Головоломка про российский цемент

За два года спрос на «хлеб строительства» упал на 20%, а ВВП — на 4,3%

  
5906
Головоломка про российский цемент
Фото: Егор Алеев/ТАСС

В России потребление цемента за девять месяцев этого года рухнуло на 10,9% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, в абсолютных объемах — с 49,8 до 44,3 млн. тонн. Самое большое падение зафиксировано в Центральном, Приволжском, Сибирском и Северо-Западном федеральных округах. Такую новость сообщил британский портал Global Cement.

По прогнозу Союзцемента, российское производство цемента в 2016 году может составить порядка 57 млн. тонн. Для сравнения: в 2015 году было 62 млн. тонн, а 2014 году — 71 млн. тонн. Значит, за два года произошло 20% падение спроса на «хлеб строительства». Отдельно отметим, что суммарная мощность российских заводов оценивается в 109 млн. тонн, то есть сегодня половина простаивает.

Между тем, известные экономисты Хорхе Лопес и Лес Раддок, специалисты по макроэкономике, оценивают динамику объемов потребления цемента, наряду грузоперевозками, в качестве базового индикатора экономического здоровья государства. В частности, в Соединенных Штатах местная ассоциация СПС заявила, что в текущем году потребление цемента вырастет на 4%, а ВВП увеличится на 2,3%; в Индии — на 8% и 7,6% соответственно; во Вьетнаме — аналогичные темпы; и так далее. Возможно, до конца года будет кое-какая коррекция цифр, но тренд очевиден. В целом прогноз усиление мирового спроса на цемент в 2017 и 2018 годах оценивается на уровне 4%, что чуть выше проекции экспертов на рост глобального валового продукта.

Если следовать статистическим исследованиям экспертов, то падение ВВП России в 2016 году на 0,6% и на 3,7% в прошлом году не соответствует рухнувшему на 20% внутреннему спросу на цемент и диссонирует с установившимися тенденциями на глобальном рынке.

Нестыковку, во-первых, трудно объяснить ситуацией в жилищном строительстве, как бы драматически она не выглядела на первый взгляд. Так, по оценке Союзцемента, российские застройщики в 2016 году сдадут ориентировочно 72 млн. кв. метров жилья, или на 3 млн. кв. метров больше чем в 2013 году. Между тем три года назад потребление цемента в России составляло 69 млн. тонн, то есть больше, чем сейчас на 12 млн. тонн.

Во-вторых, не так уж плохо обстоят дела с финансированием национальной инфраструктуры, на которую, собственно, приходится значительный объем потребления цемента.

Согласно аналитике Газпромбанка, в транспортную и энергетическую инфраструктуру с 2015 до 2020 года запланировано инвестировать 11 трлн. рублей, или в среднем 2,2 трлн. руб. в год. Ровно столько, сколько в 2010—2014 годах. Причем капиталовложения в строительство дорог, портов и аэропортов, на которые приходится львиная доля инвестиций, не сократятся, а напротив, вырастут.

Здесь уместно привести еще две бесспорные закономерности, связанные с потреблением цемента. Оказывается, чем крупнее страна, тем больше «хлеба строительства» необходимо на транспортную доступность, связь и энергетику (в пересчете на душу населения — ред.), а чем севернее государство — тем весомее доля ВВП, идущая на эти цели. Например, в Соединенных Штатах приблизительно 60% всего цемента расходуется на инфраструктуру, а в Финляндии, по данным Министерства транспорта и связи, — порядка 10% валового продукта приходится только на транспортный комплекс.

Конечно, кто-то скажет, Россия — это не Америка, однако и для развивающихся стран, в том числе и со слабой динамикой, имеются свои экономические закономерности. Анализ 15 африканских экономик показал, что устойчивого увеличения валового продукта добились только те страны, которые обеспечивали капиталовложения в инфраструктуру на уровне 4% ВВП и более. В этой связи можно говорить о своеобразном «локомотиве», который тянет за собой промышленность, потребление, рынок труда и так далее. Кстати, эксперты Хорхе Лопес и Лес Раддок не питали иллюзий, что африканцы осваивали деньги в полном объеме. По мнению экономистов, до половины государственных средств исчезают в «черной дыре» казнокрадства.

Таким образом, в исследуемых странах, которые демонстрируют неплохие экономические показатели, в реальности лишь 2−2,5% валового продукта вкладываются в транспортный комплекс, энергетику и связь. Другими словами, элиты африканских государств делают все, чтобы не опускаться ниже обозначенного предела. В этом и заключается своеобразный общественный контракт, который, несмотря на весь негатив, обеспечивает положительную динамику ВВП.

В российском правительстве, кстати, тоже ориентируются на данные цифры, заложив в стратегию развития экономики до 2020 года долю инвестиций к ВВП на уровне 2,5% (с учетом инфляции — авт.). Но в этом-то заключается еще одна серьезная нестыковка. Даже с учетом нынешних сокращений бюджетный статей, денег в казне достаточно, чтобы обеспечить небольшой рост валового продукта России, а мы всё ищем очередное «дно».

Если зайти на сайт «Инвестиции в инфраструктуру России», то там еженедельно объявляются десятки концессионных конкурсов с объемом инвестиций до 1 млрд. рублей. Причем значительная часть, так или иначе, связана с возведением новых объектов или с масштабными ремонтными работами. Вот только «хлеба строительства» почему-то покупается всё меньше и меньше.

Зато в СМИ регулярно звучат новости о выделении дополнительного финансирования на те или иные объекты, при этом расходы по некоторым проектам в разы превышают первоначальную смету. А то и вообще, открыто воруют деньги, о чем правительство узнает постфактум. Например, президент Владимир Путин, глава государства, наблюдал за первым пуском ракеты с «Восточного» из окопа, хотя по бумагам были возведены административно-деловой комплекс и смотровая площадка.

Все дело в том, что реальный контроль со стороны властей над заключенными концессионными соглашениями вообще отсутствует. Сегодня есть некий сырой проект постановления правительства Российской Федерации «Об утверждении порядка проведения мониторинга заключения и реализации заключенных концессионных соглашений», опубликованный 22 октября 2016 года на сайте Минэкономразвития России.

Но самое забавное заключается в том, что по новым правилам, если, конечно, мониторинг введут в юридическую практику, участники государственно-частного партнерства должны лишь передавать в электронном виде сведения об исполнения контракта в базу данных ГАС «Управление». Это чем-то напоминает «пчелы против меда». Между тем, в США концессионеров крупных строек уже давно контролируют по объемам отгруженных в их адрес стройматериалов.

Можно по-разному относиться к индексу восприятия коррупции Transparency International и считать его политически ангажированным в отношении нашей страны, которую поставили ниже Нигерии и Мадагаскара. Однако цифры, в том числе связанные с катастрофическим падением спроса на цемент при необходимом уровне финансирования концессионных соглашений, свидетельствуют, что «слуги народа» в годы кризиса стали алчнее, и их аппетиты приводят уже к падению национального ВВП.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Игорь Рябов

Руководитель экспертной группы «Крымский проект», политолог

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня