Культура

Телевидение по законам литературы

«Игра престолов» как феномен нового сериала

  
4869

ТВ-драма канала HBO «Игра престолов» (в оригинале — Game of Thrones), показ третьего сезона которой завершился в июне, стала, пожалуй, переломным этапом для целого жанра.

Знаменитые сериалы, собирающие миллионные фан-клубы, существовали давно — вспомнить хотя бы «Стар Трек», «Доктор Кто» или «Клан Сопрано»… Да хотя бы и советские «Семнадцать мгновений весны». Но в любом случае телевизионные истории до недавнего времени были заключены в некоторое смысловое гетто: можно было снисходительно любить, цитировать крылатые фразы, но относиться всерьез — это уже детство или диагноз. Но цивилизованное человечество с годами становилось все инфантильнее, а «высокое ТВ», напротив, все серьезней, и вот уже взрослые люди обсуждают в соцсетях перспективы претендентов на Железный трон Семи Королевств Вестероса. С началом «Игры престолов» пал последний бастион: даже те, кто прежде не без оснований полагал сериалы «времяпрепровождением бездельников», признавались, что проглотили десять серий в одну ночь. Что-то похожее произошло с эпопеей Толкина, который раз и навсегда вывел фэнтези из разряда жанра, в котором невозможна литературная ценность; недаром писателя, который сочинил первоисточник «Престолов» — «Песнь Льда и Пламени», зовут Дж. Р.Р. /Мартин/. Новому времени — новый формат; не став литературным событием, история Вестероса покорила мир в виде телесериала. Параллелей с Толкином много и помимо инициалов писателей: так, если Толкин основывался на кельтском и германском эпосе, то Мартин отталкивается от реальной истории, чем и объясняется витальная кровожадность его творения, по контрасту привлекающая кидалтов из мира вегетарианских кафе, винных бутиков и собак забавных пород. Фейсбук разделился на Старков и Ланнистеров — и вот московский дизайнер кричит со своей страницы Hear me roar!, а ресторанный критик из Петербурга предостерегает его: Winter is coming!.. Многие поклонники сериала принципиально не читают первоисточник, что имеет смысл — добротная в целом книга бесспорно проигрывает сериалу по революционности; представьте себе «Доктора Хауса», где герой Хью Лори умирает на десятой серии от пневмонии. Что-то подобное произошло со старшим Старком в конце первого сезона, но и это не научило аудиторию тому, что мы имеем дело с принципиально новой заявкой на успех. Доказательство — исступленная реакция на 9-ю серию третьего сезона Red Wedding, в которой произошло уже коллективное жертвоприношение ключевых персонажей.

Новизна «Престолов» не в бюджете и голливудских актерах (Шон Бин в роли Неда Старка — амплуа от Вронского до Боромира, или великолепная Лена Хиди в роли Цирцеи Ланнистер), но скорее в том, что прозреваемая критиками тенденция о ТВ-драме как новой романной форме наконец обрела совершенное — на сей момент — воплощение. По всему миру люди читают не то чтобы меньше, они читают короче, но пепел литературы с ее бесконечными способами рассказывания длинных историй подспудно стучит в наше сердце. Кто-то должен подхватить упавшее знамя — и вот его берут на вооружение телепродюсеры и сценаристы, из тех что поумней. Попирая законы собственного жанра, они инсталлируют в него приемы и механизмы, выдуманные писателями, плюют на приятность картинки, развлекательность и хэппи-знд — и выигрывают. Презирают политкорректность, насыщают полотно шутками по поводу гомосексуальных персонажей и одновременно делают ход конем — одним из самых привлекательных мужчин-героев становится карлик: у артиста Питера Динклэйджа (135 см ростом), играющего циничного гуманиста Тириона «Беса» Ланнистера, толпы поклонниц по всему миру, премии «Эмми» и «Золотой глобус».

Между тем, при всей историчности «Игры престолов» — Семь королевств можно свободно срифмовать как со средневековой Англией, так и с Европой в целом, где Короли Севера — Старки, как уже отмечалось, весьма напоминают русских, морские вояки Грейджои — скандинавов, а у Ланнистеров лев на гербе, и с ними вообще все понятно, телекино это закономерно отражает сегодняшнее восприятие людьми мира и своего места в нем, в целом — безнадежное в разобщенности. Что тоже примета литературы. Этот взгляд можно было бы назвать «пересмотром всех иллюзий», от христианской до коммунистической; носителем гуманизма здесь может выступать только конкретный человек, никак не партия, род, семья или сообщество по интересам. Верь в человека, не верь в людей — вот что могло бы стать девизом этого великолепного сеттинга.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня