18+
воскресенье, 26 марта
Экономика

Нефтяных генералов будут сажать на семь лет

Но кого именно, решит правительство или Кремль

  
2

30 октября вступила в действие статья Уголовного кодекса, ужесточающая наказания за нарушение антимонопольного законодательства. Теперь за монопольный сговор и повышение цен на рынке можно получить до 7 лет лишения свободы. Как отмечают в Федеральной антимонопольной службе, введение этой статьи связано в основном с регулированием цен на бензин.

Цены на топливо в России, являющейся одним из основных производителей сырья, растут практически в течение всего года. Причем, независимо от снижения или повышения мировой стоимости нефти и нефтепродуктов. Поэтому традиционно объяснить это «жесткой привязкой» НДПИ (налог на добычу природных ископаемых) к мировой цене нефти, как это обычно делают нефтяники, уже невозможно. Выходит, остается одно объяснение — картельный сговор и монопольное завышение цен?

—  Не совсем так. Во-первых, стоимость любого продукта определяется не только факторами предложения (например, издержками), но и спросом, — пояснил «СП» старший научный сотрудник Академии народного хозяйства при правительстве РФ Вадим Новиков. — И если спрос на нефтепродукты растет, то вслед за этим обязательно будет расти их цена на рынке. А мировая стоимость нефти просто является только одним из компонентов издержек, которые закладываются в стоимость нефтепродуктов. Если цены растут, а издержки падают, то спрос — наиболее вероятное объяснение. А весной и летом спрос на нефтепродукты традиционно растет.

Есть монополизм на рынке нефтепродуктов или нет, в любом случае он не имеет никакого отношения к динамике цен. Конечно, монополия на рынке дает возможность производителю получать повышенную наценку. Но это не значит, что эта наценка постоянно растет. Величина наценки все равно ограничивается соотношением спроса и издержек. Поэтому монополизмом нельзя объяснить постоянный рост цен на рынке нефтепродуктов.

Но ФАС считает иначе, и собирается привлекать «нарушителей конвенции» к уголовной ответственности по статье 178 Уголовного кодекса, вступившей в силу сегодня. А рассчитываться за такие преступления теперь будут руководители компаний.

Например, топ-менеджеры «Роснефти», которая на нынешней неделе была оштрафована ФАС на 5,28 млрд. рублей за злоупотребление доминирующим положением на рынке нефтепродуктов в первой половине года. Как заявили антимонопольщики, «Роснефть» замешана «в изъятии товара из обращения», что привело к росту оптовых цен на нефтепродукты, а также в монопольном завышении цен на розничных рынках автомобильного бензина, дизтоплива и авиационного керосина.

Напомним, что до этого — в августе, за аналогичные нарушения «Газпром нефти» было предписано заплатить 4,7 млрд. рублей, а ТНК-BP — 4,2 млрд. рублей. Но рекордный штраф «Роснефти» — не последний: по информации ФАС, уже ждет своего часа «Лукойл», в самой компании оценивают возможные штрафы на уровне 6 млрд. рублей. Однако, по мнению большинства экспертов, уровень нынешних штрафов не критичен для крупных российских нефтяных компаний, доходы которых от завышения цен исчисляются миллиардами долларов. Скорее, суммы штрафов, исчисляемые миллиардами рублей, просто работают на публику, будоража воображение населения. А нефтяники их не боятся. Вот власти и решили, что пора переходить от штрафов к срокам.

— Эта статья Уголовного кодекса действует не сама по себе, а в привязке к нормам антимонопольного законодательства. И я бы сказал, что для мировой практики антимонопольного регулирования запрет на установление монопольной цены — это исключительная мера, — считает Вадим Новиков. — Регулирование цен является само по себе инструментом ограничения конкуренции на рынке. Но главный дефект этой нормы в формулировках, которые содержатся в законе. Там сказано, что «монопольной» признается цена, которая соответствует хотя бы одному из двух условий.

Первое: она значительно выше, чем издержки и необходимая прибыль, а что такое «необходимая прибыль», на самом деле, никто не знает. И второе: что она выше цены аналогичного продукта на сопоставимом рынке, а какой рынок можно полностью сопоставить с другим, непонятно.

Но дальше в законе написано, что если мы не находим сопоставимого рынка, то сравниваем цену продукции только с издержками и необходимой прибылью. В результате, чиновники могут вводить ценовое регулирование в любом секторе экономики, а не только на нефтяном рынке. Но антимонопольная служба не может и не желает становиться ценовым регулятором для всей продукции экономики, а значит, эта норма будет применяться ей выборочно, на основе каких-то других мотивов. И эти мотивы в условиях продолжающегося кризиса будут, скорее всего, политическими.

Например, цены на бензин сейчас стали политически значимыми, и этот закон поможет власти регулировать их по своему усмотрению. Причем, можно это делать выборочно, лишь в отношении той компании, которой нужно. То есть, это политический инструмент, который адаптирован к рыночной экономике, ведь законодательно вводить регулирование цен никто не решится. А под соусом конкуренции это выглядит намного более благообразно. Но риск попасть под раздачу для руководителей компаний действительно большой, поэтому нефтяники уже наполовину в шутку, наполовину всерьез говорят властям: вы нам скажите, как надо устанавливать цены, или напишите цифру на бумажке, если не хотите произносить вслух. Потому что из законодательства это однозначно непонятно, а садиться в тюрьму никому не хочется.

Однако, самой антимонопольной службе пока еще никто не дал полномочий возбуждать уголовные дела против компаний — этим будут заниматься правоохранительные органы. Но и сами они не смогут возбуждать их без участия антимонопольной службы. Получается замкнутый круг, разорвать который может команда сверху — из Белого дома или Кремля.

Кстати

Пока ФАС борется с нефтяниками с помощью закона, Минэкономразвития развивает идею о расширении в России биржевой торговли нефтепродуктами. Оно и правильно, ведь тогда «невидимая рука рынка» сама отрегулирует справедливые цены на топливо в стране, и без всякой уголовной ответственности. Но биржевая торговля нефтепродуктами началась в стране еще в прошлом году, а результат нулевой. Потому что на торгах реализуется всего 0,5% - 1,5% общего объема продажи нефтепродуктов, а остальное расходится по прямым договорам. В результате биржа не выполняет функцию рыночного индикатора цены. Для увеличения объема торгов чиновники предлагают обязать нефтяников продавать через биржу до 15% произведенной продукции. Но эксперты считают, что даже в этом случае говорить о рыночном ценообразовании на топливном рынке страны не стоит: 15% - это капля в море, считают эксперты.

СМИ2
24СМИ
Цитаты
Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Комментарии
Новости партнеров
СМИ2
24СМИ
Рамблер/новости
Новости
Медиаметрикс
Лентаинформ
НСН
Жэньминь Жибао
Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня
;