Мнения

Спор с майданофилами

Виктория Шохина о том, что нас разделяет, никогда не соединит, и не надо

  
6868
Спор с майданофилами

Честно говоря, я долго держалась. То есть время от времени я, конечно, не выдерживала и что-то писала в фейсбуке. Реакция моих оппонентов (назову их вежливо так) была странной и алогичной. Скажем, когда я писала, что крымчане хотят выйти из состава Украины, мне отвечали — мало ли кто что хочет. Оппоненты мои в Крыму не были, но откуда-то твердо знают, что крымчане голосовали под дулами автоматов. Они почему-то уверены, что жители Крыма и Юго-Востока Украины не имеют своего мнения, и за них всё решает Путин. Они верят, что не будь там наших добровольцев, наступил бы мир. Как будто это русские добровольцы стреляют по городам и селам…

И вот пишу я пост: «И всё-таки, что такое Майдан и кто такие Порошенко, Яценюк и прочие, если оценивать их по Уголовному кодексу Украины». И привожу статью 109 УК Украины. На русском языке и на мове. И милый вроде бы человек, журналист называет меня за это ни много ни мало «либерально-фашистской гнидой». И объясняет, что эта моя чудовищная сущность открылась ему благодаря украинским событиям. Пост мой он копирует и снабжает возмущенными комментариями

Дело, конечно, не только в том, как этот человек меня обозвал (хотя не очень приятно). Но главным образом дело в том, что его логика — точнее, полная алогичность — типична и характерна. И для наших, и для украинских майданофилов (чтобы не сказать — русофобов).

Этот странный человек почему-то думает, что предельно убедителен, когда кричит: «По Шохиной (Путину и Ко), Яценюк, Порошенко захватили власть. Зато Гитлер власть не захватывал. У него с Конституцией Германии того времени было все чики-чики. Он хороший. И Путин (по Шохиной) — очень хороший». Но я никогда не говорила (в фейсбуке), что Путин хороший. Я говорила так: «У Путина много грехов, но бомбит и уничтожает людей на Юго-Востоке Украины не Путин, а Порошенко. И не русские добровольцы начали эту войну». Про Гитлера тоже подтасовка и передёргивание. Из того, что Гитлер пришел к власти законным путём, вовсе не следует, что те, кто власть захватил незаконно, лучше Гитлера.

Конечно, и по закону у власти может оказаться всякий. Но апелляция к закону — это естественное стремление к норме, которая предполагает право и возможность человека «не быть зависимым от непостоянной, неопределенной, неизвестной, самовластной воли другого человека» (Локк). Только и всего.

«Убийца и вор Янукович», — кричит мой оппонент. Допустим. Ну так устроили бы ему какой-нибудь импичмент. Судили, как судят Берлускони. Ведь завтра кто-то может крикнуть, что Порошенко — олигарх, вор и убийца…

Вообще со мной уже такое было. В 93-м. Тогда президент Ельцин попирал закон, как хотел, а литераторы-либералы из всех сил его подначивали. Расстрел Белого дома им нравился как утверждение демократии. А мне — нет. За что меня называли фашисткой и антисемиткой («гнидой», правда, не называли). Логика была такой же странной — не нравится расстрел, значит, антисемитка… А всякое напоминание о законе — о том, что надо играть по правилам, — вгоняло этих литераторов-либералов в такую же ярость.

Правда, мой оппонент не либерал; он говорит, что придерживается левых убеждений. Он решил, что либерал — я. На что я ему ответила шутливо: «Да я — либерал. Forever». Отсюда и «либерально-фашистская гнида», и «тупоголовый российский либерал-патриот» (тоже про меня). Интересно, что, невзирая на такую лексику, себя он относит к «приличным, думающим гражданам». Что характерно и симптоматично.

Когда-то мы с моим оппонентом-майданофилом пересекались в «Независимой газете». И мне его всегда было жалко, как какого-нибудь Акакия Акакиевича. Скажем, когда на летучке ему выпадала роль обозревателя номера, он не мог произнести ни слова — то ли так боялся, то ли не был способен сосредоточиться. Однажды он поразил меня странным рассуждением: он был уверен, что в США требуют (заполняя какую-то форму по прилёте) указывать цвет кожи, потому что они расисты. Эта наивность меня окончательно утвердила в том, что он - тот несчастный, маленький человек, которого так жалела русская литература. Так что сейчас, наверное, этот несчастный, не замечает, что концы с концами у него не сходятся. А если ему про это сказать — обижается.

Например, говорит он о каком-то «новом праве», которое создаёт революция. При этом, однако, мыслит в категориях старого права: «Порошенко власть не захватывал, как бы к нему не относиться. Он, если вы не в курсе, победил на президентских выборах, таких, которые вам и не снились — прозрачных, честных и чистых, как слеза ребенка». Мы в курсе. Конечно, Порошенко победил. Правда, участие в голосовании на этих выборах принимал не весь народ, живущий в стране, которую Порошенко называет своей. Но это ведь мелочи для «прозрачных, честных и чистых, как слеза ребенка» выборов.

Про народ и про прямую демократию он тоже красиво говорит: «Майдан — это не только, когда в Конституции записано, что источником власти является народ, а когда народ этот тезис реализует на деле. В общем, Майдан, это то, что для вас недоступно. Это — прямая демократия». И опять спрошу. А как насчет волеизъявления жителей Крыма? Жителей юго-востока Украины? Им прямая демократия положена? Или это уже не народ?

Майданофилы этого типа почему-то уверены, что уйдут с юго-востока русские добровольцы, и война сразу кончится. Но неужели жители всех этих разбомбленных, жестоко уничтожаемых территорий, люди, потерявшие близких, с радостью примут киевскую власть? Власть эта для них чужая и вряд ли когда станет своей. И поэтому беженцы бегут не в Киев и не во Львов, а в Россию. (Вовсе не по указанию Путина.)

Я очень хотела, чтобы мы спорили честно. Чтобы не передёргивали, не ругались плохими словами и т. п. Но я ошибалась — с Акакием Акакиевичем, впавшим в агрессию, спорить не надо вообще. И когда тот же человек пишет: «Но под таким же соусом можно вести российские войска куда угодно. Например, на Брайтон-Бич», — мне уже хочется сказать: «Надо будет — введём». Но я промолчу.

Фото: ИТАР-ТАСС/EPA.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Максим Шевченко

Журналист, член Совета "Левого фронта"

Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня