Культура

Дракон и волшебницы без сказки

Андрей Мартынов о книге Игоря Стрелкова «Сказки Заколдованного Замка»

  
2161
Дракон и волшебницы без сказки

В общественном сознании военнослужащий предстает защитником (если он свой) или профессиональной машиной для убийства (если принадлежит к армии вероятного противника). Иными словами, образ солдата или офицера сводится к его профессиональным навыкам и дарованиям.

Увы, давно забыто, что великий композитор Цезарь Кюи был талантливым военным инженером, генералом, а адмирал Александр Колчак — ученым-океанографом, чьи труды удостоились награды Императорского русского географического общества.

Экс-министр обороны Донецкой народной республики Игорь Стрелков продолжает плодотворную литературную традицию отечественного офицерства, благо мыслит себя (и не без оснований!) хранителем памяти Императорской и Белой армий. Но продолжает ее Стрелков в неожиданном ключе. Если значительная часть художественного наследия военных содержит автобиографический элемент или просто связана с профессиональной традицией (Антон Деникин, Арсений Несмелов, Иван Савин), то Стрелков творит в совершенно ином жанре. Который, впрочем, тоже обманчив. Но обо всем по порядку.

На первый взгляд, новая книга Игоря Стрелкова — добротная детская сказка. Принцесса Фаэтина отказывает сватающимся к ней женихам: «с тех пор, как стала взрослой, я каждый день, каждый час ждала своего рыцаря», который совершит ради нее подвиг и в прямом смысле завоюет ее сердце. Поэтому она последовательно отвергала всех своих женихов и теперь «выпросила у отца эту поездку в последней надежде, что во время путешествия меня захватят в плен разбойники, или похитит коварный злой волшебник, или случится еще хоть что-нибудь, что позволит моему настоящему суженному прийти ко мне на помощь и освободить из заточения».

Правда, все обходится хорошо — рыцарь и маг Ординарус, в замке которого остановилась переночевать Фаэтина, завоевывает (но не сразу) ее сердце. Точнее, завоевывает не он, а Фаэтина (принцесса в его глазах вначале была лишь «волшебным мешком неприятностей», досадной обузой). Все происходит без всяких похищений, хотя и с поединками с драконами. Есть и ретроспекции в прошлое. Рассказанные жителями замка Ординаруса по ходу повествования истории, составляют значительную часть сюжета книги.

Как и во многих сказках, персонажи Стрелкова также имеют «говорящие» имена, подчеркивающие их характер: злая волшебница Валькирика, хитроватый волшебник Пронырус, начальник стражи Фаэтины бравый капитан Готост Оперхват, потенциальные женихи принцессы герцог Горамышц Турнирский, князь Лбопролом Пивохватский и рыцарь Объёлм Жов-Жеватский. Последний, оправдывая свое имя, так рассуждает о драконе, с которым ему предстоит сразиться, чтобы получить руку и сердце принцессы: «Хвост и ляжки наверняка должны быть вполне съедобны — вон какие массивные. А окорок, думается, если предварительно как следует замариновать и потом потушить, станет украшением свадебного стола. Крылышки — на барбекю, передние лапы, шею и голову — на холодец, седло — на шашлык, язык — закоптить и с хреном под водочку».

Есть в книге Стрелкова и новые волшебные существа, например трэльф Краставац: «триста лет назад он действительно был обычным эльфом, но умудрился так испортиться, что начал превращаться в тролля. А потом навеки застрял посередине… единственный в своем роде тролле-эльф, трэльф, короче говоря». Размером он напоминал зайца, а внешним видом «молодой, пупырчатый темно-зеленый огурец», который украсили парой лягушачьих глазок, мясистым носом, мохнатыми заостренными ушками и четырьмя трехпалыми лапками. Также он имеет длинный ярко-зеленый язык.

Или снули — добрые огромные волшебные звери, больше медведя. Снуль «очень пушист и когтист», чем-то напоминает кота, а «забавная и очень миролюбивая мордочка» — хомяка. У него «широкой и очень-очень пушистый хвост, на самом кончике которого красовался длинный жёлтый кривой коготь. Точно такими же когтями украшены были и кончики обоих ушей». В обычной жизни снули спят по полгода, оправдывая, тем самым, свое название или прозвище, умудряясь при этом смотреть чужие понравившиеся сны (этакое бесплатное кино!). А в остальное время помогают всем, в том числе и своим обидчикам, расстраивая, в частности? козни злых волшебников и колдунов.

Вместе с тем, было бы ошибкой воспринимать «Заколдованный Замок» только как сказку. В отличие от персонажей традиционных сказок, как уже отмечали критики (в частности, Елена Семенова), своеобразие героев Стрелкова заключается в том, что среди них нет ни абсолютно положительных, ни абсолютно отрицательных. Фаэтина оказывается злой на язык, беспричинно ссорясь в итоге с Оперхватом и своей доброй феей Повелитикой. А злая колдунья Валькирика характеризуется, как «женщина очень умная, хорошая и даже добрая (иногда), но неуравновешенная и склонная думать, прежде всего, о себе». Она и ее супруг Пронырус, ставший Перунусом (опять «говорящее» имя!) превращаются в добрых магов. В итоге они «жили очень долго и очень счастливо, остались вечно молоды. Валькирика почти перестала колдовать. Ни ей, ни ее супругу волшебство уже не было нужно, ибо все, чего бы они не пожелали, появлялось само собой точно в нужную минуту. Так бывает с людьми, достигшими гармонии с миром».

Может быть поэтому, становится искренне жалко дракона-неудачника Дранга Драчливого, которому отрубили голову. Его смерть оказывается просто неуместной.

Также прозу Стрелкова отличает мягкая ирония, которая вместе с включением в текст элементов современной речи и культуры (наличие в старинном королевстве метеорологического центра), придает ей своеобразие и также делает отличной от традиционной сказки. Поэтому вернее говорить о «Заколдованном Замке», как об ироническом фэнтези.

Вот описание последнего поединка Дранга Драчливого: «Перестав понапрасну тратить пламя, Дранг сделал над противниками пару кругов, после чего, изменив угол наклона крыла, резко спикировал вниз в расчете, что напуганные люди в последний момент разбегутся в разные стороны. Не тут-то было!». В итоге, разочарованный дракон спустился на землю, «демонстративно присел на хвост, высоко задрал заднюю лапу и демонстративно же, прищурив от видимого наслаждения глаза, принялся чесать у себя когтями за ухом».

Совсем не «по-сказочному» предстоит у Стрелкова и злая волшебница. Скорее перед нами просто усталая женщина, которую хочется не осуждать (или наказать), а пожалеть: «Валькирика не стала возражать. Многочисленные неудачи текущего дня катастрофически сказались на ее способности к трезвому расчету и выдержке».

Думается, «Сказки Заколдованного Замка» могут быть интересны и взрослым. Книга относится к жанру семейного чтения, в котором каждый может найти свои смыслы.

Если же проводить параллели, то ближе всего к Игорю Стрелкову оказывается, пожалуй, автор цикла книг о Жихаре Михаил Успенский. Правда, сравнение тут следует делать очень осторожно — все-таки у каждого из писателей своя оригинальная картина мира.

В свое время одним из неофициальных девизов Русской императорской армии стали слова из манифеста императора Александра I об Отечественной войне 1812 года: «Соединитесь все, с крестом в сердце и с оружием в руках, — никакие силы человеческие вас не одолеют».

Остается радоваться за читателей, что Игорь Стрелков не только железом, но и пером продолжает минувшие традиции. Даже, когда пишет не о войне.

Стрелков И. «Сказки Заколдованного Замка». — М.: Переход, 2015. 432 с.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Андрей Бунич

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России

Виктор Алкснис

Полковник запаса, политик

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня