Культура

Дракон и волшебницы без сказки

Андрей Мартынов о книге Игоря Стрелкова «Сказки Заколдованного Замка»

  
2161
Дракон и волшебницы без сказки

В общественном сознании военнослужащий предстает защитником (если он свой) или профессиональной машиной для убийства (если принадлежит к армии вероятного противника). Иными словами, образ солдата или офицера сводится к его профессиональным навыкам и дарованиям.

Увы, давно забыто, что великий композитор Цезарь Кюи был талантливым военным инженером, генералом, а адмирал Александр Колчак — ученым-океанографом, чьи труды удостоились награды Императорского русского географического общества.

Экс-министр обороны Донецкой народной республики Игорь Стрелков продолжает плодотворную литературную традицию отечественного офицерства, благо мыслит себя (и не без оснований!) хранителем памяти Императорской и Белой армий. Но продолжает ее Стрелков в неожиданном ключе. Если значительная часть художественного наследия военных содержит автобиографический элемент или просто связана с профессиональной традицией (Антон Деникин, Арсений Несмелов, Иван Савин), то Стрелков творит в совершенно ином жанре. Который, впрочем, тоже обманчив. Но обо всем по порядку.

На первый взгляд, новая книга Игоря Стрелкова — добротная детская сказка. Принцесса Фаэтина отказывает сватающимся к ней женихам: «с тех пор, как стала взрослой, я каждый день, каждый час ждала своего рыцаря», который совершит ради нее подвиг и в прямом смысле завоюет ее сердце. Поэтому она последовательно отвергала всех своих женихов и теперь «выпросила у отца эту поездку в последней надежде, что во время путешествия меня захватят в плен разбойники, или похитит коварный злой волшебник, или случится еще хоть что-нибудь, что позволит моему настоящему суженному прийти ко мне на помощь и освободить из заточения».

Правда, все обходится хорошо — рыцарь и маг Ординарус, в замке которого остановилась переночевать Фаэтина, завоевывает (но не сразу) ее сердце. Точнее, завоевывает не он, а Фаэтина (принцесса в его глазах вначале была лишь «волшебным мешком неприятностей», досадной обузой). Все происходит без всяких похищений, хотя и с поединками с драконами. Есть и ретроспекции в прошлое. Рассказанные жителями замка Ординаруса по ходу повествования истории, составляют значительную часть сюжета книги.

Как и во многих сказках, персонажи Стрелкова также имеют «говорящие» имена, подчеркивающие их характер: злая волшебница Валькирика, хитроватый волшебник Пронырус, начальник стражи Фаэтины бравый капитан Готост Оперхват, потенциальные женихи принцессы герцог Горамышц Турнирский, князь Лбопролом Пивохватский и рыцарь Объёлм Жов-Жеватский. Последний, оправдывая свое имя, так рассуждает о драконе, с которым ему предстоит сразиться, чтобы получить руку и сердце принцессы: «Хвост и ляжки наверняка должны быть вполне съедобны — вон какие массивные. А окорок, думается, если предварительно как следует замариновать и потом потушить, станет украшением свадебного стола. Крылышки — на барбекю, передние лапы, шею и голову — на холодец, седло — на шашлык, язык — закоптить и с хреном под водочку».

Есть в книге Стрелкова и новые волшебные существа, например трэльф Краставац: «триста лет назад он действительно был обычным эльфом, но умудрился так испортиться, что начал превращаться в тролля. А потом навеки застрял посередине… единственный в своем роде тролле-эльф, трэльф, короче говоря». Размером он напоминал зайца, а внешним видом «молодой, пупырчатый темно-зеленый огурец», который украсили парой лягушачьих глазок, мясистым носом, мохнатыми заостренными ушками и четырьмя трехпалыми лапками. Также он имеет длинный ярко-зеленый язык.

Или снули — добрые огромные волшебные звери, больше медведя. Снуль «очень пушист и когтист», чем-то напоминает кота, а «забавная и очень миролюбивая мордочка» — хомяка. У него «широкой и очень-очень пушистый хвост, на самом кончике которого красовался длинный жёлтый кривой коготь. Точно такими же когтями украшены были и кончики обоих ушей». В обычной жизни снули спят по полгода, оправдывая, тем самым, свое название или прозвище, умудряясь при этом смотреть чужие понравившиеся сны (этакое бесплатное кино!). А в остальное время помогают всем, в том числе и своим обидчикам, расстраивая, в частности? козни злых волшебников и колдунов.

Вместе с тем, было бы ошибкой воспринимать «Заколдованный Замок» только как сказку. В отличие от персонажей традиционных сказок, как уже отмечали критики (в частности, Елена Семенова), своеобразие героев Стрелкова заключается в том, что среди них нет ни абсолютно положительных, ни абсолютно отрицательных. Фаэтина оказывается злой на язык, беспричинно ссорясь в итоге с Оперхватом и своей доброй феей Повелитикой. А злая колдунья Валькирика характеризуется, как «женщина очень умная, хорошая и даже добрая (иногда), но неуравновешенная и склонная думать, прежде всего, о себе». Она и ее супруг Пронырус, ставший Перунусом (опять «говорящее» имя!) превращаются в добрых магов. В итоге они «жили очень долго и очень счастливо, остались вечно молоды. Валькирика почти перестала колдовать. Ни ей, ни ее супругу волшебство уже не было нужно, ибо все, чего бы они не пожелали, появлялось само собой точно в нужную минуту. Так бывает с людьми, достигшими гармонии с миром».

Может быть поэтому, становится искренне жалко дракона-неудачника Дранга Драчливого, которому отрубили голову. Его смерть оказывается просто неуместной.

Также прозу Стрелкова отличает мягкая ирония, которая вместе с включением в текст элементов современной речи и культуры (наличие в старинном королевстве метеорологического центра), придает ей своеобразие и также делает отличной от традиционной сказки. Поэтому вернее говорить о «Заколдованном Замке», как об ироническом фэнтези.

Вот описание последнего поединка Дранга Драчливого: «Перестав понапрасну тратить пламя, Дранг сделал над противниками пару кругов, после чего, изменив угол наклона крыла, резко спикировал вниз в расчете, что напуганные люди в последний момент разбегутся в разные стороны. Не тут-то было!». В итоге, разочарованный дракон спустился на землю, «демонстративно присел на хвост, высоко задрал заднюю лапу и демонстративно же, прищурив от видимого наслаждения глаза, принялся чесать у себя когтями за ухом».

Совсем не «по-сказочному» предстоит у Стрелкова и злая волшебница. Скорее перед нами просто усталая женщина, которую хочется не осуждать (или наказать), а пожалеть: «Валькирика не стала возражать. Многочисленные неудачи текущего дня катастрофически сказались на ее способности к трезвому расчету и выдержке».

Думается, «Сказки Заколдованного Замка» могут быть интересны и взрослым. Книга относится к жанру семейного чтения, в котором каждый может найти свои смыслы.

Если же проводить параллели, то ближе всего к Игорю Стрелкову оказывается, пожалуй, автор цикла книг о Жихаре Михаил Успенский. Правда, сравнение тут следует делать очень осторожно — все-таки у каждого из писателей своя оригинальная картина мира.

В свое время одним из неофициальных девизов Русской императорской армии стали слова из манифеста императора Александра I об Отечественной войне 1812 года: «Соединитесь все, с крестом в сердце и с оружием в руках, — никакие силы человеческие вас не одолеют».

Остается радоваться за читателей, что Игорь Стрелков не только железом, но и пером продолжает минувшие традиции. Даже, когда пишет не о войне.

Стрелков И. «Сказки Заколдованного Замка». — М.: Переход, 2015. 432 с.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Трухачёв

Политолог

Олег Смирнов

Заслуженный пилот СССР

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
10 лет Свободной Прессе
Александр Перенджиев
Александр Перенджиев

«Свободная Пресса» вносит большой вклад в формирование общественного мнения в России. И я не побоюсь сказать, что к материалам вашего издания вынуждена прислушиваться власть. Самый свежий пример — недавно мы с журналистом издания обсуждали трагедию сбитого в Сирии российского Ил-20. Мы говорили, что Россия испугается адекватно ответить Израилю, спровоцировавшему трагедию. И таким образом мы подначивали руководство России, чтобы ответ страны был более жёстким. И вот мы видим, что в Сирию поставлены российские комплексы ПВО С-300, что явилось достойным ответом Израилю. И подобных примеров можно привести немало — через публичное пространство журналисты издания воздействуют на власть, чтобы она действовала в том ключе, который отвечал бы национальным интересам страны.

Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня