Культура

Вис Виталис: «У меня слишком много идей, но мало ресурсов»

Известный хип-хоп-экспериментатор выпустил новый альбом «Underground. Вис Виталис поет песни Тома Вэйтса»

  
698
Вис Виталис: «У меня слишком много идей, но мало ресурсов»

Вис Виталис вылеплен из противоречий. Он никогда не делает того, что от него ждут. Напротив, этот музыкант всегда непредсказуем и предпочитает нехоженые тропы. Его давно не волнует популярность и слава, поэтому он свободен в выборе творческих целей и средств. Совсем недавно общественность убедилась в этом лишний раз: Вис выпустил альбом, который состоит целиком из песен американского певца Тома Вэйтса — «Underground. Вис Виталис поет песни Тома Вэйтса», так он и называется. Пластинка получилась довольно декадентской, в меру мрачной, в меру саркастичной. Тексты Вэйтса (крайне удачно переведенные самим Висом на русский язык) удивительно резонируют с нынешними российскими реалиями.

— Вис, почему именно Том Вэйтс?

— Нравится, уважаю. Нахожу меж нами много общего, разделяю многие его позиции и взгляды… Ну и вообще — это был самый неожиданный финт, который я мог выкинуть как музыкант. Люблю быть непредсказуемым; удалось и на этот раз.

— Какие ожидания у тебя связаны с выходом этого альбома?

— Никаких. Одна из моих многочисленных проблем — проект мне интересен, только пока я его делаю. Как только он завершен, я теряю к нему интерес и отпускаю в свободное плавание. У меня слишком много идей, но слишком мало ресурсов, чтобы нянчиться с выросшими детьми: пусть уж сами-сами. Хотя, не торопясь, обдумываю идею поиграть этот материал вживую. Как трибьют-группа. На Западе, кстати, эта практика вполне развита: у всех значимых коллективов и исполнителей есть трибьют-группы, даже конкурсы меж ними проводятся на предмет максимальной похожести, забавно. В общем, думаю. Загвоздка, как обычно, в музыкантах: людей полно, а играть не с кем, нужен также концертный менеджер и промоутер. Пока таких людей нет, но, может, ближайшей волной на берег выкинет что-то полезное.

— Чем ты руководствовался, отбирая песни для альбома?

— Первый критерий — те, которые сам люблю больше прочих. Второй — в работе были только альбомы периода 1983−1987 г., поскольку творческое наследие Вэйтса огромно. Ведь приступая к любой работе необходимо определить сроки и границы, иначе можно закопаться.

— Кстати, переводы мне очень понравились. Сам делал или кто-то помогал?

— Сам, конечно. Вообще, я ни от кого не прошу и не ожидаю помощи. Когда-то казалось, что мир обязан помогать, принимать во мне участие, как сам я принимаю в нем, но это, слава богу, прошло. Одно из главных пониманий, которое должно прийти к человеку, это — всем на тебя наплевать. Никто тебя не любит. Никто тебе не поможет. Никому до тебя нет дела. Соберись и делай все сам.

— Жутковато… Но не могу не согласиться. Итак, ты сделал все «в копейку». Даже голос подстроил один в один. Не было желания сделать некое свое прочтение песен Вэйтса? Хрестоматийный пример — Дженис Джоплин перепевала «Summertime» Гершвина, но сделала это настолько по-своему, что песня заиграла какими-то новыми красками, зазвучала по-другому. Ты сознательно не захотел привносить чего-то своего?

— Каверов на Вэйтса сделано множество. Тысячи и тысячи. Есть очень сильные, есть очень неожиданные. В любом случае, вставать в этот ряд мне не хотелось. То же, что сделал я — проект уникальный; такого не было и больше не будет. Ну и потом, сохранив в точности форму Вэйтса, я наполнил ее своим содержанием. Взяв его меха, я заполнил их своим вином. По его чертежам я построил свое здание. Это была намного более сложная, а потому более интересная работа.

— Группа Dream Theater несколько лет назад занималась странной вещью: играла музыку других групп — Pink Floyd, Iron Maiden, Metallica — прямо альбомами. То есть человек приходит на концерт Dream Theater, а слушает «The Dark Side Of The Moon», сыгранный от начала до конца. Это имеет смысл, по-твоему?

— Интересный опыт, я об этом не слышал. Но, думаю, Dream Theater, как парни практичные, руководствовались теми же мотивами, что и я, делая свой «Underground». Смыслов здесь несколько: они выросли на этой музыке, нежно любят ее и ценят каждое прикосновение к ней; им было в дикий кайф снять и сыграть этот материал; и, наконец, они предоставили возможность послушать живьем «The Dark Side Of The Moon» тем, кто в силу возраста или по каким-то иным причинам не смог этого сделать раньше, в оригинале.

— Я тут посмотрел твои старые видеозаписи. В глаза и уши бросилась аналогия с группой Doors. Первое, что натолкнуло на аналогию — это звук и партии клавишных, а второе — твои беседы с залом а-ля поздний Джим Моррисон. Это случайно получалось? Какие в целом воспоминания о клубных концертах девяностых?

— Я люблю Doors. Даже став большим мальчиком и поняв, что Doors — это во многом удачный миф, а Моррисон — харизматичный алкоголик, а никакой не король ящериц. Люблю Doors, в них дух времени, в них наивное обаяние той эпохи, когда деревья рока были не просто большими — они были огромными… Да и просто отличные песни есть у них, хотя, конечно, далеко не все. На меня, как на рок-музыканта, повлияло не так много групп, но Doors, разумеется, в первой пятерке. А концерты девяностых?.. Все было немногим лучше, чем сейчас, но в целом — такая же безнадега. Курили и пили, конечно, больше. Отличие не в концертах или в музыке — отличие в публике. Тут, конечно, совершенно разные эпохи. И как покрытый пылью столетий динозавр скажу, что та эпоха мне, конечно, нравилась больше.

— Как и когда случился твой поворот к хип-хоп-эклектике?

— Когда мне надоел рок. Это был конец девяностых. Все тогда играли рок. Кроме рока не было ничего и нигде. Я не говорю, конечно, о шансоне или пластиковой попсе, нет: тотальный рок был в том слое, в котором находился я сам. И он мне надоел. И слой и рок. Я стал слушать рэпкор — его в Штатах записывали уже в начале девяностых. Подсел на синкопированное движение. Потом, конечно, фанк-рок. Потом хард-фанк. Потом, собственно, просто фанк во всех вариациях, тут спасибо Red Hot Chili Peppers. Ну а в итоге, разумеется, рэп. Это был тогда дикий андеграунд, никто из друзей вообще не понимал, что я нашел в нем, (эти перипетии частично отражены в треке «В белом гетто», а сама песня написана в 2001 году, кажется). Ну и когда в один прекрасный момент распалась моя очередная группа, я в одиночку, сидя дома, начал экспериментировать с компьютером… И началась история группы Sixtynine.

— О ней и речь. В середине «нулевых» проект Sixtynine заметно выстрелил, клипы ротировались на MTV и не только. Песню «В белом гетто» пели во дворах. Что произошло потом, почему ты свернул деятельность коллектива?

— Это было давно. Первые песни Sixtynine были написаны вообще еще в 2000. Первое промо вышло в 2002. Альбом в черновом виде был записан в 2003. И теперь мне ясно — Sixtynine сильно обогнали свое время. Мы появились слишком рано. Даже сегодня, возможно, еще неподходящее время для такого проекта, а уж 15 лет назад и подавно. Люди не понимали, кто мы и что мы делаем. У нас не было широкой аудитории. Рэп был неизвестен и непопулярен. И потому мы были неинтересны шоу-бизнесу. Лейблы, с которыми у нас были странные и ничем не закончившиеся контракты, не понимали, что с нами делать и как нас продвигать. Мы были какой-то вещью в себе, таким колючим, непредсказуемым, брызжущим огнем, но при этом странно притягательным дракончиком, в которого влюблялись все, кто видел, но никто не хотел, условно говоря, взять домой и отпаивать молоком. У нас не было поддержки ни с одной из возможных сторон. Ну и конечно, мы бы справились с ситуацией самостоятельно, но — злая шутка! — еще не был настолько широко развит Интернет, чтобы держать руку на пульсе в масштабах страны, -да что там страны! — даже внутри Москвы горизонтальные связи практически отсутствовали. Мы не могли устраивать гастроли, поддерживать связь с промоутерами, мы были отрезаны от мира, мы не знали, насколько мы популярны — я начал узнавать об этом только года два назад, когда уже выросшие фанты стали находить меня в соцсетях и рассказывать, что, оказывается, наш единственный альбом «Выживу Стану Крепче», — который, кстати, и сегодня слушается, как абсолютно современный, — стал культовым. А тогда мы ждали какого-то развития событий… Оно все не происходило… Мы варились в собственном соку… Устали от этой неопределенности… И я принял решение разрубить гордиев узел одним ударом, закрыв проект. И если бы хоть один из лейблов, которые тогда поосторожничали, приняли бы участие в продвижении проекта, то лицо современного российского рэпа и, возможно, всей независимой музыки, могло бы стать совершенно иным.

— Я читал, что группа Sixtynine очень нравилась первому гитаристу «Арии», создателю группы «Мастер», Андрею Большакову и легендарному поэту Илье Кормильцеву. А сами они тебе говорили об этом? Выражали мнение лично?

— Разумеется. Я был лично знаком и дружил с обоими. С Ильей даже довольно близко — насколько это вообще было возможно с Кормильцевым: Илья, несмотря на внешнюю добродушность, был очень закрытым и жестким человеком и близко к себе людей особо не подпускал… И правильно делал, конечно. Я и сам мизантроп.

— Раз уж заговорили… Каково твое отношение к русскому року и металлу? Что тебе ближе — группы московской рок-лаборатории, ленинградского рок-клуба? Может, свердловские группы? Кого особенно можешь выделить?

— Русский рок постигла трагическая судьба. В России, впрочем, так можно сказать очень о многом, трагическая судьба — наша национальная традиция. Русскому року сильно не повезло. Он с самого начала находился в стороне от мировых трендов, начал развиваться слишком поздно, в условиях отсутствия необходимой технической базы и, самое главное, — структур шоу-бизнеса, он с самого начала смирился со своей второсортностью и с -отринул именно то, что делало его русской музыкой, а не жалкой калькой американского фолка: русский рок — за редким исключением — отказался от национальной ритмики, национальной мелодики, национальных инструментов и национального пафоса. Украина, кстати, пошла другим путем и, на мой взгляд, более удачным, но это уже другая история. В итоге, с моей точки зрения, русский рок пока что не состоялся. То, что мы знаем, как русский рок — а это, по сути, пять-десять имен — по-своему неплохих, но либо вторичных по отношению к Западу, либо, с позиции сегодняшнего дня, откровенно беспомощных. Проблески были и есть, но, опять же, сравнительно с массивом американского, английского рока, это смех и слезы. Сам я, как и полагается нормальному городскому подростку, вырос на русском роке. В детстве и юности запойно слушал практически все, от «Крематория», «Кино», «ДДТ» и «Машины времени» до «Арии», «Круиза» и «Облачного края». Потом перестал. Единственные альбомы, которые с той поры так и остались в моем плеере — это «Блюз в 1000 дней» Юрия Наумова, «Песня о безответной любви к родине» «Ноля», «Невидимка» и «Разлука» «Наутилуса Помпилиуса», «Чайник вина», «Птица» и «Жилец вершин» «АукцЫона» и, конечно, «Энергия» «Алисы». Это все — великие, бессмертные записи; остальное для меня как-то стерлось.

— Вопрос в контексте твоих книг по гендерной психологии. В интервью Захару Прилепину ты говорил, что мир сейчас в целом женский. Женщины рулят если не всем, то очень многим. А рэп и хип-хоп несут такой… подчеркнуто мужской, агрессивный посыл. Может, именно поэтому подобная музыка по большей части в андеграунде находится? «Женский мир» не пускает ее в свою жизнь?

— Ну, эпоха андеграунда для хип-хопа позади, он давно уже стал мейнстримом. Другое дело, что на этом пути — из подвалов под софиты — он как раз растерял то главное, что и составляет его суть: брутальность, яростность, искренность, независимость в мыслях и позициях. Женщины и в самом деле сегодня диктуют моду практически на все, я не раз об этом говорил. Получив возможность самостоятельно зарабатывать и тратить деньги, они начали создавать запросы. Нынешний женский мир очень даже любит хип-хоп, но такой, удобоваримый, сладенький, с тщательно отмеренной долей гламурной брутальности. И потому хип-хоп, а говоря точнее, рэп как музыкальная составляющая хип-хоп-стиля, видоизменился, чтоб стать интересным и приятным женскому уху; растеряв агрессивность, он приобрел гламурный лоск и метросексуальную беззубость. Нынче весь, без исключения, рэп, который массово популярен — это попса, которую просто немного иначе зааранжировали. Исключений нет. А вот в андеграунде — да, в андере, как всегда, творятся интересные и разнообразные вещи, но о большинстве из них мы уже никогда не узнаем: рэп уже дискредитирован и вряд ли когда-то вновь получит шанс стать интересным на массовом уровне.

— И напоследок, Вис, вопрос из разряда личностно-психологических. Я отчетливо просматриваю в тебе две ипостаси. Одна — брутальный человек, дитя подворотен и окраин, который в легкую может двинуть любому творящему несправедливость. С другой стороны ты — утонченный интеллигент, ценитель хорошей музыки и литературы. Какой ты настоящий? А если обе ипостаси настоящие, то как они уживаются вместе?

— Да я никогда и не скрывал этого, в одной из моих песен есть такие строчки:

«Во мне два героя — Арлекин и Пьеро.

И каждый другому готовит перо…"

В принципе, доктор Джекил и мистер Хайд живут в любом человеке, мне просто не повезло с тем, что каждого из них слишком много и никто не хочет уступать. Поэтому пришлось научить их как-то уживаться и взаимодействовать. Это годы работы. И полагаю, вполне успешной работы: по крайней мере, теперь я не кидаюсь на людей за косой взгляд или неточное слово, но и не планирую покончить с собой из-за неразделенной любви. В любом случае, переплетение этих энергетик и создало творческую единицу Вис Виталис, так что все штатно.

— Какие планы на ближайшее будущее?

— У меня в работе восемь альбомов. Все разные. Вы думаете, что мне уже нечем удивить этот мир?.. Думайте что хотите.

Снимок в открытие статьи: обложка альбома Вис Виталис

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Валерий Рашкин

Политик, депутат Госдумы РФ

Андрей Песоцкий

Доцент кафедры экономики труда СПбГЭУ

Никита Кричевский

Доктор экономических наук

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня