Культура

«„Черепашки ниндзя“ отталкивают безвкусной манерой исполнения»

Интервью с классиком отечественной мультипликации Леонидом Шварцманом

  
1810
Мультипликатор Леонид Шварцман
Мультипликатор Леонид Шварцман (Фото: Григорий Тамбулов/ТАСС)

Он «вывел» на большой экран Золотую антилопу, Снежную королеву, крокодила Гену, старуху Шапокляк, Удава, Мартышку, Слонёнка и Попугая, щенка из детской варежки и котёнка по имени Гав. Эти «кинозвёзды» родились на кончике его карандаша.

Он — легенда и история «Союзмультфильма». На этой киностудии сделал все свои фильмы — кукольные и рисованные. От дебютного в 1948 году «Федя Зайцев», где работал ассистентом художника, и до последних: в 1997-м как режиссёр завершил многосерийный мультфильм «Обезьянки», а в 2001-м «под занавес» нарисовал для самых маленьких зрителей ещё один — «Дора-дора помидора».

В этом году народный художник России (2002), член Международной ассоциации анимационного кино (International Animated Film Association, АSIFА), лауреат премии «Голливуд — детям» («Hollwood for Children Festival», 1997), почётный директор Московского музея анимации, классик отечественного мультипликационного кино Леонид Шварцман отметил свой день рождения в девяносто шестой раз.

— Леонид Аронович, вы родились там же, где и все ваши мультфильмы, в Москве?

— Вовсе и нет, в другой столице — Минске. Правда, фактически он оставался тогда провинциальным, маленьким городком Белоруссии.

— Не пробовали зафиксировать свою жизнь на бумаге — в мемуарах?

— Признаться, пока об этом не думал. Хотя у меня есть цикл детских воспоминаний о старом Минске в живописи. Эти работы написаны во второй половине 1990-х годов. Хотите посмотреть? Вот наш двор, улица. Вот я с приятелем. Вот — с котом. Это синагога, в которую водил меня отец. Весьма любопытный эскиз «Десятилетие Октября»; 1927 год, вот я, семилетний, на плакатах Ленин и Троцкий, главная освещённая улица Минска, гостиница «Европа» начала ХХ века, стиль модерн, — единственный в городе большой дом с лифтом. Мы, мальчишки, часто сбегались туда и подолгу наблюдали, как плывёт вверх эта «хрустальная» машина. В мае 1999 года выставил всю эту серию в Центральном доме художника в Москве.

— Кем были ваши родители?

— Папа работал бухгалтером. Мама занималась домашним хозяйством. Я был третьим ребёнком в семье. В духе каких традиций нас воспитывали? В тех, что идут из ХIХ века. Основополагающими качествами считали благородство, порядочность, честность, честь, умение держать слово.

— В поисках Синей птицы пришлось-таки покинуть отчий дом?

— Окончив среднюю школу, я уехал в Ленинград — учился в художественной школе при Институте живописи, скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина. Во время войны работал учеником токаря на Кировском заводе. Вместе с заводом был эвакуирован на Урал, в Челябинск. А потом меня вызвали в Москву. И я поступил на отделение мультипликации художественного факультета ВГИКа. К тому времени, когда его окончил — в 1951-м, я уже три года работал на «Союзмультфильме».

— И проработали там более полувека. Вовсе не случайно Детский фонд имени Одри Хёпберн наградил вас в 1997 году за многолетний вклад в развитие киноискусства для детей своей премией — хрустальной звездой «Голливуд — детям» («Hollwood for Children Festival»), которую вручал в Нью-Йорке Шон Хёпберн Феррер, сын Одри Хёпберн и Мела Феррера…

— И церемония награждения, проходившая в одном из кинотеатров на Бродвее, и сама премия — для меня чудо. Такой же премии, но в другой номинации, как режиссёр, был удостоен тогда и один из мэтров отечественной анимации Иван Аксенчук, делавший фильмы в классической рисованной технологии: «Ореховый прутик» (1955), «Мальчик из Неаполя» (1958),"Молодильные яблоки" (1974). Среди наших совместных работ, пожалуй, более или менее известен «Дядя Стёпа — милиционер» (1964).

— Почему именно с мультипликацией связали свою судьбу?

— Мне нравилось, что у художника-мультипликатора в отличие от художника игрового кино, который в основном занимается построением декораций, всё-таки больше свободы для творчества. Он сам всё придумывает и рисует. Пожалуй, мультипликация даже ближе к книжной графике.

— Чем объяснить вашу верность одному и тому же жанру — сказке?

— Детской привязанностью. Конечно, сказка манила и необычным сюжетом, удивительными персонажами. Здесь такой простор для фантазии, воображения! Где, как не в сказке, возможны всякие чудеса, волшебства, превращения? И где, как не в сказке, всё это могло быть воплощено?

Кроме того, в 1940—1950-е годы мультфильмы делались у нас исключительно для детей. Поэтому все наши ведущие кинорежиссёры ставили сказки. Валентина и Зинаида Брумберг — «Сказка о царе Салтане» (1943), «Ночь перед Рождеством» (1951); Леонид Амальрик — «Серая шейка» (совместно с Владимиром Полковниковым; 1948) «Стрела улетает в сказку» (1954), «Снеговик-почтовик» (1955), «Кошкин дом» (1958); Владимир Полковников — «Заколдованный мальчик» (совместно с Александрой Снежко-Блоцкой; 1955); Лев Атаманов — «Волшебный ковёр» (1948), «Жёлтый аист» (1950). Фильмом-сказкой номер один безоговорочно был признан прекрасный «Конёк-Горбунок» (1947) режиссёра Ивана Иванова-Вано и художника-постановщика Льва Мильчина.

Оказавшись в 1948 году на «Союзмультфильме», я тоже попал в сказку, правда, современную — «Федя Зайцев».

— Задержимся в том времени. Что не забывается?

— Замечательные режиссёры, художники, авторы сценариев, операторы, с которыми мне посчастливилось встречаться, общаться, сотрудничать. Все они сыграли немалую роль в моём личностном и профессиональном становлении.

Первые три года я работал ассистентом художника в съёмочной группе старейших советских мультипликаторов сестёр Брумберг: «Федя Зайцев» (1948) поставлен по сценарию Николая Эрдмана и Михаила Вольпина; «Чудесный колокольчик» (1949) — по мотивам русских народных сказок; автором сценария фильма «Девочка в цирке» (1950) стал Юрий Олеша — парадоксальный в суждениях, удивительно яркий внешне…

Часто приходил на «Союзмультфильм» крупнейший актёр МХАТа Михаил Яншин. Обладатель необычайно колоритного голоса, словно созданного для рассказывания сказок, он не только озвучивал почти все фильмы Брумберг, но и выступал в качестве режиссёра-консультанта («Сказка о солдате», 1948) и сценариста («Ночь перед Рождеством»). Я чаще всего участвовал в их разговорах об искусстве, да и просто о жизни на правах слушателя. Но и это было большой радостью, наполняло душу ощущением счастья, окрыляло.

Вспоминаю Эраста Гарина, озвучившего немало фильмов одного из пионеров советской графической мультипликации Александра Иванова. И Михаила Цехановского — выдающегося режиссёра и изумительного художника-графика, внесшего высочайшую изобразительную культуру в анимационное искусство («Сказка о глупом мышонке», 1940; «Телефон», 1944; «Цветик-семицветик», 1948; «Сказка о рыбаке и рыбке», 1950; «Каштанка», 1952; «Царевна-лягушка», 1954; «Дикие лебеди», 1962; «Почта», 1964). И Льва Мильчина — художника-постановщика рисованных и кукольных фильмов, и вообще, весьма значительную фигуру в отечественном кино. Он был моим другом ещё со школьных лет — тоже родился в Минске и в том же, как и я, 1920 году.

Безусловно, с благодарностью вспоминаю и самого Льва Константиновича Атаманова, одного из основателей отечественной рисованной мультипликации. Нам с Александром Винокуровым посчастливилось работать художниками-постановщиками в его замечательных сказках: «Аленький цветочек» (1952), «Золотая антилопа» (1954) и «Снежная королева» (1957).

Втроём мы сделали ещё несколько фильмов. Среди них и большой, почти часовой, и тоже сказка — «Ключ» (1961), по сценарию Михаила Вольпина. Но он, к сожалению, хотя и задуман был интересно, и труда вложено немало, получился не совсем удачным.

«Аленький цветочек», «Золотая антилопа» и классическая «Снежная королева» — это наши главные фильмы.

— И, кроме того, с «фейерверком» кинематографических призов на всесоюзных и международных фестивалях. Например, «Снежная королева» — Первая премия на IХ Международном кинофестивале для детей и юношества в Венеции (Италия, 1957), Первая премия за полнометражный мультфильм на ХI Международном кинофестивале в Канне (Франция, 1958), Первая премия на Международном кинофестивале анимационных фильмов в Риме (Италия, 1958), лучший фильм года на III Международном смотре фестивальных фильмов в Лондоне (Англия, 1959)… А ещё — это перевод на многие иностранные языки, восторг зрителей разных стран и уже далеко не одного поколения.

Вы всегда называете Атаманова своим главным режиссёром и учителем, а годы работы с ним на «Союзмультфильме» — самыми счастливыми. Как состоялось ваше знакомство?

— Впервые Лев Константинович увидел меня у сестёр Брумберг, а потом, когда я уже защитил дипломную работу, пригласил в свою съёмочную группу. У нас образовалась чисто мужская дружная, озорная и боевая компания: Атаманов, художник Александр Винокуров и я. Несмотря на то, что Атаманов принадлежал к другому поколению — был старше и меня, и Винокурова на пятнадцать-семнадцать лет, разница в возрасте его ничуть не смущала.

И вообще, он был легендарной личностью. Человек высокой культуры, большой знаток музыки, литературы, изобразительного искусства, любознательный, дотошный, он жаждал сам досконально изучить тему, за которую брался, увидеть всё своими глазами. В середине 1950-х годов, когда мы готовились к съёмкам «Снежной королевы», и речи не могло быть о командировке за рубеж — в Данию, на родину Андерсена. Железный занавес! Около месяца путешествовали по Прибалтике, в чём-то родственной той стране: Рига, Тарту, Таллин. Фотографировали, делали зарисовки…

Материалы об Индии для «Золотой антилопы» собирали в Ленинской библиотеке, запасниках Эрмитажа. Перед съёмками фильма «Пёс и Кот» (1955) по сценарию известного писателя Ованеса Туманяна уезжали в Армению.

Глубокий, серьёзный подход — отличительная черта этого режиссёра. Поэтический мир сказки во всех его фильмах удивительно переплетён с действительностью, а фантазия — с точной наблюдательностью.

— Что ещё, помимо акцента на сказках, характерно для отечественной мультипликации тех лет?

— Абсолютный реализм. Рисованные персонажи были так похожи на настоящих актёров, что у зрителя складывалось впечатление, что перед ним игровой фильм. Этот стиль исполнения был заимствован у Уолта Диснея — чем не живая девочка его Белоснежка из «Белоснежки и семи гномов» (1937)? Сначала на плёнку, как в «большом» кино, снимали актёра. Потом, кадрик за кадриком, шла расшифровка — все его движения, жесты, мимику художник переводил на бумагу. Реальный образ почти один к одному становился графическим персонажем. Затем уточнялись, прорисовывались отдельные черты. Кстати, тот же актёр и озвучивал своего «двойника». В целом это была довольно сложная, трудоёмкая, кропотливая работа.

К помощи актёров почти во всех своих работах прибегали Михаил Цехановский — опять же «Сказка о рыбаке и рыбке» и «Каштанка»; Иван Иванов-Вано — «Сказка о мёртвой царевне и семи богатырях» (1951), «Снегурочка» (1952), «Двенадцать месяцев» (1956). Этот же приём был использован Львом Атамановым в «Золотой антилопе» и «Снежной королеве». А в богатом купце Степане Емельяновиче и его корабельном товарище из «Аленького цветочка» можно даже легко узнать знаменитых мхатовцев, которые их «сыграли», — Николая Богомолова, вошедшего в историю кино ролью коммуниста Шахова в фильме «Великий гражданин» (1937) Фридриха Эрмлера, и Владимира Грибкова, непревзойдённого мистера Пиквика в спектакле «Пиквикский клуб», поставленном Виктором Станицыным.

— А кто в «Аленьком цветочке» «был» Чудищем, превратившимся в принца?

— Это придуманный образ с голосом популярного актёра из Театра имени Евгения Вахтангова Михаила Астангова.

— Где вас «нашёл» Роман Качанов?

— У Льва Атаманова, у которого Качанов, окончив после войны курсы художников-мультипликаторов при «Союзмультфильме», работал аниматором в «Аленьком цветочке» и «Золотой антилопе». Потом он перешёл в кукольную (объёмную) анимацию и как режиссёр стал делать очень милые, очаровательные фильмы: «Старик и журавль» (1958), «Влюблённое облако» (1959) — оба совместно с Анатолием Карановичем, «Машенька и медведь» (1960) и т. д. А потом — я работал тогда, о чём уже говорил, с Иваном Аксенчуком — предложил мне сотрудничать с ним.

— Можно предположить, что и всякие курьёзы и розыгрыши случались?

— Да, их не счесть… Первые послевоенные годы были очень тяжёлыми в бытовом смысле. Такого понятия, как отдельная благоустроенная квартира, для многих москвичей просто не существовало. Жили в коммуналках — и, стало быть, с минимальными удобствами. Как-то в обеденный перерыв я собрался в Оружейные бани, что находились поблизости от «Союзмультфильма», а мои товарищи остались играть в шахматы. Помылся, открываю чемодан, и — о, ужас! Вместо чистого белья — завёрнутый в газету войлок… К счастью, в этот момент в раздевалку ворвался мой верный друг Александр Винокуров и отдал похищенные вещи. Оказывается, Роман Качанов, известный и довольно изощрённый в своих проказах шутник, решил так надо мной посмеяться, в чём сам потом мне и признался.

А вот какая беда стряслась с Львом Мильчином. Раньше в слякотную погоду было принято надевать галоши. Приходя в гости, их оставляли в передней. У Лёвы, вечно погружённого в мир своих художественных идей, мечтаний, высоких стремлений, галоши всегда были грязными. Однажды тот же Роман Качанов вымыл его галоши и поставил на прежнее место. Естественно, когда Лёва собрался уходить, он никак не мог найти свои замызганные галоши. И мысли не допуская, что вот эти-то, что стоят перед ним, и есть его! Так и отправился домой без галош…

Фактически на студии мы проводили всё время — с утра до позднего вечера. Там и те же шахматы, и разговоры, дымили вовсю, ну и, конечно, иногда выпивали. А уж когда выпьем по-настоящему, начинались самые-самые сокровенные разговоры о творчестве. У нас существовал свой Гамбургский счёт: выясняли, кто из нас первый, второй, третий…

— За кем обычно признавали первенство?

— Из режиссёров — за Михаилом Цехановским, или Львом Атамановым, или Леонидом Амальриком. Среди мультипликаторов всегда лидировал Фёдор Хитрук. В «лагере» художников пальма первенства обычно принадлежала удивительно талантливому Виктору Никитину.

— Вернёмся к вашей работе с Качановым…

— Первый наш фильм — «Портрет» (1965), рисованный, по одноимённой сказке Сергея Михалкова, не сложился. По-настоящему интересна вторая работа — «Потерялась внучка» (1966) по сценарию детского писателя и тогда главного редактора журнала «Мурзилка» Анатолия Митяева. Затем — «Варежка» (1967). Автор сценария — Жанна Витензон. Фильм стал весьма популярным, получил множество призов на разных кинофестивалях, в том числе Первую премию за лучший детский фильм на VII Международном фестивале анимационного кино в Аннеси (Франция, 1967) и Гран-при «Золотая пластина» на Х Международном фестивале для детей и юношества в Хихоне (Испания, 1968). Следующий фильм, «Соперники» (1968), оказался не особо примечательными. А потом Качанов случайно наткнулся на повесть-сказку «Крокодил Гена и его друзья» Эдуарда Успенского. Книжка ему очень понравилась. Успенский написал сценарий. В 1969 году вышел «Крокодил Гена».

— В мультипликации художник создаёт мир — пространство, время, движение и т. д., — которого не существует в реальности. С чего обычно начиналась ваша «игра» с карандашом?

— Сначала, разумеется, читал сценарий. Какие-то пожелания высказывал режиссёр. И — бесконечные наброски. Импровизируешь. Вереница образов. И вдруг понимаешь — вот он!

— Именно так вы нашли Чебурашку? Удивительно, но рисованного — из книжки, в которой были иллюстрации другого художника, и экранного объединяет разве что имя…

— Поиски Чебурашки были самыми мучительными. Что сказано о нём у Успенского? Большие жёлтые глаза, как у филина. Голова круглая, заячья. Пушистый и коротенький хвост, как у маленьких медвежат. Фантазировал. Увеличивал то глаза, то уши. Могу показать вам подлинный эскиз, на котором изобразил самого первого Чебурашку. (Художник подошёл к книжной полке и достал стоявшую там небольшую картинку в самодельной рамочке. На ней — лопоухое милое существо. — Е. К.) Потом, из фильма в фильм — «Чебурашка» (1971), «Шапокляк» (1974), «Чебурашка идёт в школу» (1983) — внешность этого «неизвестного науке зверя» чуть-чуть изменялась, шлифовалась, но суть осталась прежней, не правда ли?

— А с «натуры» «лепили»?

— Ну не то чтобы с «натуры»… Но нередко рисунки действительно проецировались на вполне конкретного человека. Помните Маму из «Варежки», которая больше всего на свете любила книжки и совсем не знала, о чём мечтает её дочка? Я нашёл «её» у нас на киностудии. «Она» работала художником-мультипликатором и, как мне показалось, напоминала мою героиню манерой поведения, взглядами. Конечно, вымышленный образ вышел слегка заострённым.

— А ещё?

— Один из грабителей в фильме «Обезьянки» по сценарию Григория Остера, точнее, в его третьей и седьмой сериях «Обезьянки и грабители» (1985) и «Скорая помощь» (1997) — тот, что маленького роста, с седой бородкой, — перед вами. А его приятель — огромный, трогательный — разве не похож на Алексея Смирнова? Среди киноролей этого комедийного актёра — Митя Кныш в «Полосатом рейсе», верзила в гайдаевской «Операции „Ы“ и других приключениях Шурика», шеф-повар из «Трёх толстяков». Вспомнили?

— Сосчитать всех придуманных вами кукольных и рисованных героев — дело безнадёжное. А вот узнать их можно без труда: забавные трогательные рожицы, добрые глаза. Ваш Удав очень даже миролюбив, вдумчив и безмятежен, крокодил Гена проявляет приятный мягкий нрав, даже зловредная Шапокляк не лишена привлекательности…

— Наверное, это может быть оправдано свойством моей натуры. Вот и герои тёплые, с чувством юмора, иногда с лукавинкой. Но никогда не злые, не коварные, не агрессивные.

— Выходит, такие, как черепашки Ниндзя, вам ни капельки не симпатичны?

— Конечно же, нет! Ужас берёт, когда видишь их. Они отталкивают своей довольно безвкусной манерой исполнения и явно преступными наклонностями. Рядом с заграничными мультсериалами, где есть такие персонажи, «Ну, погоди!» Вячеслава Котёночкина просто институт благородных девиц!

Больше всего огорчает то, что, оказывается, большинство современных девочек и мальчиков ждут именно такого кино: «Мы любим ужастики! Там, где стреляют, дерутся, убивают!» Им скучны наши старые мультфильмы, которые полны юмором, изобретательностью, ненавязчивой поучительностью, человечностью.

Напротив, например, в Америке наши классические мультфильмы пользуются огромным успехом. И это объяснимо — они тревожат ум и сердце. Их пропагандой там занимается известный актёр Олег Видов. Киностудия «Союзмультфильм» продала ему права на прокат своих картин. Используя новейшую компьютерную технику, он восстанавливает старые ленты — результат блестящий! Для дубляжа на английский язык приглашает самых лучших голливудских актёров, и те соглашаются работать буквально за мизерные, по их масштабам, деньги — из желания помочь этому благородному делу…

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Федор Бирюков

Член Президиума партии «Родина»

Иван Коновалов

Директор Центра стратегической конъюнктуры

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня