Культура

Полюбил король гимнастку

Игорь Бондарь-Терещенко о романе «Пангея»

  
1408
Полюбил король гимнастку

История новейших времен, наверное, еще обретет своего могучего летописца, способного вдохнуть новую жизнь в эпическую форму. А покуда же она дробится даже у классиков постмодернизма, и вот уже легкокрылая новелла живет и дышит в клетке романа у Марии Голованивской. Ее семисотстраничная «Пангея» — это безусловная история отечества, но, в первую очередь, книга страстей, подчас библейских.

Правитель Лот, его советник Голощапов и сетевой радикал Арсентий, состоящий у них на службе — вот основной костяк истории, вокруг которой вьется добрая сотня героев с персонажами. Время и место действия, как у Сорокина в его футурологических сагах, — наша с вами реальность в зеркале дзен-буддистских конспирологий автора. Словом, антиутопия, как все уже догадались, причем с моралью. «Лот плакал и все повторял о кровавом море, которое подступает к Пангее, о народном гневе, о безысходности, о гноящемся трупе империи, он проклинал нефть, он называл ее черной сатанинской кровью, он так кричал…»

Короче, так кричал, что о нем написали роман, что, собственно, и требовалось Лоту, дарующему премии писателям, журналистам и, главное, рецензентам.

Что и говорить, книга автору удалась на славу — прозрачные аллюзии, никаких экономических, как у Пелевина, выкладок и апокалипсических, как у Толстой, мистификаций. Правитель Пангеи строит город своей мечты (не Ленинград), влюбляется в гимнастку и не любит людей искусства. «Недавно какой-то бородач, кажется, музыкант, чуть ли не тыкал ему при людях, когда он проводил ежегодную встречу с людьми искусства. Бородач задал ему гадкий вопрос, верит ли Лот в собственное бессмертие, и Лот вышел из себя, так ужалили его эти слова, а бородач высмеял его, и шуточка эта до сих пор веселит его народ».

Но главное, конечно, гимнастка. И царь-государь. Девочка на шаре и Чеширский скот. И так все сорок две новеллы романа, герои которого чуть ли не меняются телами в «густом аромате мужских денежных дел» — до того истории любви в этой гигантской саге похожи между собой. Хотя, задумка в романе, конечно, хороша. Истории женщин, как уже говорилось, разбирают апостолы Петр и Павел. Иногда им надоедает, как и читателю: «— Сил моих больше нет, — вздохнул апостол Павел, — разбирать этих женщин… Я понимаю, они рожают людей, но почему с ними всегда засада и иначе не бывает?»

Кстати, возможно, мало кто заметит, но эта книга все-таки о любви, а уж после о революции, сатрапах и тиранах. Девушка отдается герою-террористу, а Петру и Павлу на небесах объясняет, почему она другому не дала. В прошлой жизни? Или это одна и та же девушка, дрейфующая из рук в руки, из эпохи в эпоху? Ведь любовь, если верить классику, никуда не исчезает, меняются лишь партнеры.

Короче, все честно, схема проста, как минет. Берутся две далеко не родственные души, можно сказать, протагонисты и классовые враги, и между ними заключается союз. Наверное, на небесах, поскольку там же, после счастливой семейной и не очень жизни, он подробно разбирается: реконструируется и не всегда утверждается в качестве знака свыше. То есть, небесная канцелярия в лице упомянутых апостолов иногда бракует бывших брачующихся, как говорили в советских загсах, и лишь иногда пускает в рай. По одному, без жены. Как в случае с очередной булгаковской Аннушкой из «Пангеи», которая ему, окаянному, жизнь отдала, а он, подлец и многоженец, в конце жизни пить бросил и молитвами на райские кущи заработал… Ну, а Аннушку, вестимо, в разлитое ею маслице кипящее препроводили. А разве ж она виновата?

Ведь на самом деле, как бывает, знаете? Вот выходит, допустим, девушка замуж. Ну, или думаете, что выходит. А после и говорит: «- Меня потрогал за волосы один человек и спросил: — Говорят, ты выходишь замуж? — И что ты ответила? — для проформы спросил Петр». Так просто, не правда ли? Это на загнивающем Западе ботаны вроде Адриана Моула пишут в дневниках, мол, стоит взять девушку за коленку, и она твоя. А тут «потрогал за волосы», «один человек»… М-да.

Впрочем, у автора романа случаются иные, более реалистичные представления о женской логике. Взять, например, отношение ее героини к своему кумиру, сетевому революционеру по кличке Мышьяк: «Хакер, Черный принц, создатель Красильного цеха, Большой Свалки пустых голов, армии ботов и гопников, великий Маг, от взгляда которого бабы текут, как расплавленный воск, и которому каждый готов отдать все — душу, органы, дыхание своей весны». Собственно, она и отдает ему все при встрече и отдается тоже. А взамен — место в армии сетевых бойцов и подробную инструкцию: «— «Дело простое, — как-то хрипловато начал он, — ты выходишь в ЖЖ под шестью разными юзернеймами и рубишься в дискуссиях. Задача — рассказывать, как тебя обидели черножопые. Вот тебе папка с реальной жестью, с фактами и событиями, все проверено, не ссы. Используй. Сама собирай по сети. Все должно быть настоящее, ты только рупор для тех, кто не умеет сам громко кричать. Война же идет, пускай пока не видная никому, но наш окоп здесь, в ЖЖ. Вот образы твоих юзеров, биографии к ним — вживайся. Учительница, банкирша, студентка консерватории, врач и так далее. Вот гайды по ключевым темам: драка, изнасилование твоего ребенка, грабеж, групповуха в парадном, принуждение к наркоте. Пиши все грамотно, без пустословия. Кавказцы тоже должны быть разные — чечены, азеры, даги — никакого однообразия. Первые посты напишешь и до публикации пришлешь мне. Я должен направить тебя. Поддерживай все радикальное, типа убивать, высылать, лишать права на въезд. Оклад три тысячи. Отчеты постами и комментами. Если к постам больше пятидесяти комментов — премия».

Но не в премиях, конечно же, счастье, ведь даже этот самый хакер-революцинер, как, впрочем, и все герои романа, «искал встречи, родственную душу в женском, конечно же воплощении, искал парности, а разве можно найти живое дыхание в столичном смраде, алчно пожирающем всякого, кто не прогорк насквозь?» То есть, это книжка еще и о вечном поиске. Метафизическом — как водится, в Петербурге, и, как правило, экзотическом — в горном монастыре. Речь, конечно же, о поиске женщины, как вы догадались. Или даже — Женщины. Как в кино про Мюнхгаузена, улетающего на Луну, которому его Марта подсказала про подмоченный порох: «У кого еще есть такая женщина?» А чем заканчиваются любые поиски, знаете? Правильно, «и выстрелил себе в виски из двух пистолетов», как у Бунина. В романе Голованивской не стреляют, здесь другая смерть, обыденная. В основном, конечно, от старости, за которой — деньги, власть, излишества всякие нехорошие. Короче, от страха, что поиски так ни к чему и не привели, ну, или всего лишь в рай. А женщина… Как всегда, упорхнула в свой личный ад.

«— К черту ее, — хором проорали Петр и Павел.

— Да вы не апостолы, вы — мстители, — только и успела сказать Софья, прежде чем навсегда, к радости апостолов, растаять в воздухе".

Ну, и нам пора.

Мария Голованивская. Пангея. — М.: Новое литературное обозрение, 2014. — 752 с.

Фото: Обложка книги Марии Голованивской «Пангея».

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня