Культура

«„Черепашки ниндзя“ отталкивают безвкусной манерой исполнения»

Интервью с классиком отечественной мультипликации Леонидом Шварцманом

  
1822
Мультипликатор Леонид Шварцман
Мультипликатор Леонид Шварцман (Фото: Григорий Тамбулов/ТАСС)

Он «вывел» на большой экран Золотую антилопу, Снежную королеву, крокодила Гену, старуху Шапокляк, Удава, Мартышку, Слонёнка и Попугая, щенка из детской варежки и котёнка по имени Гав. Эти «кинозвёзды» родились на кончике его карандаша.

Он — легенда и история «Союзмультфильма». На этой киностудии сделал все свои фильмы — кукольные и рисованные. От дебютного в 1948 году «Федя Зайцев», где работал ассистентом художника, и до последних: в 1997-м как режиссёр завершил многосерийный мультфильм «Обезьянки», а в 2001-м «под занавес» нарисовал для самых маленьких зрителей ещё один — «Дора-дора помидора».

В этом году народный художник России (2002), член Международной ассоциации анимационного кино (International Animated Film Association, АSIFА), лауреат премии «Голливуд — детям» («Hollwood for Children Festival», 1997), почётный директор Московского музея анимации, классик отечественного мультипликационного кино Леонид Шварцман отметил свой день рождения в девяносто шестой раз.

— Леонид Аронович, вы родились там же, где и все ваши мультфильмы, в Москве?

— Вовсе и нет, в другой столице — Минске. Правда, фактически он оставался тогда провинциальным, маленьким городком Белоруссии.

— Не пробовали зафиксировать свою жизнь на бумаге — в мемуарах?

— Признаться, пока об этом не думал. Хотя у меня есть цикл детских воспоминаний о старом Минске в живописи. Эти работы написаны во второй половине 1990-х годов. Хотите посмотреть? Вот наш двор, улица. Вот я с приятелем. Вот — с котом. Это синагога, в которую водил меня отец. Весьма любопытный эскиз «Десятилетие Октября»; 1927 год, вот я, семилетний, на плакатах Ленин и Троцкий, главная освещённая улица Минска, гостиница «Европа» начала ХХ века, стиль модерн, — единственный в городе большой дом с лифтом. Мы, мальчишки, часто сбегались туда и подолгу наблюдали, как плывёт вверх эта «хрустальная» машина. В мае 1999 года выставил всю эту серию в Центральном доме художника в Москве.

— Кем были ваши родители?

— Папа работал бухгалтером. Мама занималась домашним хозяйством. Я был третьим ребёнком в семье. В духе каких традиций нас воспитывали? В тех, что идут из ХIХ века. Основополагающими качествами считали благородство, порядочность, честность, честь, умение держать слово.

— В поисках Синей птицы пришлось-таки покинуть отчий дом?

— Окончив среднюю школу, я уехал в Ленинград — учился в художественной школе при Институте живописи, скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина. Во время войны работал учеником токаря на Кировском заводе. Вместе с заводом был эвакуирован на Урал, в Челябинск. А потом меня вызвали в Москву. И я поступил на отделение мультипликации художественного факультета ВГИКа. К тому времени, когда его окончил — в 1951-м, я уже три года работал на «Союзмультфильме».

— И проработали там более полувека. Вовсе не случайно Детский фонд имени Одри Хёпберн наградил вас в 1997 году за многолетний вклад в развитие киноискусства для детей своей премией — хрустальной звездой «Голливуд — детям» («Hollwood for Children Festival»), которую вручал в Нью-Йорке Шон Хёпберн Феррер, сын Одри Хёпберн и Мела Феррера…

— И церемония награждения, проходившая в одном из кинотеатров на Бродвее, и сама премия — для меня чудо. Такой же премии, но в другой номинации, как режиссёр, был удостоен тогда и один из мэтров отечественной анимации Иван Аксенчук, делавший фильмы в классической рисованной технологии: «Ореховый прутик» (1955), «Мальчик из Неаполя» (1958),"Молодильные яблоки" (1974). Среди наших совместных работ, пожалуй, более или менее известен «Дядя Стёпа — милиционер» (1964).

— Почему именно с мультипликацией связали свою судьбу?

— Мне нравилось, что у художника-мультипликатора в отличие от художника игрового кино, который в основном занимается построением декораций, всё-таки больше свободы для творчества. Он сам всё придумывает и рисует. Пожалуй, мультипликация даже ближе к книжной графике.

— Чем объяснить вашу верность одному и тому же жанру — сказке?

— Детской привязанностью. Конечно, сказка манила и необычным сюжетом, удивительными персонажами. Здесь такой простор для фантазии, воображения! Где, как не в сказке, возможны всякие чудеса, волшебства, превращения? И где, как не в сказке, всё это могло быть воплощено?

Кроме того, в 1940—1950-е годы мультфильмы делались у нас исключительно для детей. Поэтому все наши ведущие кинорежиссёры ставили сказки. Валентина и Зинаида Брумберг — «Сказка о царе Салтане» (1943), «Ночь перед Рождеством» (1951); Леонид Амальрик — «Серая шейка» (совместно с Владимиром Полковниковым; 1948) «Стрела улетает в сказку» (1954), «Снеговик-почтовик» (1955), «Кошкин дом» (1958); Владимир Полковников — «Заколдованный мальчик» (совместно с Александрой Снежко-Блоцкой; 1955); Лев Атаманов — «Волшебный ковёр» (1948), «Жёлтый аист» (1950). Фильмом-сказкой номер один безоговорочно был признан прекрасный «Конёк-Горбунок» (1947) режиссёра Ивана Иванова-Вано и художника-постановщика Льва Мильчина.

Оказавшись в 1948 году на «Союзмультфильме», я тоже попал в сказку, правда, современную — «Федя Зайцев».

— Задержимся в том времени. Что не забывается?

— Замечательные режиссёры, художники, авторы сценариев, операторы, с которыми мне посчастливилось встречаться, общаться, сотрудничать. Все они сыграли немалую роль в моём личностном и профессиональном становлении.

Первые три года я работал ассистентом художника в съёмочной группе старейших советских мультипликаторов сестёр Брумберг: «Федя Зайцев» (1948) поставлен по сценарию Николая Эрдмана и Михаила Вольпина; «Чудесный колокольчик» (1949) — по мотивам русских народных сказок; автором сценария фильма «Девочка в цирке» (1950) стал Юрий Олеша — парадоксальный в суждениях, удивительно яркий внешне…

Часто приходил на «Союзмультфильм» крупнейший актёр МХАТа Михаил Яншин. Обладатель необычайно колоритного голоса, словно созданного для рассказывания сказок, он не только озвучивал почти все фильмы Брумберг, но и выступал в качестве режиссёра-консультанта («Сказка о солдате», 1948) и сценариста («Ночь перед Рождеством»). Я чаще всего участвовал в их разговорах об искусстве, да и просто о жизни на правах слушателя. Но и это было большой радостью, наполняло душу ощущением счастья, окрыляло.

Вспоминаю Эраста Гарина, озвучившего немало фильмов одного из пионеров советской графической мультипликации Александра Иванова. И Михаила Цехановского — выдающегося режиссёра и изумительного художника-графика, внесшего высочайшую изобразительную культуру в анимационное искусство («Сказка о глупом мышонке», 1940; «Телефон», 1944; «Цветик-семицветик», 1948; «Сказка о рыбаке и рыбке», 1950; «Каштанка», 1952; «Царевна-лягушка», 1954; «Дикие лебеди», 1962; «Почта», 1964). И Льва Мильчина — художника-постановщика рисованных и кукольных фильмов, и вообще, весьма значительную фигуру в отечественном кино. Он был моим другом ещё со школьных лет — тоже родился в Минске и в том же, как и я, 1920 году.

Безусловно, с благодарностью вспоминаю и самого Льва Константиновича Атаманова, одного из основателей отечественной рисованной мультипликации. Нам с Александром Винокуровым посчастливилось работать художниками-постановщиками в его замечательных сказках: «Аленький цветочек» (1952), «Золотая антилопа» (1954) и «Снежная королева» (1957).

Втроём мы сделали ещё несколько фильмов. Среди них и большой, почти часовой, и тоже сказка — «Ключ» (1961), по сценарию Михаила Вольпина. Но он, к сожалению, хотя и задуман был интересно, и труда вложено немало, получился не совсем удачным.

«Аленький цветочек», «Золотая антилопа» и классическая «Снежная королева» — это наши главные фильмы.

— И, кроме того, с «фейерверком» кинематографических призов на всесоюзных и международных фестивалях. Например, «Снежная королева» — Первая премия на IХ Международном кинофестивале для детей и юношества в Венеции (Италия, 1957), Первая премия за полнометражный мультфильм на ХI Международном кинофестивале в Канне (Франция, 1958), Первая премия на Международном кинофестивале анимационных фильмов в Риме (Италия, 1958), лучший фильм года на III Международном смотре фестивальных фильмов в Лондоне (Англия, 1959)… А ещё — это перевод на многие иностранные языки, восторг зрителей разных стран и уже далеко не одного поколения.

Вы всегда называете Атаманова своим главным режиссёром и учителем, а годы работы с ним на «Союзмультфильме» — самыми счастливыми. Как состоялось ваше знакомство?

— Впервые Лев Константинович увидел меня у сестёр Брумберг, а потом, когда я уже защитил дипломную работу, пригласил в свою съёмочную группу. У нас образовалась чисто мужская дружная, озорная и боевая компания: Атаманов, художник Александр Винокуров и я. Несмотря на то, что Атаманов принадлежал к другому поколению — был старше и меня, и Винокурова на пятнадцать-семнадцать лет, разница в возрасте его ничуть не смущала.

И вообще, он был легендарной личностью. Человек высокой культуры, большой знаток музыки, литературы, изобразительного искусства, любознательный, дотошный, он жаждал сам досконально изучить тему, за которую брался, увидеть всё своими глазами. В середине 1950-х годов, когда мы готовились к съёмкам «Снежной королевы», и речи не могло быть о командировке за рубеж — в Данию, на родину Андерсена. Железный занавес! Около месяца путешествовали по Прибалтике, в чём-то родственной той стране: Рига, Тарту, Таллин. Фотографировали, делали зарисовки…

Материалы об Индии для «Золотой антилопы» собирали в Ленинской библиотеке, запасниках Эрмитажа. Перед съёмками фильма «Пёс и Кот» (1955) по сценарию известного писателя Ованеса Туманяна уезжали в Армению.

Глубокий, серьёзный подход — отличительная черта этого режиссёра. Поэтический мир сказки во всех его фильмах удивительно переплетён с действительностью, а фантазия — с точной наблюдательностью.

— Что ещё, помимо акцента на сказках, характерно для отечественной мультипликации тех лет?

— Абсолютный реализм. Рисованные персонажи были так похожи на настоящих актёров, что у зрителя складывалось впечатление, что перед ним игровой фильм. Этот стиль исполнения был заимствован у Уолта Диснея — чем не живая девочка его Белоснежка из «Белоснежки и семи гномов» (1937)? Сначала на плёнку, как в «большом» кино, снимали актёра. Потом, кадрик за кадриком, шла расшифровка — все его движения, жесты, мимику художник переводил на бумагу. Реальный образ почти один к одному становился графическим персонажем. Затем уточнялись, прорисовывались отдельные черты. Кстати, тот же актёр и озвучивал своего «двойника». В целом это была довольно сложная, трудоёмкая, кропотливая работа.

К помощи актёров почти во всех своих работах прибегали Михаил Цехановский — опять же «Сказка о рыбаке и рыбке» и «Каштанка»; Иван Иванов-Вано — «Сказка о мёртвой царевне и семи богатырях» (1951), «Снегурочка» (1952), «Двенадцать месяцев» (1956). Этот же приём был использован Львом Атамановым в «Золотой антилопе» и «Снежной королеве». А в богатом купце Степане Емельяновиче и его корабельном товарище из «Аленького цветочка» можно даже легко узнать знаменитых мхатовцев, которые их «сыграли», — Николая Богомолова, вошедшего в историю кино ролью коммуниста Шахова в фильме «Великий гражданин» (1937) Фридриха Эрмлера, и Владимира Грибкова, непревзойдённого мистера Пиквика в спектакле «Пиквикский клуб», поставленном Виктором Станицыным.

— А кто в «Аленьком цветочке» «был» Чудищем, превратившимся в принца?

— Это придуманный образ с голосом популярного актёра из Театра имени Евгения Вахтангова Михаила Астангова.

— Где вас «нашёл» Роман Качанов?

— У Льва Атаманова, у которого Качанов, окончив после войны курсы художников-мультипликаторов при «Союзмультфильме», работал аниматором в «Аленьком цветочке» и «Золотой антилопе». Потом он перешёл в кукольную (объёмную) анимацию и как режиссёр стал делать очень милые, очаровательные фильмы: «Старик и журавль» (1958), «Влюблённое облако» (1959) — оба совместно с Анатолием Карановичем, «Машенька и медведь» (1960) и т. д. А потом — я работал тогда, о чём уже говорил, с Иваном Аксенчуком — предложил мне сотрудничать с ним.

— Можно предположить, что и всякие курьёзы и розыгрыши случались?

— Да, их не счесть… Первые послевоенные годы были очень тяжёлыми в бытовом смысле. Такого понятия, как отдельная благоустроенная квартира, для многих москвичей просто не существовало. Жили в коммуналках — и, стало быть, с минимальными удобствами. Как-то в обеденный перерыв я собрался в Оружейные бани, что находились поблизости от «Союзмультфильма», а мои товарищи остались играть в шахматы. Помылся, открываю чемодан, и — о, ужас! Вместо чистого белья — завёрнутый в газету войлок… К счастью, в этот момент в раздевалку ворвался мой верный друг Александр Винокуров и отдал похищенные вещи. Оказывается, Роман Качанов, известный и довольно изощрённый в своих проказах шутник, решил так надо мной посмеяться, в чём сам потом мне и признался.

А вот какая беда стряслась с Львом Мильчином. Раньше в слякотную погоду было принято надевать галоши. Приходя в гости, их оставляли в передней. У Лёвы, вечно погружённого в мир своих художественных идей, мечтаний, высоких стремлений, галоши всегда были грязными. Однажды тот же Роман Качанов вымыл его галоши и поставил на прежнее место. Естественно, когда Лёва собрался уходить, он никак не мог найти свои замызганные галоши. И мысли не допуская, что вот эти-то, что стоят перед ним, и есть его! Так и отправился домой без галош…

Фактически на студии мы проводили всё время — с утра до позднего вечера. Там и те же шахматы, и разговоры, дымили вовсю, ну и, конечно, иногда выпивали. А уж когда выпьем по-настоящему, начинались самые-самые сокровенные разговоры о творчестве. У нас существовал свой Гамбургский счёт: выясняли, кто из нас первый, второй, третий…

— За кем обычно признавали первенство?

— Из режиссёров — за Михаилом Цехановским, или Львом Атамановым, или Леонидом Амальриком. Среди мультипликаторов всегда лидировал Фёдор Хитрук. В «лагере» художников пальма первенства обычно принадлежала удивительно талантливому Виктору Никитину.

— Вернёмся к вашей работе с Качановым…

— Первый наш фильм — «Портрет» (1965), рисованный, по одноимённой сказке Сергея Михалкова, не сложился. По-настоящему интересна вторая работа — «Потерялась внучка» (1966) по сценарию детского писателя и тогда главного редактора журнала «Мурзилка» Анатолия Митяева. Затем — «Варежка» (1967). Автор сценария — Жанна Витензон. Фильм стал весьма популярным, получил множество призов на разных кинофестивалях, в том числе Первую премию за лучший детский фильм на VII Международном фестивале анимационного кино в Аннеси (Франция, 1967) и Гран-при «Золотая пластина» на Х Международном фестивале для детей и юношества в Хихоне (Испания, 1968). Следующий фильм, «Соперники» (1968), оказался не особо примечательными. А потом Качанов случайно наткнулся на повесть-сказку «Крокодил Гена и его друзья» Эдуарда Успенского. Книжка ему очень понравилась. Успенский написал сценарий. В 1969 году вышел «Крокодил Гена».

— В мультипликации художник создаёт мир — пространство, время, движение и т. д., — которого не существует в реальности. С чего обычно начиналась ваша «игра» с карандашом?

— Сначала, разумеется, читал сценарий. Какие-то пожелания высказывал режиссёр. И — бесконечные наброски. Импровизируешь. Вереница образов. И вдруг понимаешь — вот он!

— Именно так вы нашли Чебурашку? Удивительно, но рисованного — из книжки, в которой были иллюстрации другого художника, и экранного объединяет разве что имя…

— Поиски Чебурашки были самыми мучительными. Что сказано о нём у Успенского? Большие жёлтые глаза, как у филина. Голова круглая, заячья. Пушистый и коротенький хвост, как у маленьких медвежат. Фантазировал. Увеличивал то глаза, то уши. Могу показать вам подлинный эскиз, на котором изобразил самого первого Чебурашку. (Художник подошёл к книжной полке и достал стоявшую там небольшую картинку в самодельной рамочке. На ней — лопоухое милое существо. — Е. К.) Потом, из фильма в фильм — «Чебурашка» (1971), «Шапокляк» (1974), «Чебурашка идёт в школу» (1983) — внешность этого «неизвестного науке зверя» чуть-чуть изменялась, шлифовалась, но суть осталась прежней, не правда ли?

— А с «натуры» «лепили»?

— Ну не то чтобы с «натуры»… Но нередко рисунки действительно проецировались на вполне конкретного человека. Помните Маму из «Варежки», которая больше всего на свете любила книжки и совсем не знала, о чём мечтает её дочка? Я нашёл «её» у нас на киностудии. «Она» работала художником-мультипликатором и, как мне показалось, напоминала мою героиню манерой поведения, взглядами. Конечно, вымышленный образ вышел слегка заострённым.

— А ещё?

— Один из грабителей в фильме «Обезьянки» по сценарию Григория Остера, точнее, в его третьей и седьмой сериях «Обезьянки и грабители» (1985) и «Скорая помощь» (1997) — тот, что маленького роста, с седой бородкой, — перед вами. А его приятель — огромный, трогательный — разве не похож на Алексея Смирнова? Среди киноролей этого комедийного актёра — Митя Кныш в «Полосатом рейсе», верзила в гайдаевской «Операции „Ы“ и других приключениях Шурика», шеф-повар из «Трёх толстяков». Вспомнили?

— Сосчитать всех придуманных вами кукольных и рисованных героев — дело безнадёжное. А вот узнать их можно без труда: забавные трогательные рожицы, добрые глаза. Ваш Удав очень даже миролюбив, вдумчив и безмятежен, крокодил Гена проявляет приятный мягкий нрав, даже зловредная Шапокляк не лишена привлекательности…

— Наверное, это может быть оправдано свойством моей натуры. Вот и герои тёплые, с чувством юмора, иногда с лукавинкой. Но никогда не злые, не коварные, не агрессивные.

— Выходит, такие, как черепашки Ниндзя, вам ни капельки не симпатичны?

— Конечно же, нет! Ужас берёт, когда видишь их. Они отталкивают своей довольно безвкусной манерой исполнения и явно преступными наклонностями. Рядом с заграничными мультсериалами, где есть такие персонажи, «Ну, погоди!» Вячеслава Котёночкина просто институт благородных девиц!

Больше всего огорчает то, что, оказывается, большинство современных девочек и мальчиков ждут именно такого кино: «Мы любим ужастики! Там, где стреляют, дерутся, убивают!» Им скучны наши старые мультфильмы, которые полны юмором, изобретательностью, ненавязчивой поучительностью, человечностью.

Напротив, например, в Америке наши классические мультфильмы пользуются огромным успехом. И это объяснимо — они тревожат ум и сердце. Их пропагандой там занимается известный актёр Олег Видов. Киностудия «Союзмультфильм» продала ему права на прокат своих картин. Используя новейшую компьютерную технику, он восстанавливает старые ленты — результат блестящий! Для дубляжа на английский язык приглашает самых лучших голливудских актёров, и те соглашаются работать буквально за мизерные, по их масштабам, деньги — из желания помочь этому благородному делу…

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Андрей Бунич

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Владимир Шаповалов

Историк, политолог

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня