Культура

Баталову — 80, или всё началось с апельсина

У Алексея Владимировича юбилей. От торжеств он сбежал, куда — не сказал, когда вернется — не признается

  
690

Алексей Баталов — честь и гордость «нашего» кино. Баталов — это «наша» «Золотая пальмовая ветвь» в Каннах и «наш» «Оскар». Алексей Владимирович Баталов — лауреат госпремий всех времен, но самая дорогая сердцу награда — недавно полученный во ВГИКе приз «Признание поколения». «Признание» Алексею Владимировичу вручили на закрытии Вгиковского фестиваля короткометражных работ. Студенты тискали любимого профессора, как плюшевого мишку…

Раннее детство Алёши — сына Н. А. Ольшевской и В. П. Баталова, прошло во дворе МХАТа. Когда мальчику было пять лет, Нина Ольшевская вышла замуж за известного писателя Виктора Ардова. О своем отчиме Алексей Баталов говорит: «Чувства Ардова ко мне — это отцовство в квадрате». Семейство перебралось на Большую Ордынку. В квартире на Ордынке подолгу гостила Анна Ахматова, заходили Мандельштам, Пастернак, Ильф и Петров, Зощенко. Однажды во время застолья Михаила Михайловича откомандировали уложить детей спать.

Из воспоминаний Баталова:

«Незнакомый нам гость вошел в комнату, прикрыл дверь и, сев между кроватями, сперва долго молчал. Мы с Петькой прикинули, что родители послали нам то, что самим негоже, но из вежливости терпеливо ждали. В наступившей тишине через коридор было слышно, как весело и шумно разгорается застолье. (…) Мы ждали скучноватый рассказ, может быть, с историческими героями или что то в этом роде. Наконец, с совершенно серьезным видом, устремив огромные полуприкрытые веками и удивительно темные глаза в угол комнаты, Зощенко начал говорить. Это была не то сказка, не то быль, потому как рядом с фантастическими событиями в ней принимали участие почти все находившиеся в тот момент возле нас предметы, а действующими лицами получались или Петька или я и кто то из наших мам. Мы стали хихикать. Но чем смешнее закручивалась ситуация, тем серьезнее становился рассказчик. Через несколько минут мы уже закатывались от смеха, а взрослые, оставив свой ужин, с любопытством и завистью заглядывали в детскую», рассказывает Баталов.

Ахматова приезжала в Москву, студент-Алёша по долгу гостил у неё в Петербурге. Петербург для Баталова — это, прежде всего, не съемки, а прогулки с Ахматовой по пушкинским местам. Когда Анна Андреевна умерла, никак не могли раздобыть крест. Это было в 66-м. Баталов снимал «Три толстяка», крест сколотили в павильонах «Ленфильма».

Евгений Рейн рассказал эту историю в стихотворении:

…Дела распределились в этот день

В таком разрезе: Бродский хлопотал

О месте для могилы в Комарово.

Важнейшие дела, конечно, Найман.

Мне поручили крест — и вот летаю

Полсуток на такси по похоронным

Универмагам. Вижу дикий вздор —

Цементные кресты на арматуре,

А деревянных и в помине нет.

Быть может, заказать? Но у кого?

И не успеют. Что же делать, Боже?

Мне тридцать лет, и варит голова.

Великая кинозвезда Баталов,

Заглавный сын из Ардовых, как раз

Снимает в павильончиках Ленфильма

«Три толстяка» по Юрию Олеше.

И у него есть плотники и лес

Для декораций. Это гениально!

Часа через четыре всё готово,

Замотанный в портьеры крест выносят

Из проходной Ленфильма, погружают

В баталовскую групповую «Волгу» —

И в Комарово…

Детство Баталова закончилось, когда началась война. В эвакуации в Бугульме он был рабочим сцены. В театре, который организовала его мать, Алёша топил печи, расставлял лавки, заправлял керосином лампы, давал первый звонок. Один из первых спектаклей — сказка Карло Гоцци «Три апельсина».

Из воспоминаний Баталова:

«Нигде и никогда потом я не чувствовал себя таким взрослым и нужным человеком, как тогда, когда, проходя через набитое ребятами фойе, я хозяйским жестом отворял служебную дверцу кулис и скрывался, именно скрывался за ней, ощущая всей кожей спины горящие завистливые взоры своих сверстников», рассказывает артист.

Мать не выпускала сына на сцену даже в качестве статиста. Алёша работал бутафором, декоратором, всем, чем придется. «Моими партнерами всегда оставались только деревяшки да холсты», вспоминает он…

В конце спектакля заколдованная героиня появлялась из разрубленного апельсина. Огромный фанерный фрукт стоял в глубине сцены, у задней кулисы, за ним пряталась актриса, под ним — лежал Баталов. В момент открытия Алёша должен был перехватить распахнутые половинки тяжелого апельсина.

Из воспоминаний Баталова:

«На премьере спектакль шел, как говорится, „под стон“. Началась картина с апельсином. Я занял свое место за задником. Теперь, прижавшись щекой к полу, одним глазом я мог подсматривать снизу за тем, что происходит на сцене… Видны только ноги артистов да черный провал зрительного зала… Десятки раз на репетиции я точно так смотрел из под задника, спокойно дожидаясь своей реплики, а тут, как только я увидел зал, меня вдруг охватило страшное волнение… Я почувствовал, что темнота — это люди, лица и глаза, все до единого обращенные в мою сторону. Они не знают, что апельсин — это я, для них меня нет, есть только этот рыжий шар, от которого все они ждут чего то невероятного, и совершить это должен и могу только я. (…)И вот герой медленно приближается к апельсину. Казалось, что пальцами я ощущаю поток внимания, который уперся и давит в мой фанерный щит. Реплика. Удар деревянной шпаги. Я открываю створки. Секунду две в зале тишина — и вдруг овация… Грохот, крики… Я понимаю, что это аплодисменты и визг по случаю появления героини, я понимаю, что все уже случилось и роль моя кончена, но чувства живут отдельно, и сердце прыгает, и я задыхаюсь от радости, потому что я сопричастен случившемуся.(…) Это и были те первые аплодисменты, которые в душе я и сегодня считаю своими», рассказывает артист.

А потом были первые съёмки, для которых Алёша из троечника на две недели превратился в отличника. На съёмки фильма Арнштама «Зоя» отпускали только лучших учеников. Потом был первый страх перед камерой и первый забытый текст. Закончив школу, Алёша поступил в Школу-студию МХАТа, в мастерскую к своему дяде, Виктору Станицыну. «О любом моем достижении говорили: „Ну конечно, это его Андровская научила“ или „разумеется, это они позвонили, и его взяли“. И я хотел доказать, что и сам, несмотря на своих именитых родственников, чего-то стою». И очень быстро это доказал.

Баталов снялся в картинах И. Е. Хейфеца «Большая семья», «Дело Румянцева», «Дорогой мой человек», «Дама с собачкой» и «День счастья», снялся у Михаила Ромма в фильме «Девять дней одного года» и у М. К. Калатозова в «Летят журавли», сыграл Голубкова в «Беге» А. А. Алова и В. Н. Наумова и декабриста князя Трубецкого в «Звезде пленительного счастья» В. Я. Мотыля. Снял «Шинель» с Роланом Быковым и «Три толстяка», где сыграл главную роль, для которой специально обучился искусству канатоходца.

Что ни фильм — признание, что ни роль — подарок. Но поистине всенародная любовь пришла к Баталову после фильма В. Меньшова «Москва слезам не верит». В Гошу были влюблены все женщины СССР, а также ближнего и дальнего зарубежья. Так одна девушка с древним именем Иштар влюбилась в Баталова-Гошу и приехала, страшно сказать, из Коста-Рики, чтобы учиться у него и только у него. Баталов преподает во ВГИКе с 1975 года.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Дмитрий Потапенко

Предприниматель

Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Павел Салин

Политолог

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня