Культура / Кризис на Украине

Русская идея и украинская судьба Бузины

Инструментом своего творчества Олесь выбрал «забавный русский слог»

  
4623
Русская идея и украинская судьба Бузины

О вышедшей в издательстве «Довира» книге «Если вам скажут, что я умер, не верьте…» написала для украинского еженедельника «2000» Юлия Будникова, заместитель директора Государственного музея-института семьи Рерихов (Санкт-Петербург).


На одном дыхании в рождественские каникулы прочла книгу «Если вам скажут, что я умер, не верьте…» и не могу не поделиться с вами своими чувствами и размышлениями. Сразу же хочу отметить, насколько нужным и своевременным было появление такой книги, и насколько она вышла удачной: искренней, тёплой, звучащей на высокой ноте и одновременно информативной, добавляющей новые грани к образу Олеся, удачно обобщающей его взгляды. Мне кажется, я не преувеличу, если скажу, что создание такой книги сейчас на Украине — это подвиг. Но это значит, что Олесь не одинок, и его пример находит достойных продолжателей, и это еще одно доказательство того, что он и дело его живёт!

На сегодняшний день Олесь Бузина — безусловно, наиболее интересное и значительное явление в культурном поле Украины. Конечно, не единственное, но, пожалуй, самое талантливое. Такое же колоритное, самобытное, порой слишком прямолинейное, но полное задора, проницательности и подлинной независимости, как и породившее его малороссийское казачество, плотью от плоти которого он является.

И есть ещё что-то главное, наследником и хранителем чего он явился, что ускользает от однозначного определения. Его предки идентифицировали себя как православные, и есть большое желание подобным словом определить духовную суть Олеся Бузины. Не в ритуальном, разумеется, смысле, не в богословском, скорее, как иерархию ценностей. Вы слышите тот же корень в словах ПРАВда, сПРАВедливость, ПРАВое дело? Думается, у казаков, живших на рубежах русского мира, на окраинах, это «православное чутье» было обострено в результате постоянной конфронтации с чуждой системой взглядов. (Я очень надеюсь, что между моих строк не вычитают какого-то клерикального подтекста, потому что и в советскую эпоху во многих людях горел этот православный дух, для меня это очевидно).

В этом смысле у Олеся Бузины — очень украинская судьба. У этого благословенного края — трагическая доля всегда первым встречать удар извне, первым оказывать сопротивление и первым проливать свою кровь. Так было в XIV-XVI веках, в середине века ХХ, то же происходит сегодня — только слепой или идиот может этого не видеть и не понимать.

Читайте также

Когда я стала читать книги О. Бузины (а это произошло относительно недавно) и увидела, какие даты стоят под его очерками, я поразилась тому, как остро и прозорливо в начале 2000-х Олесь переживал агрессию на ценности русского мира и его ослабление. Он видел, как «русская идея» сдаёт свои позиции и переживал из-за этого, в то время как у «великорусской творческой интеллигенции» — назовём её так — «в тренде» были совсем другие темы, она решала «общемировые проблемы» пола, зарабатывания денег, укрепления демократии и мироощущения эпохи постмодерна. Размышления тех, кто анализировал другие проблемы, — особой популярностью не пользовались. Надо честно себе признаться, что 1990-е годы в культуре и политике были мало патриотичны.

С 2014 года (благодаря украинскому кризису, заметим) ситуация резко изменилась, т.к. был брошен открытый вызов, все сняли маски и забрала, в Великороссии очнулись от беспечного то ли либерально-казуистического, то ли криминально-олигархического бреда наяву, лихорадочно стали осмыслять своё историческое прошлое, в том числе вчерашнее, ценности отцов и дедов, заветы классиков. «Русская идея» вышла из пыли библиотек и тиши научных кабинетов, где она обреталась последние лет 30−50, и снова, кажется, влилась в «злободневные» формы бытования: от политических трибун до сериалов и ток-шоу. Хотя испытание модой и востребованностью — одно из тяжелейших: сразу появляется куча халтуры и дешёвых подделок.

Олесь Бузина, едва ли не единственный среди наших современников, с гениальной интуицией включил в область своей «исторической философии» — я бы так определила жанр его размышлений — две оси русского мира: «Москва — Третий Рим» и «Киев — второй Иерусалим», которые являют собой два модуса взыскания Небесного града (той самой «русской идеи»): государственный и личностный (недаром Киев — колыбель русского монашества).

Сразу особо подчёркиваю, что эта парадигма никакого отношения к политической конъюнктуре или идеологическому официозу не имеет, это социокультурная формула, которая может находить отражение в каких-либо конкретных политических решениях (таких как участие русской армии в войне на Балканах в XIX в. за освобождение Болгарии и Сербии от османского ига), общественных движениях (одно из самых эпохальных, разумеется, русский Раскол и староверчество), произведениях искусства (псковское храмостроительство XVI века, например, или Фёдоровский (Русский) городок в Царском селе) и т. п. Различить эту парадигму в вихре событий можно только при наличии определённой суммы фактических знаний и необходимой духовной концентрации. В Олесе воплотилось то и другое, потеря таких людей для культуры невосполнима.

Ещё хотелось бы сказать о подлинной независимости, которой бредят сегодня иные жители Украины и никак её не обретут. Сколько Олеся осуждали и осуждают за то, что он на кого-то там «работал». Причем осуждают, ясное дело, те, кто сам зависит если не от западных подачек и милости, то от собственных националистических или идеологических химер, питающих ущемлённое самолюбие и какие-то тайные комплексы и страхи. Такие люди и не хотят знать, и страшатся истины — как в виде фактической правды, которая аннулирует их фантомы и привилегии, так и в виде Света, который испепеляет лукавство и кривду. Быть независимым можно, лишь имея ясное сознание. У Олеся Бузины оно как раз было, и работал он, разумеется, на Истину, которая, как ни крути, одна — у Бога и от Бога.

В самом начале ХХ века художник Николай Константинович Рерих призывал соотечественников (соответственно, и жителей Украины тоже) пойти по пути просвещённого неонационализма, который заключается в нахождении и непредвзятом изучении оригинальных культурных корней и исторических путей, которые складывали особую национальную физиономию и традиции народа, в осмыслении того, что одухотворяло национальное бытие, чем люди живы были, о чём легенды складывали, а главное, — в том, чтобы строить жизнь, сообразуясь с высшими достижениями народа, с его нравственными идеалами. Думаю, иного пути ни у одной нации нет, если она хочет здорового развития и счастья для своих детей. И, как мне представляется, националист номер один в сегодняшней Украине это — Олесь Бузина.

Когда-то давно Нина Берберова сказала о Владимире Набокове: «Он стал оправданием нашего поколения», — имея в виду волну русских эмигрантов, которые покинули родину в юном возрасте и формировались как взрослые личности, как художники уже вне России. В основном это было «пропавшее поколение», которое должно было с ранней молодости бороться за свое существование, материальное и духовное, в чужом мире, которое не имело особой возможности учиться, не имело «питательной среды» и «устоев», как это было у предыдущих поколений поэтов и писателей. Многие «сломались», погибли от наркотиков или пьянства, во многих умерла их творческая природа.

А вот Набоков не просто не перестал быть творцом, не просто рассказал, чем живы были эти гонимые миром странники с русскою душой, он ещё стал мирового значения писателем, привнеся что-то своё, новое, как в художественный язык, так и в мировосприятие эпохи. Он был один, точнее, первый, а сколько потом в культуре появилось явлений «под Набокова», «через призму Набокова»!

Уверена, то же будет с творчеством Олеся Бузины. Эти писатели кажутся такими разными, почти противоположными — плоть от плоти петербургской элиты и внук малороссийского казака, литератор-биолог и литератор-историк, но между ними есть органическое родство: аристократизм духа. В обоих он проявлялся очень ярко и душевной чистоплотностью, и неподкупностью, и чувством собственного достоинства, и рыцарским служением правде.

Тут мы подходим к ещё одному важному моменту: семье, традициям. Причём обнаруживаем, что социальные катаклизмы в России ХХ века удивительным образом не привели к полному уничтожению аристократизма духа, который продолжал жить и в коммунальных квартирах, и в мазанках, и в теплушках. Книга, которую я прочла, принесла мне ещё одну большую духовную радость — узнать о семье Олеся Бузины и полюбить её. Так же, как я люблю своих предков, находя, между прочим, много общего между ними и родными Олеся. Эти люди трижды достойны уважения! Они не просто вынесли на своих плечах страшные испытания, честно трудясь и сражаясь, они подавали нам пример служения. Произнося «нам», мне так приятно почувствовать в этом слове единение с Олесем. Потому что, ей богу, одно из самых мне симпатичных качеств у этого писателя — объективность, полное отсутствие озлобленности против истории своей страны в том именно виде, в котором она состоялась.

Не удержусь и скажу о себе: меня поражало в моей бабушке, потерявшей на Беломорканале своего отца, в деде, который чудом не умер от голода в Поволжье, что они не только очень много трудились и были очень порядочными людьми, но и то, что они не ругали власть, строй (уже когда можно было :-))), а сознавали, что стараются для своих соотечественников (не «рабов», а людей) и родины, и внукам этот патриотизм прививали.

И вот я думаю: если они были преданы стране, в которой жили, имея «державное мышление», то какое право поносить что-то задним числом имеем мы, сытые-обутые-одетые? Ведь эти испытания не по нам, а по ним прошлись, вот они пусть и счета предъявляют. Кто хотел — тот уже предъявил. А многие наши современники просто делают теперь себе на этом политический капитал, крича громче всех. Вот почему мне очень импонирует та предельная вдумчивая осторожность, с которой даёт исторические оценки прошлому Олесь, ни от кого и ни от чего не отрекаясь, понимая неизбежность многих процессов. Для меня это признак большого ума в первую очередь, а не только воспитанности и уважения к старшим поколениям.

Олесь Бузина выбрал в качестве инструмента своего творчества так называемый «забавный русский слог» — я использую это выражение в качестве литературоведческого термина. И это был, я считаю, его удачный выбор и правильный ход. Это не только соответствовало его темпераменту и характеру литературного дарования, но и обеспечило массового читателя, массовую аудиторию для его мыслей и накопленных знаний. А это, в свою очередь, позволило ему выполнить его миссию, которая стала особенно очевидной в последний год его жизни и продолжает с течением времени укрупняться в своих масштабах. Большое видится на расстоянии.

Разумеется, миссия его заключалась не только в его бесстрашном отстаивании исторической правды и права соотечественников знать эту правду, так же, как и выбирать свою культурную идентичность.

Олесь Бузина внёс свой вклад и в общую копилку русской мысли. Надеюсь, согласных со мной будет становиться всё больше. Мне хочется отметить, что, несмотря на особенности стилистики, которые могут поначалу вызвать не совсем серьёзное отношение к автору, мы имеем дело с серьёзной исторической и социокультурной публицистикой, а подчас и с подлинной философской мыслью.

В своё время «забавный русский слог» помог Льву Гумилёву приобщить широкие слои читателей к своей теории и своим знаниям, которые в противном случае остались бы достоянием единиц из учёного мира.

Как рериховед не удержусь также от сравнения с литературным творчеством Николая Рериха: оно представляет собой ряд стихов, очерков, статей, даже сказок, но для меня очевидно стоящее за всем этим цельное глубокое мировоззрение. Просто оно не изложено в виде системы, да и зачем это непременно нужно? Главное — оно есть и непрерывно будит нравственную мысль читателя.

То же впечатление оставляет творчество Бузины. Олесь Бузина стал явлением в украинской культуре, которая создаётся на наших глазах так же, как и государственность. Отныне вряд ли хоть один украинский историк сможет работать, «как будто не было Бузины», если он хочет чего-то стоить для науки и прямо смотреть в глаза думающим и образованным соотечественникам.

Много благодатного, плодоносного материала книги и статьи Бузины дадут для исследований по культурологии. Про публицистику я уже не говорю: для журналистов с не потухшим сознанием, я уверена, Олесь уже стал идеалом и эталоном. Признаюсь честно, мне даже трудно его с кем-то из российских журналистов или публицистов сравнивать (да простят меня последние). Его мысль не только более смела, но и более кристальна, для меня он больше наследник «русской идеи» и продолжатель плеяды русских философов-публицистов, чем завсегдатаи наших отечественных СМИ. И в нём чувствуется какая-то подлинная, интимная связь на уровне слова-логоса с его любимыми Гоголем, Булгаковым, вообще с русской литературой.

Уже не раз было замечено, что «поэт в России больше, чем поэт», потому что слову здесь придаётся сакральное значение, а, следовательно, власть боится слова не меньше, чем дела, стремясь уничтожить то, что идёт вразрез с её (власти) делом. Вот и с Олесем случилось то же. Но, выбрав служение слову, он обеспечил себе кратчайший путь в бессмертие именно в русском мире, апологетом которого он был. Читая очерки и выступления Бузины сегодня, поражаешься провиденциальности многих его слов, а иногда их горькой иронии. Вот написал он про пагубную склонность русских к смерти, в то время как нужно «бороться до победы, а не до смерти», правильно так написал, жизнеутверждающе, а сам не удержался, поддался этому «упоению в бою», гордому «мёртвые сраму не имут». И это в нём тоже такое русское!

В самое сердце пронзила меня и история Евгения Морина. Вот ещё одна страшная трагедия ещё одной семьи на Украине! И одновременно рассказ о невероятной преданности, светлой голове и живом человеческом сердце. Возможно, без этих бед и испытаний мы бы не осознали, какими мужественными и стойкими духом могут быть наши современники и соотечественники. Я говорю это не только об Олесе, о Жене, но обо всех без исключения, чьи слова и имена есть в книге памяти О. Бузины.

Используя слово «соотечественники», я не оговорилась. Многие на Украине за последние годы постарались отречься от родства, а я так вот всегда считала Украину прекрасной частью своей родины, а её жителей своими соотечественниками. А как могло быть иначе, если моя учительница по литературе, киевлянка, приехавшая учиться в Ленинград в пединститут и вышедшая здесь замуж, столько рассказывала нам о своих родных местах, о дружбе с Виктором Некрасовым, автором знаменитой повести «В окопах Сталинграда» (тоже киевлянином), «таскала» нас по всей Украине, в основном по литературным местам. Где мы только ни были: в Киеве, Полтаве, Сумах, Миргороде, Путивле, Новгороде-Северском! Ещё одна моя литературная и культурная любовь была Одесса, куда я потом и сына много раз привозила летом на отдых. Я уже не говорю о том, что у меня дядя (женившийся в своё время на украинке), две сестры и племянница живут в Черкассах, и ту самую «исконную», исходную, историческую Украину — «тонкую полоску», как писал Олесь, — я знаю как свои пять пальцев, изъездила вдоль и поперёк, посетила там все музеи и памятники, какие только можно, чем, наверняка, большинство нынешних «националистов» похвастаться не могут.

Читайте также

Конечно, меня бесит, когда теперь какие-то сопляки заявляют мне: «Никогда мы не будем братьями». С ними — конечно, не очень хочется. Хотя (почти повторю мысль Олеся): поражаюсь, как можно видеть врага в человеке, дед которого сидел в одном окопе с твоим дедом или прадедом и ел с ним из одного котелка! Но, читая книги Олеся Бузины, а теперь и сборник «Если вам скажут, что я умер, не верьте», я убеждаюсь, что всё осталось на своих местах: и братья, и сёстры, не просто по крови, а по разуму, по духу, и Украина-Малороссия, которую я очень люблю.

И в завершение я хочу вспомнить стихи А. Городецкого, которые наиболее точно и емко выражают мои мысли и чувства, растревоженные прочтением этой замечательной книги:

Неторопливо истина простая

В реке времён нащупывает брод:

Родство по крови образует стаю,

Родство по слову — создаёт народ.

Не для того ли смертных поражая

Непостижимой мудростью своей,

Бог Моисею передал скрижали,

Людей отъединяя от зверей?

А стае не нужны законы Бога —

Она живёт заветам вопреки.

Здесь ценятся в сознании убогом

Лишь цепкий нюх да острые клыки.

Своим происхождением, не скрою,

Горжусь и я, родителей любя,

Но если слово разойдётся с кровью,

Я слово выбираю для себя.

И не отыщешь выхода иного,

Как самому себе ни прекословь, —

Родство по слову порождает слово,

Родство по крови — порождает кровь.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Павел Грудинин

Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»

Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня