Кто впереди планеты всей — Китай или США?

Пекин развернулся к мировым рынкам, а Вашингтон — к мировым войнам…

  
6392
Кто впереди планеты всей – Китай или США?
Фото: AP/ ТАСС

Стадии китайского роста и успеха

Китай из страны, в высшей степени зависевшей от иностранных инвестиций в отрасли, производящие потребительские товары на экспорт, превратился в экономику, основанную на совместных частно-государственных инвестициях в экспортно-ориентированных отраслях с высокой добавленной стоимостью. Первоначальный рост китайской экономики базировался на дешевой рабочей силе, низких налогах и привилегиях для транснационального капитала. Иностранный капитал и местные миллиардеры стимулировали рост, основанный на высоких нормах прибыли. По мере роста экономики Китай сместил акцент на повышение уровня собственного внутреннего технологического потенциала и стал настаивать на большей доле локализации в производимых товарах.

К началу нового тысячелетия Китай уже развивал передовые отрасли, основанные на местных патентах и на местном инженерном потенциале, направляя весьма значительную часть инвестиций в гражданскую инфраструктуру, транспорт и образование. Массовые обучающие программы сформировали квалифицированную рабочую силу, что привело к росту производительности труда. Массовый набор в университеты на такие специальности, как точные науки, теоретическая математика, информатика и инженерное дело содействовал громадному притоку первоклассных инноваций, многие из которых были получены благодаря знаниям, приобретенным ранее у зарубежных конкурентов. Ранняя стратегия Китая была основана на практике получения кредитов у наиболее передовых экономик Европы и в США. Там же проходил обучение и профессиональную переподготовку китайский инженерно-технический персонал. А затем с этими же странами Китай повел конкурентную борьбу.

К концу последнего десятилетия 20-го столетия Китай был в состоянии двинуться «за моря». Произведенное ранее накопление капитала предоставило в распоряжение Китая финансовые ресурсы для захвата динамичных предприятий в дальнем для своей страны зарубежье. Китай уже больше не ограничивает себя инвестициями в добычу минерального сырья и производство сельскохозяйственной продукции в странах «третьего мира». Китай стремится завоевать высокотехнологичные секторы в странах с наиболее передовыми экономиками. Ко второму десятилетию 21-го века китайские инвесторы двинулись в Германию — в наиболее передовой индустриальный гигант Европы. В течение первых 6 месяцев 2016 года китайские инвесторы приобрели 37 германских компаний. Для сравнения — за весь 2015 год было приобретено 39. За 2016 год общие китайские инвестиции в Германию могут удвоиться и достигнуть 22 миллиардов долларов. В 2016 году Китай успешно выкупил компанию KUKA — самую инновационную инжиниринговую компанию Германии.

Читайте по теме

Стратегия Китая заключается в том, чтобы получить превосходство в цифровом будущем всей индустрии. Китай ускоренными темпами движется к автоматизации своей промышленности, планируя к 2020 году вдвое превзойти американскую «плотность роботов».Китайские ученые совместно с австрийскими произвели успешный запуск первой в мире квантовой спутниковой системы связи, которую, как сообщается, невозможно «взломать». Это обеспечит безопасность китайских коммуникационных систем. В то время, как Китай благодаря своим инвестициям глобального масштаба движется в сторону доминирования на мировых рынках, США, Англия и Австралия старались и стараются вводить инвестиционные барьеры.

Под фальшивым предлогом «угрозы безопасности» премьер-министр Британии Тереза Мэй заблокировала многомиллиардные китайские инвестиции в АЭС Hinckley Point C. Поводом для этого послужило ложное утверждение о том, что Китай воспользуется своим участием в предприятии, чтобы «вести энергетический шантаж, угрожая отключить подачу электроэнергии в случае международного кризиса».

Комитет США по иностранным инвестициям* заблокировал китайские инвестиции на несколько миллиардов долларов в высокотехнологичные отрасли промышленности. В августе 2016 года Австралия заблокировала приобретение Китаем контрольного пакета в крупнейшей энергораспределительной сети на сумму 8 миллиардов долларов под лживым предлогом угрозы «национальной безопасности».

Англо-американская и германская империи заняли оборонительные позиции. Их неспособность конкурировать с Китаем экономическими методами только возрастает — даже в сфере инновационных отраслей. В значительной мере это является результатом провальной политики этих стран, поскольку западные экономические элиты, в основном, полагались на краткосрочные спекуляции в финансовой сфере, в недвижимости и в страховании, игнорируя при этом индустриальную базу своих экономик.

Ведомые Соединенными Штатами, они полагаются на военные завоевания, построение империй военным путем, что расходует ресурсы государства и общества. Китай, между тем, направлял свои внутренние ресурсы на инновационные и передовые технологии. Чтобы противостоять экономическому наступлению Китая режим Обамы применил политику строительства экономических стен внутри своей страны и торговых ограничений, а также военной конфронтации в Южно-китайском море — на перекрестке торговых маршрутов, имеющих для Китая стратегический характер. Чиновники США возвели барьеры на пути инвестиций Китая в американские высокотехнологичные предприятия, включая инвестиции объемом 3,8 миллиарда долларов в компании Western Digital и Philips, которые пытались продать свой бизнес по производству осветительных приборов. США заблокировали сделку на сумму в 44 миллиарда долларов по приобретению китайской компанией ChemChina швейцарской химической группы Syngenta. Американские чиновники делают все возможное для того, чтобы остановить любые инновационные многомиллиардные сделки, если в них в качестве стратегического партнера участвует Китай.

Наряду с внутренними стенами США мобилизационными темпами осуществляют срочные меры по блокаде Китая за рубежом через свое «Транстихоокеанское партнерство» (ТТП), которое призвано не дать Пекину возможность принять участие в «зоне свободной торговли», состоящей из дюжины североамериканских, латиноамериканских и азиатских стран. Однако, ни одна из стран-членов ТТП не сократила объемов своей торговли с Китаем. Наоборот, эти страны укрепляют свои связи с Китаем, что само по себе является красноречивым комментарием к умению Обамы осуществлять «развороты». И хотя «внутренние экономические стены» нанесли некоторый ущерб конкретным китайским инвесторам, Вашингтону не удается сдерживать китайский экспорт на своем рынке. Этот провал Вашингтона подрывает усилия США по «окружению» китайских позиций в Азии, Латинской Америке, Океании и Юго-Восточной Азии. Сейчас Австралия, Новая Зеландия, Перу, Чили, Тайвань, Камбоджа и Южная Корея в своем выживании и развитии зависят от Китая гораздо больше, чем от США. В то время, как Германия, столкнувшись с динамично растущим Китаем, выбрала путь «партнерства» и соучастия с передовых производственных инвестициях, Вашингтон для конфронтации с Китаем перешел к формированию военных альянсов. Однако, агрессивный военный альянс США с Японией не запугал Китай. Скорее, действия этого альянса снизили потенциал экономик США и Японии, а также их влияние в Юго-Восточной Азии. Более того, «военный разворот» Вашингтона углубил и расширил стратегические связи Китая с Россией в сферах энергетики и военных технологий.

В то время, как США расходуют сотни миллиардов долларов на военные альянсы с отсталыми клиентскими режимами Прибалтики и с паразитическими ближневосточными государствами (Саудовской Аравией и Израилем), Китай накапливает стратегический опыт и знания благодаря экономическим связям с Германией, получает ресурсы от России и занимает новые рынки в странах-«партнерах» Вашингтона в Азии и Латинской Америке. Нет никакого сомнения в том, что, следуя технологическому и производственному пути Германии, Китай одержит верх над американской стратегией экономической изоляции и глобального милитаризма. Но, если Соединенные Штаты оказались неспособны извлечь уроки из успешной экономической стратегии Китая, то такая же неспособность к извлечению уроков может объяснить кончину прогрессивных режимов в Латинской Америке.

Китайский успех и латиноамериканское отступление

После почти десятилетия роста и стабильности прогрессивные режимы в странах Латинской Америки находятся на стадии отступления и упадка. Встает вопрос: почему Китай продолжил движение по пути стабильности и роста в то время, как его латиноамериканские партнеры отступили или потерпели поражение? Бразилия, Аргентина, Венесуэла, Уругвай, Боливия и Эквадор на протяжении более десяти лет служили в качестве «истории успеха» латиноамериканских левоцентристских сил. Их экономики росли, социальные расходы увеличивались, бедность и безработица сокращались, а доходы рабочих возрастали. Однако впоследствии их экономики вошли в фазу кризиса, социальное недовольство возросло, и левоцентристские режимы пали.

В отличие от Китая латиноамериканские левоцентристские режимы не диверсифицировали свои экономики — в том, что касалось роста и стабильности, они сохраняли высокую степень зависимости цен на товарных рынках.

Латиноамериканские элиты осуществляли заимствования на иностранных рынках капитала. Они зависели от иностранных инвестиций и иностранного финансового капитала в то время, как Китай занимался государственными инвестициями в промышленность, инфраструктуру, технологии и образование. Латиноамериканские «прогрессивные» объединились с иностранными капиталистами и местными спекулянтами в такой сфере, как продажа и потребление недвижимости. А это не вело к каким-либо положительным результатам в общественном производстве. В это же время Китай инвестировал свои ресурсы в инновационные отрасли внутри страны и за рубежом. В то время, как Китай консолидировал внутриполитическое владычество, латиноамериканские «прогрессивные» «вступали в союз» со стратегическими противниками — как внутренними, так и с транснациональными — ради «совместного обладания властью».

Как позднее выяснилось, противники «левых», фактически лишь выжидали и тщательно готовились к тому, чтобы вытеснить своих союзников из власти. Когда латиноамериканские экономики, зависящие от ситуации на товарных рынках, обрушились, вслед за ними рухнули и политические связи «левых» с их элитными партнерами. Когда латиноамериканские «левые» терпели убытки из-за снижения цен на глобальных товарных рынках, китайская промышленность, напротив, получала от этого процесса выгоду. Столкнувшись с массовым распространением коррупции, власти Китая организовали широкомасштабную кампанию по чистке, которой были подвергнуты более 200000 чиновников. В Латинской Америке «левые» игнорировали коррупцию в чиновничьей среде, давая, таким образом, возможность оппозиции использовать скандалы для вытеснения левоцентристских госслужащих из власти.

В то время, как страны Латинской Америки импортировали машинное оборудование и запчасти к нему из стран Запада, Китай покупал целые западные компании, производящие машинное оборудование, и их технологии, а затем на практике применял полученные технологические преимущества.

Китай успешно пережил кризис, нанес поражение своим противникам, продолжил расширять внутреннее потребление и стабилизировал государственно-политическое руководство. Латиноамериканские левоцентристские силы потерпели политические поражения в Бразилии, Аргентине и Парагвае, проиграли выборы в Венесуэле и Боливии, а также перешли в отступление в Уругвае.

Заключение

Китайская политико-экономическая модель превзошла империалистский Запад и «левую» Латинскую Америку. В то время, как США расходовали миллиарды на ближневосточные войны за интересы Израиля, Китай инвестировал схожих размеров средства в Германию, приобретая передовые технологии, робототехнику и инновации в цифровой среде.

В то время, как «разворот в сторону Азии» президента Обамы и госсекретаря Хилари Клинтон был, в основном, расточительной военной стратегией по окружению и устрашению Китая, «разворот Пекина к рынкам» с успехом повысил экономическую конкурентоспособность Китая. Итогом станет то, что в следующее десятилетие Китай вдвое превзойдет американский уровень «роботизации» в производственной сфере. Американский «разворот в сторону Азии», с его высокой зависимостью от военных угроз и устрашения, стоил миллиарды долларов в виде потерянных рынков и инвестиций.

Китайский «разворот в сторону передовых технологий» демонстрирует, что будущее за Азией, а не за Западом. Китайский опыт предлагает уроки для будущих «левых» правительств.

Во-первых, и это главное, Китай делает ставку на сбалансированный экономический рост, а не на краткосрочные выгоды, получаемые от роста цен на товарных рынках или в силу применения маркетинговых технологий.

Во-вторых, Китай демонстрирует важность профессионально-технического обучения и инженерного образования для технологического инновационного процесса, что превосходит значимость бизнес-школ и непроизводственного спекулятивного образования, на которое делается такой сильный акцент в США.

В-третьих, Китай уравновешивает свои социальные расходы с инвестициями в основные производственные сферы, совмещая и социальные службы, и конкуренцию.

Ускоренный рост и социальная стабильность Китая, его приверженность обучению и стремление превзойти страны с передовыми экономиками имеют важные ограничения, особенно в сферах социального равенства и народовластия. Однако, несмотря на свои социально-политические и экономические ограничения, Китаю удавалось успешно противостоять военному давлению США и даже обратить ситуацию к своей выгоде, начав наступление на Запад.

Читайте по теме

В конечном итоге китайская модель роста и стабильности, конечно, предлагает такой подход, который намного превосходит и недавние провалы латиноамериканских «левых», и политический хаос, имеющий место из-за стремления Вашингтона к глобальному военному превосходству.

Автор — профессор социологии Университета Бингхэмтон (Нью-Йорк). Его перу принадлежат 62 книги, изданные на 29 языках мира, более чем 600 статей, опубликованных в специализированных научных журналах, и более 2000 статей, напечатанных ведущих мировых общественно-политических изданиях.

Перевод Сергея Духанова.

Публикуется с разрешения издателя.

Copyright © Prof. James Petras, Global Research, 2016


* The Committee on Foreign Investment in the United States (CFIUS) — межведомственный орган, обладающий полномочиями проверять коммерческие сделки на предмет выявления возможности установления иностранными физическими и юридическими лицами контроля над американскими предприятиями. Цель проверки — установить уровень угрозы национальной безопасности США в результате таких сделок. Действует на основе закона об оборонной промышленности 1950 г.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня