Экономика

Закон о торговле: Путин и Медведев сначала подрались, а потом помирились

Скандальный законопроект принят. С одной ма-аленькой поправкой

  
56

В среду, 16 декабря, депутаты Госдумы приняли во втором чтении многострадальный законопроект о торговле, которому скоро могло исполниться шесть лет. Сначала второе чтение было назначено на 9 декабря, но накануне помощник президента Аркадий Дворкович заявил, что документ необходимо доработать. По его словам, к законопроекту было предъявлено около десяти замечаний, касающихся прозрачности системы бонусов, надбавок и штрафов, действующих в торговых сетях. Представитель Кремля не исключал, что в результате принятия закона о торговле в том виде, в котором он был, потребительские цены могут вырасти, а прибыль «перераспределится от торговых сетей в сторону производителей». В свою очередь первый вице-премьер Виктор Зубков, курирующий закон от правительства, заявлял, что не допустит изменения законопроекта о торговле.

В итоге победила дружба — законопроект был возвращен депутатам практически в том же виде и был принят с одной небольшой поправкой. Можно констатировать, что противостояние президента и премьера «вокруг торговли» закончилось — третье, завершающее чтение законопроекта, которое уже не коснется его содержания, назначено на пятницу.

Новый закон о торговле «СП» прокомментировал первый зампред комитета по аграрно-продовольственной политике Совета Федерации Сергей Лисовский.

— Закон о торговле был внесен в Госдуму правительством, после первого чтения были попытки его изменить — ухудшить в отношении производителей и улучшить для сетей. И его немного ухудшили, потому что замороженное мясо, которое составляет 50% от всего российского оборота, продавцы смогут оплачивать в срок до 45 дней, ранее предусматривался 10-дневный срок оплаты. Но это наименьшие потери, которые этот закон мог понести в связи с таким жестким лоббированием и давлением на правительство со стороны сетей.

«СП»: — В законе осталось ограничение бонусов сетям в размере 10%, говорят, это может поднять цены товаров для покупателя?

— Я не вижу, чем оно может поднять цены. Это ограничение формирует нормальное конкурентное поле для торговых сетей и делает розничное ценообразование более прозрачным. Вступление закона в силу может, наоборот, даже снизить цены для покупателей. Потому что сегодня сети говорят о том, что их наценка составляет всего 25%, а когда мы начинаем выяснять, оказывается, что за счет бонусов и дополнительных платежей со стороны поставщиков, она вырастает до 70%. И так почти по всем категориям товаров. А после принятия этого закона торговые сети не смогут так агрессивно накручивать цены.

«СП»: — То есть, эти неограниченные бонусы давали продавцам возможность поднимать цены?

— Они позволяли им скрывать реальную наценку на товар в рознице. Проще говоря, производитель поставлял сети товар по 100 рублей, продавец говорил, что добавляет к этому 25% наценки, в итоге товар на прилавках стоит 125 рублей. На самом деле из этих 100 рублей, которые сеть должна заплатить производителю, она в виде бонусов и различных дополнительных платежей забирала себе еще 30%. То есть, товар, который стоил для сети 70 рублей, продавался покупателю за 125 рублей, а это уже гораздо больше 25%-ной наценки, которую официально демонстрировала сеть. Теперь так делать уже не получится — сети не смогут забрать себе больше 10%. А в отношении социально-значимых товаров и эти бонусы будут вообще запрещены.

«СП»: — В результате цены для покупателей могут снизиться уже в феврале, когда закон вступит в силу?

— Я уверен, что в среднесрочной перспективе цены будут снижаться. Конечно, сначала сети будут стараться держать цены от падения из конъюнктурных соображений. К тому же, закон вступит в силу в начале года, когда цены традиционно растут, из-за денег, которые поступают в экономику. Поэтому в начале следующего года они будут повышаться обычными темпами. Кстати, это еще одна проблема, которую мы хотим решить законом: цена розницы в России растет независимо от оптовых цен. На некоторые товары оптовая цена годами стоит на одном месте, иногда даже падает, а розничные цены тем временем продолжают расти. Например, картошка — три года цена опта на нее не растет, а вы видели в сети картошку по цене трехлетней давности? То же самое — мясо птицы: цены оптовых поставок растут от силы на 2−3%, а по торговым сетям рост составляет минимум 7−8% в год. Закон поможет выявить эти противоречия и, мы надеемся, приведет к поправкам, их устраняющим.

«СП»: — А поправка об ограничении правительством предельных цен на товары, если они сильно растут, поможет не допустить инфляции?

— На самом деле, эта поправка не будет работать, потому что трудно предположить, что в течение месяца цена на какой-то товар взлетит сразу на 30%, после чего, по закону, правительство начнет ограничивать его предельную цену. И то, что правительство сможет контролировать эту предельную цену в течение 90 дней, тоже вызывает сомнения. Резкий взлет цен возможен только в случае какого-то коллапса на рынке, но тогда уже будет совсем другое ценообразование. Это просто такая популистская деталь законопроекта. На самом деле мы предлагали правительству регулировать наценку на продовольственные товары в зависимости от ситуации в стране, а также на основе мирового опыта — в развитых странах она не превышает 8−12% от стоимости товара у производителя. Думаю, в конечном итоге мы к этому все-таки придем.

«СП»: — Почему в последний момент администрация президента притормозила принятие закона?

— Вокруг этого законопроекта был поднят такой шум, что она была просто вынуждена реагировать. Но когда правительство и депутаты разъяснили все позиции законопроекта, вопрос был снят. И никакой политики здесь вовсе нет.

Но есть и другая точка зрения на этот счет, которой поделился с «СП» президент Союза предпринимателей и арендаторов России Андрей Бунич.

— Как обычно, расхождения мнений правительства и администрации президента в отношении законопроекта не играют решающей роли для него самого. Просто это продолжение убогого противостояния премьера Путина и президента Медведева, которое соответствует убогой ситуации в экономике. Другими словами — мышиная возня. А сама ситуация, как на «Титанике»: когда в трюмах вода, а капитан с помощником спорят, кто главнее. Например, если бы администрация, после того, как она забрала этот законопроект из Думы, поправила бы там какую-то закорючку, это означало бы, что победил Медведев, а так выиграл Путин. И на это, вместо спасения утопающих, уходит вся их энергия. Такое бесконечное соревнование мы будем наблюдать еще два года до выборов.

Я не вижу никаких конкретных деталей законопроекта, по которым Путин и Медведев спорят между собой. Хотя сам законопроект очень важен для сектора торговли, особенно в условиях кризиса, но все эти споры только затягивают его принятие, а вовсе не делают его лучше. Я бы приветствовал, если бы Медведев действительно озаботился деятельностью правительства, и спросил, а способно ли оно вообще что-то сделать? Вот это хотелось бы увидеть. А так, постоянные споры премьера и президента волнуют только аппаратчиков, и на исход самого дела не влияют. Что и произошло с законом о торговле, который вернулся из администрации и был принят в том же самом виде, в каком был.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Алексей Кротов

Почетный строитель города Москвы, член Союза архитекторов России

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Дмитрий Аграновский

Российский адвокат, политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня