18+
четверг, 25 мая
Экономика

Топ-миллиардер Михаил Прохоров как зеркало российского кризиса

Во время спада больше всего пострадали капиталы, вложенные в технологичные отрасли. У них же будет больше перспектив, когда начнется подъем

  
32

Собственник группы «Онэксим» Михаил Прохоров с капиталом в 14,1 миллиарда долларов занял первое место в рейтинге самых богатых людей России по итогам 2008 года, сообщает журнал «Финанс.». В 2007 году список возглавлял Олег Дерипаска с состоянием в 40 миллиардов долларов. За год он стал беднее в восемь раз и теперь занимает только восьмую строку рейтинга.

Самый скандально известный отечественный бизнесмен Михаил Прохоров стал самым богатым человеком в России — по версии журнала «Финанс». Это бизнесмен, о существовании которого страна узнала из сводок криминальных новостей — он был арестован на олигархическом лыжном курорте Куршевель в январе 2006 года во Франции по подозрению в сутенерстве. Обвинения вскоре сняли, но не извинились, хотя все понимали, что они по большей части были надуманными. Прохоров уже тогда занимал далеко не самые последние строчки в мировом рейтинге самых богатых людей. Но после такого скандала, казалось, карьера этого бизнесмена резко пойдет на убыль — деньги любят тишину. Однако, Михаил Прохоров не только вернул прежние позиции в бизнесе, но и продвинулся на самый верх. Сейчас он входит в совет директоров «Роснано» и получил предложение от правительства стать одним из директоров аэропорта «Шереметьево».

Впрочем, личный успех Михаила Прохорова можно оценивать и объяснять по-разному. Хотя большинство экспертов сходятся на том, что «он просто удачно продал свой пакет акций в „Норникеле“ еще до кризиса и удачно вложился в банковский бизнес». Есть и другая точка зрения: просто так ничего не бывает.

Однако, для нас всех важнее другое. Богатые люди, их перемещения с одной строчки рейтинга на другую, как бы сами собой иллюстрируют ситуацию в тех отраслях отечественной экономики, в которых эти бизнесмены разместили свои капиталы. Что особенно актуально в условиях кризиса.

Об этом корреспонденту «СП» рассказал руководитель Центра социальной политики Института экономики РАН Евгений Гонтмахер:

«СП»: — Евгений Шлемович, рост или, напротив, убавление личных капиталов бизнесменов демонстрирует реальную ситуацию в той или иной сфере экономики, просматривается ли здесь связь с кризисными явлениями?

—  Такая взаимосвязь, конечно, просматривается. Явно больше других пострадала от кризиса прежде всего металлургия. Михаил Прохоров вовремя ушел из этого бизнеса, продал свой пакет акций «Норникеля», поэтому он, собственно говоря, и сохранил свое состояние. А вот его бывший партнер Владимир Потанин пострадал (7-е место, 5 млрд долларов). Очень сильно пострадал капитал Олега Дерипаски (8- место, 4, 9 млрд долларов), поскольку сильно упал спрос на алюминий. Я думаю, автоматически снизились доходы тех, кто занимался угольным бизнесом, поскольку они находятся в одной цепочке с металлургией: сильно сдали хозяин «Северстали» Алексей Мордашов (14-е место, 4,1 млрд долларов) и крупнейший акционер Магнитогорского металлургического комбината Виктор Рашников (21-е место, 2,2 млрд долларов). Ну и девелоперы, те, кто делал долгосрочные инвестиции в строительство, в развитие территорий. Вот три группы людей, точнее, бизнесменов, которые в связи с кризисными явлениями должны были снизить свою капитализацию.

«СП»: — Но, бизнесмены, которых вы назвали, которые представляют наиболее пострадавшие сектора экономики, все равно присутствуют в рейтинге самых богатых людей. И не просто там значатся, где-то внизу, а по-прежнему занимают передовые позиции.

— Они сильно похудели, в смысле капитализации. Тот же Дерипаска был № 1, а теперь просел очень сильно. Причем, до кризиса он «стоил» свыше 40 млрд долларов, а теперь меньше 5 млрд.

«СП»: — Успех Михаила Прохорова, ставшего самым богатым россиянином, - это случайность?

— Не могу сказать, случайность это или нет. Может, он догадался, что вот так все будет. Но Прохоров — это человек, который меньше всех потерял в результате этого кризиса, потому что он вывел свои деньги из металлургии, вложился в банковские дела. Сыграло немалую роль то, что значительная часть его денег осталась в кэше (наличные), что-то лежит на счетах. В результате он вольно или невольно оказался в выигрыше.

«СП»: — А какие отрасли не пострадали, смогли сохранить позиции?

— Банковский сектор. И банковские люди. Например, Михаил Фридман (6-е место, 6,1 млрд долларов). И те, кто не прямо в банке работает, но вращается вокруг него. Здесь существенную роль сыграло государство, которое оказало помощь банковскому сектору, который испытывал проблемы с ликвидностью. И, думаю, нейтрально себя чувствуют бизнесмены, занимающиеся пищевой промышленностью, такие как Давид Якобашвили (0,2 млрд долларов, компания «Вимм-Билль-Данн»), потому что спрос на их продукцию если и уменьшился, то совсем незначительно. Да, кто еще не потерял, так это нефтяные бароны. Они не приобрели, но и не потеряли. Падение цен на нефть на их капитализации сильно не отразилась.

«СП»: — На втором месте Роман Абрамович (13,9 млрд долларов) — это о чем говорит?

— У Абрамовича очень разные активы, диверсифицированные в разных отраслях. То же самое можно сказать и о Алишере Усманове (10-е место с 4,5 млрд долларов), он инвестировал капитал, не только в металлургию, но и в мобильную связь, интернет-технологии и еще много чего есть. Поэтому можно четко сказать: в условиях кризиса залог успеха, возможность сохранения положения - диверсификация капитала, размещение его во множество разных активов. Или умение вовремя перевести активы в кэш, как это сделал Михаил Прохоров.

«СП»: — У вас есть видение на какую-то обозримую перспективу — какие отрасли выйдут на передовые рубежи, когда экономический спад достигнет дна и российская экономика пойдет вверх?

— Я думаю, что наибольшие перспективы у металлургии. Потому что она является относительно технологичной сферой по сравнению с нефте- и газодобычей, где дырку пробили, к трубе присосались — и давай качать. Конечно, нефтянка еще долго будет кормить страну, но стратегически она малоперспективна. Рано или поздно, но страна все-таки должна слезть с нефтяной и газовой иглы. У машиностроения мало шансов — по причине той же слабо развитой технологичности. Зато, думаю, есть неплохие перспективы у нашего строительства. Когда кризис закончится и начнется реальный подъем, строительство будет особо востребованным.

«СП»: — Получается, что те отрасли отечественной экономики, которые больше всего пострадали от кризиса, имеют больше шансов выиграть во время начала экономического подъема?

— Да, это вполне естественно, что в кризисной ситуации у нас больше всего страдают наиболее продвинутые отрасли, потому что конкурентоспособны и их продукция пользуется наибольшим способом на мировом рынке в стабильный период. Они сейчас находятся в таком сложном положении только потому, что весь мировой рынок просел. И если мировой рынок разогреется, и ситуация через год-два будет улучшаться, то именно эти отрасли станут активизироваться в первую очередь.

Фото [*]

СМИ2
24СМИ
Рамблер/новости
Цитаты
Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
СМИ2
24СМИ
Рамблер/новости
Новости
Лентаинформ
Медиаметрикс
НСН
Жэньминь Жибао
Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня