встреча состоялась у огромного корабля «Михаил Кутузов», что стоит на вечном приколе в славном городе-герое Новороссийске. Был день Военно-Морского Флота, со сцены неслись попсовые завывания. Паук был с толпой роскошных красоток из курортного Геленджика и управлял ими посредством мегафона. Я пришла с друзьями-музыкантами.

Гастроли Паука проходили по черноморскому побережью в нескончаемом угаре и адском веселии, дыму и чаде кутежа. Алексей Голландец, лучший гитарист всех времен и народов, делился негромко, что он уже не может так дико и долго угорать. Мы с Пауком идем нога в ногу, а вина столько, что князьям да графьям и не снилось. На пляже мы встретили бесхозного пса; Паук обнимает его и кличет Берией. В раритетный дисковый телефон прямо с пляжа Сергей пытается дозвониться Путину.

Интервью Паук давать категорически отказывается все это время, требуя, чтобы я тренировала профессиональную память. Его охрана вырывает мой айфон и угрожает его разбить. Адский трэш продолжается, в Широкую Балку на X5 приезжают штангисты и, кажется, какой-то могущественный магнат. Сергей разворачивает свой флаг «Корпорация тяжелого рока», и все участники этого нескончаемого перфоманса пишут видеоролик в поддержку известной продуктовой сети. Маленький мальчик пытается стянуть один из пакетов с бухлом; Паук орет на него в рупор; справедливость восстановлена.

«Редкие люди встречаются очень часто!» — говорит мне Машенька Троицкая, дочка Паука. Ей восемь лет, она круто рисует пальцами на планшете, Сергей зовет ее Краснушкой и обожает. «Держись от них подальше!» — предупреждает она свою подружку чуть постарше шепотом, когда мы с толпой творческих работников приезжаем на море. Как же ты права, думаю я.

«Хочешь на танцы?» — неожиданно спрашивает меня Паук. Это так мило. В баре за углом слэмятся местные поэты; я не хочу.

Паук учит меня журналистике, и я жалею, что не было его среди преподов моих в СПбГУ. Он не теоретик, еще в 19 лет в «Московских новостях» работал. Парни из Ad Marginem не стали печатать его книгу, при всем моем огромном уважении к ним — совершенно зря.

Это Голландец дал почитать мне трактат о непростой жизни музыканта в России «Девки, музыка и бухло». Там не только смешные истории о возлияниях и похмелье, — мне больше всего понравилось, как Сергей Паук в пьяном угаре гнался с граблями за американской журналисткой, которая защищала права афроамериканцев — но и грустный рассказ о становлении металл-движения в Советском Союзе. Это познавательно, да и Паук при всем его раздолбайстве на поверку оказывается совершенно не таким, каким я его себе представляла. Куда круче. Он по-настоящему умен, добр, искренне старается быть примерным семьянином и на момент написания этого текста покорно собирает в подмосковном имении вишни; жена его Ирина варит моднейшее варенье.

«Конечно, мы переживаем за Украину, — говорит она. — У Сережи мама в Киеве. У меня там родственники». В байкер-баре «Гараж» Паук говорит мне куда больше на эту тему, я пьяна, диктофон по-прежнему он включить запрещает. «Страшно будет, когда Путин и Кадыров на тот свет отправятся. А вот если премьер-министр Англии в Темзу отправится, или королева, ничего не изменится, например. Я русский человек и буду работать офицером. Те, кто голосовал — лишь бы не было войны — они все и оказались в аду. Группа „Коррозия металла“ выступала по десять раз в году на Украине. Донецк, Славянск, Луганск, Харьков». Болью пронизана его речь; искренней скорбью.

В рупор Паук зовет всех на концерт в байкер-бар «Сто рентген» и на пикник с поджиганием моря и телеканала ТВ-3 с его мистическими историями. «Надо так жить, чтобы не надо было клянчить что-то, зарабатывать, а просто пошел и взял бухла, например, оружие у тебя есть, дурацкий прикид какой-нибудь есть! И все!»

Вот вам и мнение, например.

Прошло три недели.

Я переехала жить в Москву, так как мы с Лехой Голландцем, гитаристом «Коррозии металла», дико полюбили друг друга. Как супергерой, он вернулся в Новороссийск на моднейшем гольфе, мы еще неделю позагорали и решили вместе жить. С Пауком мы увиделись на репетиции в здании издательства, в котором печатали раньше газету «Правда». После того, как Алексей сообщил ему о том, что мы теперь вместе, прежней радости на его лице не читалось — гитарист и вокалист Боров в свое время покинул команду из-за романа с бывшей женой Лимонова, певицей Наталией Медведевой. Паук опасался и припоминал Леше их предыдущую ссору, связанную, по его убеждению, с предыдущим браком Голландца. Я поняла его страхи и объяснила, что отлучать Лешу от гитарки не намерена — зачем, он так хорошо играет, я сразу улыбаться начинаю. Паук пожевал губами — «ну ладно, ладно, ладно, могла бы уже триста раз про нас написать, где статья» — и пошел трепаться с журналистом московских «Известий» Игорем Молотовым.

Через день группа поехала выступать на корпоратив в Коломну. Друг Паука, магнат, отмечал день рождения. Накрыли роскошную поляну в местном ресторане; я выпила много шампанского, Паук был в угаре, Голландец трезв, ибо честно вел авто Паука (Сергея лишили прав за пьянку). После банкета и непонятного концерта (вокалистку Сашу, девочку с прекрасным сильным чистым голосом, просили спеть «Рюмку водки на столе» и прочие хиты), мы поехали на машине к коломенской гостинице. Прямо у отеля Паук заявил, что не хочет, чтобы я шла с ними, и дал мне с ноги, а потом кулаком по лицу. Удар был, что надо, но повезло — зубы все на месте. С опухшими губами и глубокой обидой в сердце дописываю я этот текст про милягу Паука, настоящую рок-звезду. Голландец, любимый мой, был поражен такой неожиданной выходкой своего перекрытого алкоголем друга. Минут сорок я плевалась кровью, потом на такси мы вернулись в Москву за четыре тысячи рублей. Губы у меня сильно болят, но еще больше терзает недоумение и досада. Я не сделала Пауку ничего плохого, не плясала пьяные танцы на белых скатертях, лишь сказала, что коньяк у него хреновенький, когда он дал мне приложиться к фляжке. Как видно из начала моей статьи, я считала его очень хорошим человеком — значит, я плохо разбираюсь в людях и все еще верю в разницу между сценическим образом и личностью. Значит, права маленькая дочка Паука, шепнувшая подруге — держись от них подальше?

Алексей Голландец написал открытое письмо, в котором сообщает, что не дружит и не работает с теми, кто бьет женщин. Лучший гитарист «Коррозии металла» покидает группу; это его мнение, например.

Фото: Лидер рок-группы «Коррозия металла» Сергей Троицкий (Паук)/ ИТАР-ТАСС/ Сергей Карпов.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Максим Шевченко

Журналист, член Совета "Левого фронта"

Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня