Культура

«Браво», маэстро!

Интервью Романа Богословского с Евгением Хавтаном

  
2799
Лидер группы «Браво» Евгений Хавтан
Лидер группы «Браво» Евгений Хавтан (Фото: предоставлено автором)

Группа «Браво» в моей жизни появилась в далеком детстве. Первое знакомство связано с виниловой пластинкой, которую однажды купили родители. Я, восьмилетний, заслушал ее до царапин, пританцовывая под «Ленинградский рок-н-ролл» и «Желтые ботинки». А лет через пять мы с одноклассниками пришли в ДЮЦ и записались в кружок «ВИА». Наш руководитель Павел Петрович решил, что самое подходящее — играть «Браво». И мы начали осваивать музыкальные хитроумности, разбирая «Дорогу в облака», «Любите девушки», а потом и «Жар-птицу», «Если бы на Марсе…» и т. д. С тех пор прошло много лет, и мне посчастливилось пообщаться с лидером «Браво» Евгением Хавтаном.

— Евгений, 23 июля в клубе Gipsy состоится масштабный фестиваль Back to the Sixties. Идея принадлежит вам и создателю Moscow Mod Scene Олегу Миронову. Расскажите нам о фестивале. Для чего вы решили поместить москвичей и гостей столицы назад в шестидесятые?

— Я очень люблю шестидесятые — это был огромный кусок рок-истории, который вырезан сейчас из контекста, фактически забыт. Это касается американской и английской музыкальной культуры в первую очередь, но отчасти и нашей, отечественной. Той музыки практически нет в сегодняшнем медиапространстве, и это мне не очень нравится, поскольку именно те годы — это как раз и был старт молодежной культурной революции. Мне хочется показать, что все это было и есть, что оно живо, и, более того, музыку шестидесятых играют сегодня молодые люди. Им в среднем по 20 — 30 лет. Уж насколько много всего я знаю о том времени, но иногда от совсем молодых музыкантов слышу имена из 60-х, о которых ранее не знал. Это чертовски приятно. Основная идея фестиваля — сделать праздник музыки и стиля для себя и для тех, кому это интересно.

— А как вы отбираете коллективы? Легко ли стать участником фестиваля, если ты молодая, никому неизвестная группа или исполнитель?

— Нужно набрать ВК «Группа «Браво», через нее выйти на группу с одноименным названием — Back to the Sixties Moscow. Там есть вся информация. Заявок приходит много, отбор у нас довольно строгий. Основной критерий — оригинальность и самобытность, мы не рассматриваем группы, играющие каверы. Пускай это будет неизвестный коллектив, но он должен хорошо звучать и уметь общаться с аудиторией.

— Надеюсь, среди читателей «Свободной прессы» достойные найдутся. А у меня следующий вопрос: как вы считаете, сегодня возможно ли Глобальное Музыкальное Высказывание? Не просто какой-то разовый «хит-выстрел», а явление на уровне, к примеру, Led Zeppelin?

— Как раз недавно спорил на эту тему с одним музыкальным журналистом. Он доказывал, что это невозможно в наши времена. Я же считаю, что это возможно. Если появится какая-то яркая группа, которая сможет использовать все то, что было накоплено ранее, но сделает это правильно и талантливо, внесет в музыку и образ нечто свое — в этом случае переворот вполне реален.

Фото: предоставлено автором

 — Есть, к примеру, вот такая проблема у современных музыкантов. Я не поленился и прослушал подряд шесть групп, играющих в стиле «математический металл», это считается сегодня весьма продвинутым направлением в тяжелой музыке. Я ужаснулся тому, что все эти команды по-разному называются, но звучат совершенно одинаково, их буквально можно выпускать под одним названием — никто ничего не поймет…

 — Эта проблема повсюду в музыке сейчас. И корень ее в том, что коммерческая составляющая стала превалировать над творческой. Все хотят звучать в «радиозвуке» — это когда ты едешь в машине и тебе комфортно слушать музыку. По этой причине и радиостанции стали неотличимы друг от друга, и группы все звучат примерно одинаково. Это погоня за деньгами и слушателем, не более того.

— И как продолжение этой тенденции — погоня за огромным количеством просмотров на YouTube?

— Музыканты гонятся за количеством просмотров, словно в этом вся суть и заключается. Для меня количество просмотров того или иного клипа ничего не значит. Это, как правило, не является гарантом качества материала. Я просто хорошо понимаю, как достигаются эти бесконечные миллионы просмотров. Нажми на самые низко расположенные точки человека — и ты в дамках.

 — А как вы относитесь к тотальной компьютеризации музыкального творчества?

— Абсолютно нормально. Это просто инструмент, обладая которым можно качественно решать какие-то музыкальные задачи. Само по себе это не хорошо, не плохо, все зависит от того, кто и как этим инструментом пользуется. Компьютер позволил многим группам, у которых нет бюджетов, заявить о себе. Они сделали запись в собственной спальне, распространили ее через Интернет и стали известными. Но нужно помнить: если ты не можешь просто выйти с гитарой и спеть свою песню, это повод задуматься. Для меня мелодия и гармония — прежде всего. И если материал достойный, то компьютер только на пользу. Другое дело, когда при помощи различных звуков и новомодных сэмплов пытаются затушевать собственную композиторскую и исполнительскую несостоятельность. Но слушателя не обманешь.

— Как раз в конце шестидесятых так и было. Выходили и пели под гитару, и выглядело все весьма органично.

— Да. Именно тогда на Западе появилось огромное количество фолк-рок, фолк-блюз коллективов, были и трио, и сольные исполнители, которые пели под акустические инструменты. И аудитория концертов была не такой уж маленькой. Музыкантам было, что сказать, слушатели были готовы воспринимать — абсолютное согласие царило.

Фото: предоставлено автором

 — Резюмируем: с компьютером или без — музыка должна звучать одинаково интересно и цепляюще. А что касается Советского Союза? Были ведь и у нас интересные коллективы, частично связанные с фолком, артом и т. д.

 — Не так много, как на родине всех этих стилей, но были тоже. Совершенно чудесный фолковый ансамбль «Песняры» был, была арт-роковая команда «Автограф». И очень жалко, что, повторюсь, сегодня все эти слои — они просто вылизаны, задушены и похоронены. Prodigy или U2 — это еще люди помнят. Но тоже уже забывают потихоньку.

 — А что скажете о ранних работах ВИА «Ариэль»? Раз уж мы коснулись этих пластов…

— Я скажу, что они крутые. Чуть больше года назад я сводил в Америке кавер-версию на мою любимую ариэлевскую песню «Тишина». И мой американский саунд-продюсер сказал, что это очень серьезный арт-роковый коллектив. И если бы они пели по-английски, их было бы просто не отличить от американских и британских зачинателей жанра. Все сделано очень правильно, интересно аранжировано, все на уровне. Это даже не мое мнение, это мнение американца, который знает вопрос гораздо лучше меня.

— Вы концерты западных музыкантов посещаете? Что запомнилось из недавнего?

— Один из лучших концертов года, по моему мнению, это концерт PJ Harvey в Москве. А второй — это выступление Manu Chao на фестивале ANABUK, что проходил в мае этого года. Он просто разорвал «Зеленый театр» в клочья. Вообще всегда интересно посмотреть, как они это делают — свет, звук, сценография. Я люблю учиться.

— То есть, легендарный Евгений Хавтан, музыкант с более чем 35 летним стажем, все еще учится?

 — Конечно же. Я еще в пути. Именно поэтому я не умею и не люблю давать советов. Меня часто просят: «Расскажите, как поступить вот в таком-то случае, а что сделать вот в этом случае?» Я просто не считаю себя вправе наставлять, учить. Я проживаю свою жизнь. И максимум, что в этом случае возможно, это давать советы себе самому.

Фото: предоставлено автором

 — А какие у вас с нашей поп-сценой отношения? Есть, по-вашему, на ней какие-то крупные фигуры? Кого-то можно выделить? Вспоминаются слова Маликова о том, что-де Дима Билан — это последняя крупная звезда в России. Но ведь они все появляются, появляются, появляются…

— Я не специалист по российской попсе, и не люблю обсуждать коллег. Тут все просто. Если композитор написал запоминающуюся мелодию, а исполнитель молод, красив и обаятелен — то все в порядке. А насчет последней звезды — это просто невозможно. Это конвейер. Так и будут появляться новые мальчики и девочки на сцене, поскольку рождаются все новые слушатели — мальчики и девочки.

 — А что касается глобального облапошивания телезрителей — это я о проектах типа «Голоса». О них что думаете?

 — Это общемировая тенденция, мы тут даже не двадцатые. Это шоу, призванное скрашивать серые трудовые будни. Человек пришел с работы, он устал, включает телевизор, а там, в реальном времени, его делают соучастником побед и поражений, смеха и слез, вообще эмоций как таковых. Эта передача как бы живет за телезрителя. А он просто на диване сидит. На самом деле, опасность приходит тогда, когда к подобным телепроектам относятся серьезно. И зрители, и сами исполнители. Ведь люди из глубинки, которые попадают на телеэкран, они реально думают, что это на всю жизнь. И для многих это большая трагедия — возвращаться к себе в родной город ни с чем.

— Александр Ф. Скляр как-то сказал мне, что у музыканта в определенный момент наступает период, когда он уже не задумывается, в каком стиле работает, а просто делает музыку. У вас какое мнение? Когда-то группа «Браво» четко ассоциировалась со стиляжничеством, вы от этого ушли, а к чему движетесь?

— Знаете, для меня слово «жанр» абсолютно бессмысленно. Смысл для меня имеет только качество того, что я делаю — и конечный результат, так что со Скляром в этом смысле я согласен. Насчет стиляжничества — вы правы, мы ушли от этого достаточно далеко, хотя в каждом альбоме все равно есть какие-то песни-посвящения той эпохе, «приветы в прошлое». Но то, что сегодня играет «Браво» в полном смысле ретро-музыкой не назовешь.

— Тогда вопрос о самом новом на сегодняшний день альбоме «Браво» — «Навсегда». Почему вы решили самостоятельно спеть все песни? И почему не делали этого раньше?

— Я просто доверился внутреннему голосу и интуитивно почувствовал, что хочу спеть весь альбом сам. Вот и все. Послание от первого лица.

— Кем из бывших вокалистов, а их в «Браво» было, прямо скажем, немало, вы довольны больше всего? С кем работалось наиболее продуктивно?

— Самый дорогой для меня период, когда в «Браво» пела Жанна Агузарова. Это была какая-то необъяснимая химия, иначе бы ничего и не вышло. В моей памяти то время осталось как самое кайфовое: наши концерты, стадионы, когда мы поехали по стране впервые; молотили по 30 концертов в месяц, а питались в подсобках дворцов спорта, потому что вообще не думали о комфорте каком-то, больших деньгах. Это было романтичное время, которое дало мне очень многое в плане опыта, я многому тогда научился. Это был рок-н-ролл.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня