18+
понедельник, 5 декабря
Культура

Януш Вишневский: Я бы хотел стать женщиной

Автор культовых романов «Одиночество в сети», «Любовница» мечтает, чтобы его бестселлер снял русский режиссер

  
28

Одним из главных зарубежных гостей на открывающейся 26 ноября в столичном ЦДХ 10-й Международной ярмарке интеллектуальной литературы non/fiction станет культовый польский писатель Януш Вишневский («Одиночество в сети»), который презентует книгу «Зачем нужны мужчины?» Накануне корреспонденту «СП» первому удалось задать писателю несколько вопросов.

— Пан Януш, вы как-то заявили, что являетесь ученым, а не писателем. Чтобы разбираться в науке, вы долго учились, а что помогло в постижении писательского ремесла?

— Наверное, то, что я много читаю. Ученые часто испытывают нехватку эмоций. Чтобы выразить то, что чувствуем, одни из нас пишут прозу, нобелевский лауреат по физике Фейнман сочинял стихи, Эйнштейн играл на скрипке…

— Но Эйнштейн не выступал с публичными концертами, а тиражи ваших книг зашкаливают…

— Что ж поделаешь. Я защитил диплом по физике, потом кандидатскую по информатике, но никогда не интересовался синтаксисом и другими филологическими премудростями. Я до сих пор не считаю себя писателем, а только автором книг, пишущим в свободное от работы время. И я не вижу противоречия между этими двумя мирами. Моя последняя книга «Зачем нужны мужчины?» как раз является примером соединения научного подхода и художественного творчества.

Самое главное, у меня не хватает писательской фантазии. Поэтому истории, описанные в моих книгах, случились на самом деле. Я наблюдаю и пишу своего рода репортажи, только более эмоциональные, чем это принято в газете. В мире случаются такие фантастические вещи, которые ни один писатель не придумает. Я никогда не выхожу из дома без блокнота, ручки или ноутбука. Бывает, что кто-то рядом обронит сочную фразу и через минуту ее забудет, а она всплывет потом в моей новой книге. Мой кабинет напоминает огромный архив, заваленный книгами и стопками газет. На письменном столе — 70 блокнотов, в компьютере — тысячи текстовых файлов. Вот какие у меня источники информации.

— У героини «Одиночества в сети» есть прототип. Эта женщина не обиделась, что ее интимная жизнь оказалась достоянием общественности?

— Она в полном восторге, что ее жизнь описана в романе, ставшем культовым. Я с ней постоянно общаюсь, она даже была со мной на премьере одноименного фильма. Правда, ни ее семья, ни друзья в Польше ничего об этом не знают. В книге я все тщательно перетасовал и замаскировал: лишил ее имени, забросил в такие места, в которых она в жизни не бывала.

— Как правило, писатели недовольны экранизациями своих произведений…

— Те, кто не читал романа, фильм приняли хорошо. Но они не побежали, чтобы купить книгу, потому что не испытали настолько сильных эмоций, как читатели. Я об этом знаю из электронных писем, которые мне приходят. Фильм «Одиночество в сети» обманул не только мои ожидания, но и многочисленных читателей. Картина прекрасно сделана с технической точки зрения. Не было никаких финансовых ограничений. Все оплачивала Польская государственная телерадиокомпания. Съемки прошли в Новом Орлеане, Мюнхене, Париже. Арендовали самолеты. Но все эти усилия перечеркнула концовка. Читатели пришли в кино поплакать, а им предложили порадоваться, поскольку трагический финал был заменен хэппи-эндом в лучших традициях Голливуда.

Я не мог оказывать влияние на режиссера в процессе съемок, ведь права на экранизацию были у меня выкуплены еще до того, как книга появилась на прилавках. Продюсеры интуитивно просчитали ее кинематографический потенциал. Правда, заплатили небольшие деньги, но в то время мне, начинающему литератору, было все равно. Когда у тебя покупают права на экранизацию, то дальше делают с твоей книгой все, что хотят.

Я бы очень хотел, чтобы «Одиночество в сети» экранизировал еще и русский режиссер. В вашем кино печальные финалы не считаются проигрышными. Недавно театр из Санкт-Петербурга обратился ко мне за разрешением на инсценировку этого романа. Я не могу себе представить, как это можно поставить на сцене, но русские еще и не на такое способны. Теперь осталось только сделать мюзикл и комиксы. И мы получим полный комплект (смеется).

- Ваша книга «Любовница» — это сборник рассказов о женщинах, объединенных одной проблемой — менструальный синдром. Ваши поклонницы не обиделись за вмешательство в их физиологию?

— Негативных реакций не последовало. Все знают, что меня восхищают женщины. И тему я раскрыл деликатно. Меня ведь интересует не столько физиология, сколько психология. Первая менструация показывает, что девочка превращается в девушку, задержка цикла — что женщина станет матерью, последняя — что женский век клонится к закату. Все это очень важные моменты. Мне показалось, что понять эту тему и ее «достроить» можно жизненно важными историями. Включая, например, первую брачную ночью Евы Браун и Гитлера. Ведь всемогущий фюрер так и не смог выполнить своих супружеских обязанностей, потому что у Евы была менструация. На следующий день они оба покончили с собой. Чтобы раскопать эту историю в деталях, я две недели провел в библиотеке. Я бы даже сам хотел стать женщиною. Ненадолго. Чтобы на своей шкуре испытать хотя бы часть этих треволнений.

— Знания женской души помогают в семейной жизни?

— Как раз наоборот — вредят. Все мое свободное время занято писательством — не самым удачным занятием для счастливой семейной жизни. В данный момент я один. Но в моей жизни есть две прекрасные женщины — это мои дочери. (Писатель активирует мобильник и с гордостью показывает фото двух улыбчивых блондинок. — А.С.). Старшая Иоанна — аспирантка, работает над кандидатской по биоинформатике, младшая Адриана — студентка экономического факультета Франкфуртского университета. Правда, красивые? Как русские…

— Вы как-то написали: «Боже, помоги мне быть таким, каким считает меня моя собака». И каким же она вас считает?

— Безответственным, обещающим, что вернусь утром, но все равно опаздывающим. Я же не могу ей врать, что были пробки на дорогах, ведь от моего дома до работы 500 метров. Я бы хотел заслужить ее любовь. Собаки не ставят перед вами никаких условий, не требуют шикарных подарков, они любят и успешных, и никчемных людей. Достаточно дать им поесть и вывести на прогулку.

— А какой она породы?

— У меня нет собаки. Я говорил о виртуальном друге моем меньшом. Я живу в квартире для холостяков, где согласно контракту не разрешается держать домашних животных. Там должно быть чисто, и нельзя шуметь. Германия — это такая демократическая страна, где не забалуешь (смеется).

— Хозяйством занимаетесь сами или есть прислуга?

— О чем вы говорите? Убираюсь я сам. Одеваюсь сам. Правда, иногда раздевает меня кто-то другой. Я не фанат чистоты, точно могу утверждать только, что навожу порядок в квартире перед Рождеством. Много времени провожу на работе. Даже машину паркую возле офиса, а не у дома. Вы не поверите, но дома у меня нет компьютера и стационарного телефона. Единственное, что объединяет мой дом и офис — это наличие в них фотографий моих дочерей.

— В Польше вы ведете колонку в глянцевом журнале для женщин «Пани» и, наверное, хорошо знаете культурное пространство своей родины. В последние годы какие-либо российские фильмы или книги становились в Польше событиями?

— На польский рынок проникает мало российских фильмов и книг современных авторов. Лично мне фамилии Сорокин, Пелевин, Улицкая, конечно, знакомы. Но сомневаюсь, что они широко известны в Польше. Другое дело русская классика — она хорошо представлена на прилавках и в библиотеках. Роман «Мастер и Маргарита» вот-вот войдет в школьную программу. Много говорили о фильме Никиты Михалкова «12»: он то ли был в прокате, то ли еще будет. Польша нынче — страна прозападная, где доминирует американский масскульт. От этого страдает и польская культура тоже.

— Русский вы учили в школе?

— Так. Это было в советские времена. Начиная с пятого класса, у нас было по два часа в неделю. Помню, мои сверстники учили русский с большой неохотой. Это было связано с негативным отношением к Советскому Союзу из-за его политического давления на Польшу. Но я всегда учился добросовестно, хотя и предпочитал не афишировать свои познания до поры до времени. Теперь, когда русский язык ушел из школьной программы, многие взрослые поляки сами хотят его знать и платят за это деньги.

— Кому адресована ваша последняя книга «Зачем нужны мужчины?»

— После «Одиночества в сети» меня упрекали в том, что я расхваливаю женщин и ничего не пишу о сильном поле. Вот я и написал. Там истории реальных людей совмещены с научными данными, интерпретирующими их поведения с точки зрения науки. Если им грустно, я попытался узнать, какая субстанция вызвала эту грусть. Но теперь мужчины обиделись, что я их выставил в неприглядном свете, а женщины критикуют, что я защищаю мужчин, поскольку с помощью биохимии я объясняю склонность сильного пола к полигамии и неверность.

Надеюсь, найдутся читатели, которые и над этой книгой всплакнут. Думаю, что «Зачем нужны мужчины?» прочтут и женщины — основные мои читатели. Может, они взглянут на своих мужей по-новому. Некоторые, наверное, поймут, что 15 или 20 лет встречают на кухне совершенно незнакомого им парня…

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня