Культура

Волшебник Амаркорда

16 марта исполнилось 95 лет со дня рождения Тонино Гуэрры

  
767
Волшебник Амаркорда

Безнадежное это дело — объяснить в двух словах, кто он.

Поэт, сценарист, художник, философ, архитектор… Мечтатель. Гениальный фантазер. В Италии его звали — Маэстро, там это слово обозначает не только музыканта. В переводе это — мастер, учитель. Если совсем точно, Тонино Гуэрра был мастером масштаба эпохи Возрождения. То есть абсолютно.

У Гуэрры было три «Оскара» (один из которых он беспечно потерял), восемь каннских «Золотых пальмовых ветвей» (это мировой рекорд). И больше ста сценариев, по которым снимали кино Феллини, Антониони, Витторио Де Сика, Тео Ангелопулос, Бернардо Бертолуччи, Франческо Рози… «Амаркорд», «Брак по-итальянски», «И корабль плывет», «Идентификация женщины», «Репетиция оркестра», «Подсолнухи», «Джинджер и Фред» — культовые фильмы XX века по сценариям Гуэрры. Плюс «Ностальгия», которую он придумал для Андрея Тарковского.

А еще у Гуэрры было такое официальное звание — Президент реки. Речка Мареккья протекает в пяти минутах ходьбы от его дома. Последние годы своей жизни Гуэрра постоянно боролся с ее загрязнением, жестоко ругался с чиновниками. А речка-то непростая. Как объяснял сам Тонино, Мареккья — одно из названий того самого Рубикона, который переходил Цезарь.

* * *

Однажды сестра Федерико Феллини сказала ему: «Знаешь, Тонино, чего бы ты ни коснулся, даже если это дерьмо, — оно становится золотом…» Точнее не скажешь.

Везде, где Гуэрра появлялся, он преобразовывал пространство. Все превращалось в произведение искусства: площади, сады, фонтаны, камины, комоды, стулья и салфетки в его любимом ресторане.

Стены домов и таблички с номерами в маленьком городке Пенабилли, где он жил последние годы, были украшены его рукой. На них написаны личные посвящения горожанам — булочнику, сапожнику, парикмахеру…

В доме у него повсюду летали бабочки (в разных религиях это символ души, полета, любви), он рисовал их на стенах, окнах, стульях, скатертях, подушках… И везде очень много рисунков ангелов и клоунов. Таким он видел мир.

Если пойти по одной из тропинок его огромного сада, она выведет на вершину холма. К колоколу Далай-ламы. Он приезжал в Пенабилли по приглашению Тонино. Маэстро устроил ему сюрприз: когда Далай-лама вышел на площадь, в городе включили запись шума площади Лхасы и звон колокола. (Все это Гуэрра заранее просил записать знакомых, ездивших на Тибет.) Далай-лама замер со слезами на глазах… А в колокол теперь может позвонить каждый…

Одну из церквей городка Тонино украсил морскими волнами — он считал, что ночью море приходит сюда спать. А на берегу моря он хотел построить дом из стекла — чтобы зимой люди приезжали туда сидеть у большого камина и смотреть на горизонт. В городах горизонта не видно.

В свои 90 он мечтал расцветить склоны холма у реки — засадить их сиреневой лавандой, красными маками, желтым рапсом, белым клевером… А на пляжах в жару вместо музыки в репродукторы передавать шум дождя. Людей должна окружать сказка, считал Гуэрра.

В Пенабилли есть необычный музей — Усатого ангела, где выставлена всего лишь одна картина Гуэрры. Нажимаешь кнопку и слушаешь сказку. Усатый ангел, окруженный птицами, очень напоминает самого писателя.

«Мир, в котором мы живем, очень прост, но полон поэзии, — уверял Тонино. „Бон джорно!“ — „Доброе утро!“. Вот ради чего мы живем, а не ради всех этих оглушительных спецэффектов».

А еще он как-то особенно трепетно относился к Пушкину. С нежностью. У него есть целый цикл стихов о Петербурге и пушкинских местах… Бывая в Петербурге, он всегда заходил в дом-музей на Мойке. И каждый раз набивал себе шишку, при входе стукаясь головой о дверь. «Этот дом создан для того, чтобы почувствовать себя ниже», — хохотал Тонино.

Другая реальность

Судьба подарила счастье — познакомиться с Гуэррой лично. Погулять в его уникальном саду. И даже побывать у него на 90-летнем юбилее. А началось все с обычного звонка из Риги в крошечный городок в итальянской провинции Романья. Трубку сняла Лора, русская жена и муза писателя.

— Бонджорно! Пер фаворе! Мы бы очень хотели встретиться с синьором Гуэррой.

— Приезжайте, — сказала она. — Через пару дней у нас тут праздник забытых фруктов. Вы должны обязательно это видеть.

Слегка озадаченные обещанием непонятного праздника, мы тем не менее долго не раздумывали. И вот уже — Римини. Далее по карте. Перед самым Пенабилли дорога вдруг сделала крутейший разворот — на 180 градусов. И в полном соответствии с этим повела нас в другую реальность.

На центральной площади городка били колокола и гудела ярмарка — тыквы сказочной величины, пучки трав, саженцы и фрукты, фрукты, фрукты…

После недолгих поисков, в которых нам помогал, кажется, весь городок, в лучших традициях итальянского кино («Они ищут дом Тонино, мы идем их провожать!»), мы встречаемся с Лорой. Рядом с ней золотистый ретривер по имени Баба.

— Его фамилия Антониони, — смеется Лора. — Этого щенка нам подарила 11 лет назад Энрика, жена Антониони. — Она дружила с восточными гуру. Вот в честь Саи-Бабы и назвала…

Страшно представить, сколько мировых знаменитостей гладили по загривку этого ретривера.

День забытых фруктов

Праздник забытых фруктов придумал, конечно же, Тонино. Чтобы сохранить исчезающие виды фруктов и растений.

На это мероприятие в маленький Пенабилли съехались крестьяне, селекционеры, агрономы, ученые. В здании театра устроили конференцию. В старом соборе напротив дома Гуэрры — выставку плодов, привезенных из разных уголков страны.

Виноград из Калабрии, груши с Сицилии, яблоки-дыни из Апулии… Все не привитое, не модифицированное. А идея под этим — глобальна.

— Мы все должны понять, что нельзя рвать с прошлым. Оно нам необходимо для национальной идентификации. Без прошлого нет будущего, — сказал Гуэрра.

Я украдкой отщипнула виноградину и поразилась необычному вкусу. Сладкий, терпкий, с легкой горчинкой. Наверное, это и есть вкус прошлого?

Собственно, об этом и «Амаркорд» — совместное детище двух друзей — режиссера Феллини и сценариста Гуэрры. Название — от одного из диалектов, распространенных в Римини, — «mi ricordo» — «я помню». И еще в нем — корни итальянских слов «любовь» и «нить». «Амаркорд» — нити любви, связывающие автора с прошлым.

Аморе. Лора

История Тонино и Лоры — прямое и безусловное доказательство: любовь есть. Она жила именно здесь — в их доме на высоком холме над городом.

В начале 70-х годов Лора Яблочкина, москвичка, работала редактором на «Мосфильме». Тонино приехал на кинофестиваль и влюбился. В Лору и в Москву. Вернувшись в Италию, он прислал Лоре приглашение. После чего ее моментально попросили с «Мосфильма» — за контакты с иностранцем. Тогда Тонино приехал за ней сам. Поженились они в 1977-м. Свидетелями на свадьбе были Антониони и Андрей Тарковский.

Она называла его Тониночка, переводила его книги на русский язык. И не уставала восхищаться: «Это мой маэстро». «Когда мы жили в Риме, — рассказала Лора, — каждое утро, в 6.30, Тониночке звонил Феллини. Они разговаривали, а я, прижавшись к подушке, слушала беседу этих двух великих людей. И думала, как же я счастлива. Феллини называл меня коттоне сибириано — котища сибирская…»

Домик на море

А ровно через год, по приглашению Гуэрры, нам с друзьями посчастливилось побывать на его юбилее. Конечно же, в зале апельсину негде было упасть. Зачитали телеграмму от президента Италии, вручили орден Почета от президента России. Фонд Ельцина присудил Гуэрре премию имени Гоголя. Министр культуры Армении вручила орден Чести. И так далее, и так далее…

После долгих официальных речей Гуэрра вдруг вздохнул и громко сказал, обращаясь к жене: «Боюсь, все соскучились уже. Чего они тут сидят…» И позвал всех в ресторан.

Этот человек совершенно не признавал пафоса.

А когда чуть позже на праздник ворвался опоздавший Вячеслав Полунин, прилетевший прямо со спектакля в Барселоне, с гигантским букетом подсолнухов, Тонино засиял: «О, это великий клоун. И я счастлив, что выпала честь его обнять!»

* * *

Когда мэр города Чезенатико презентовал ему старинный дом на море, маэстро явно обрадовался. Он придирчиво перелистал дарственные бумаги, усмехнулся в усы и крикнул жене:

— Лора! Переведи-ка моим русским друзьям, что у нас теперь есть дом на море. Пусть приезжают!

А потом обратился к мэру с неожиданным предложением: «Почему бы не сделать из города один большой театр?» Мэр подумал-подумал и сказал: «В принципе, можно».

«Можно, не можно… — проворчал Тонино. — Люди должны понимать, что возможно все. И давайте напишем об этом письмо и пошлем его всем двумстам мэрам итальянских городов. И тогда вся Италия будет театром. Надо взять свою мечту и запустить ее в небо, в космос. А потом она вернется оттуда. И вы удивитесь тому, как чудесно все сбывается. Особенно если думать о том, как сделать людей более счастливыми.

* * *

Через два года после 90-летнего юбилея Тонино ушел. Случилось это 21 марта, в Международный день поэзии. Место Гуэрры в искусстве не занято никем. Его очень не хватает. Но, кажется, он по-прежнему присматривает за своими ангелами, клоунами, бабочками и забытыми фруктами… И усмехается в усы:

…Воздух. Это такая легкая вещь,

Которая вокруг твоей головы

И которая становится светлее,

Когда ты улыбаешься…

Снимок в открытие статьи: кинодраматург и художник Тонино Гуэрра / Фото: Евгений Гладин/ ТАСС

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Павел Грудинин

Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»

Эдуард Лимонов

Писатель, политик

Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня