18+
вторник, 25 июля
Экономика

У кого рейтинг толще и длиньше

Некоторые экономисты слишком буквально воспринимают тезис «Умом Россию не понять, аршином общим не измерить»

  
4

Экономические рейтинги от различных экспертных сообществ появляются теперь практически еженедельно. Время такое. Изучают, по сути, одно и то же. Вот только выводы парадоксальным образом делают часто прямо противоположные.

Особенно это показательно на примере России, которую, как известно, в мире мало кто любит, но все так или иначе изучают. Если собрать воедино все рейтинги, которые выставляются нашей стране, то картина получится крайне пестрая. Интересно, но в докризисные времена нас в основном хаяли. Ныне — в период всемирной рецессии — тоже по преимуществу ругают. Но, в целом, какой-то калейдоскоп получается. Судите сами.

Негатив Интернешнл

Только в мае Россия получила целый букет негативных рейтингов. Международная финансовая корпорация (IFC) — дочерняя организация Всемирного банка сделал вывод, что наши власти из рук вон плохо работают по привлечению иностранных инвестиций в экономику. Среди стран бышего СССР в рейтинге IFC Россия заняла нижнюю строчку вместе с Киргизией и Белоруссией.

Тогда же эксперты агентства Moody’s понизили рейтинг российским региональным и местным администрациям до «негативного» из-за сложной бюджетной ситуации. В 2009 году вследствие наступившей рецессии произошел спад налоговых доходов, «представляющий собой большую часть доходов субсуверенных бюджетов».

Одновременно агентство Fitch объявило, что в первом квартале текущего года уровень негативных рейтингов для России остается достаточно высоким, поскольку сохранилась высокая доля негативных прогнозов по банкам.

Несколько разбавила картину «Лигатум просперити индекс», опубликовав свой ежегодный рейтинг, в котором Россия заняла 57-е место в списке самых процветающих стран мира 2008 года. Исследование базировалось на двух основных показателях — экономической конкурентоспособности (34 место) и качестве условий для проживания (82 место).

По самым свежим данным, полученным экспертами журнала Forbes, россияне не очень-то довольны своей жизнью: в списке самых счастливых стран в мире лидирует в этом рейтинге Дания, а Россия не попала в первую десятку.

А компания ФБК (Финансовые и бухгалтерские консультанты) выявила, что среди наиболее и наименее оптимистично настроенных стран Россия входит в «нейтральную» группу. И сделала вывод: наиболее оптимистично смотрят в краткосрочное будущее страны БРИК — Бразилия, Китай и Индия — за исключением России, представители которой считают, что в ближайшее время ситуация не изменится.

На основе своих мартовских исследований та же ФБК сделала вывод, что российские власти борются с кризисом хуже, чем правительства Великобритании, Канады, Германии, США, Франции, Казахстана, опережая в этом только Украину. Но через месяц, по данным этой компании, индекс антикризисной эффективности в России стал ниже даже чем на Украине.

Ложка позитива

А вот по заключению ведущих аналитиков лондонского Сити, первыми начали выходить из кризиса страны БРИК, в число которых входит и Россия.

Следом подоспела оценка специалистов Всемирного банка, которые назвали страны БРИК «светлым пятном глобальной экономики» и предрекли им процветание уже в недалеком будущем. Хотя совсем незадолго до этого представитель ВБ в России Клаус Роланд в интервью агентству Bloomberg пессимистично оценил перспективы российской экономики на этот год, заявив, что выход России из кризиса может затянуться.


Кому верить?

Насколько такие рейтинги объективны? Можно ли и до какой степени верить противоречащим друг другу уважаемым агентствам? И чем вызваны прямо противоположные выводы разных компаний, проводивших свои исследования в одних и тех же сферах? Вопросы к нашим экспертам.

Владимир Бессонов, директор Института информационного развития ГУ-ВШЭ :

— Рейтинги бывают разные и отношение к ним — разное. Например, я не доверяю компании ФБК. Я читал подробно два доклада ФБК прошлых лет о так называемой альтернативной инфляции и еще о чем-то — абсолютно безграмотные и бестолковые доклады. Не доверяю я этим ребятам в принципе. И когда в их последнем исследовании я увидел, что по их оценке мы хуже Украины, то дальше читать не стал.

Мое отношение к рейтингам, вообще к любому анализу, такое: прежде чем обсуждать результаты, надо проанализировать использованную методику, если это удается сделать, если методика правильна, логична и т. д., то можно обсуждать результат. Какая методика у ФБК, и зачем они это делают — я не знаю. Наверное, чтобы быть на плаву. Но, это мое личное отношение.

Насколько объективны бывают рейтинги — это вообще большой вопрос. Этим многие занимаются, я бы не рекомендовал всем доверять. Скажем, рейтинги компаний, работающих на финансовом рынке, рейтинги рынков разных стран — в какой-то мере, наверное, объективны. У нас единый мировой рынок, глобализация. Инвестор из одной страны может инвестировать деньги в экономику другого государства. Естественно, ему надо иметь информацию об условиях инвестирования, в частности, о рисках, связанных с инвестированием.

Соответственно, инвестор обращается к данным Moody’s или другого рейтингового агентства, и принимает их информацию во внимание для принятия решения. Соответственно, такие структуры стремятся к объективности, поскольку, если они будут мухлевать с цифрами или недостаточно качественно проводить исследования, то они утратят свои позиции. То есть, у них есть мотивация к максимальной объективности.

Но есть и другие рейтинги. Например, политические, связанные с уровнем демократизации и т. д. Мое отношение к ним — крайне скептическое. Это рычаги политического давления на те или иные страны. Раньше в советское время, я помню, был такой анекдот. Кто выигрывает в лотерею? Ответ: тот, кто ее проводит. Это вполне соотносится с такими рейтингами. То есть, какие-нибудь американцы начинают выстраивать весь остальной мир по уровню демократизации, по уровню свобод и прав человека. Естественно, коль этот рейтинг делают американцы, то США в результате становится лучшей страной, а все остальные — где-то там, сзади. И Россия оказывается в компании с какой-нибудь африканской республикой, где чуть ли не ежедневно один банановый режим сменяет другой — ананасовым. С моей точки зрения, это полная ахинея.

Такой рейтинг - инструмент политического давления, инструмент политической борьбы. И, мне кажется, к нему так и надо относиться. И было бы верхом глупости пытаться всерьез анализировать эту информацию.

Другие страны это понимают. Например, китайцы сделали ответ — они проанализировали права человека в США, показали, что у них там своих проблем хватает. И нам надо так делать, коль скоро против нас применяется это оружие. Конечно, такая пропаганда оказывает влияние на население, на предпринимателей, в частности. Для этого эти политизированные рейтинги и составляются. Это называется «контроль над сознанием».

И эта информационная война обостряется, когда начинается война реальная. Вспомните август прошлого года, когда мы видели кадры из Южной Осетии чуть ли не в режиме реального времени. Но при этом разные каналы транслировали одно и то же как бы под разным углом зрения. Но западные телеканалы работали четко в унисон. Мне довелось много лет назад быть в Париже — перед бомбардировками Югославии. Это было какое-то безумие, я себя ощущал так, как будто находился не в Париже в конце 90-х годов, а в нацистской Германии в конце 30-х — такая там была оголтелая компания во всех СМИ. Поэтому все эти политизированные рейтинги — инструмент промывания мозгов, навязывания своих представлений, условий. Это элемент, если угодно, войны, борьбы.

При этом, конечно же, существуют рейтинговые агентства, которые заслуживают уважения. Это те компании, которые работают в рыночной среде, которые мотивированы на улучшение качества своих рейтингов, у которых есть объективные причины делать свои оценки не смещенными.

Как отличить одних от других? Это непростая задача. Это задача отделения в своем восприятии серьезных рыночных игроков от политиков.

Алексей Макаркин, заместитель директора Центра политических технологий:

— Есть маргинальная часть рейтингов, которые явно ангажированы — они, как правило, используются в избирательных кампаниях. Речь идет о подставных компаниях, которые мало кому известны, кроме самих организаторов этих исследований, и, в общем, представляют собой некий пиар. Если же речь идет о серьезной респектабельной компании — с положением на рынке, с солидной с репутацией, с клиентами, то она подходит серьезно к своим исследованиям. Поскольку для нее искажение информации о положении на рынках является серьезным репутационным риском.

Но я бы отделил этот вопрос от другого — насколько рейтинги объективны? Если речь идет, допустим, о рейтинге финансовых компаний или банков, то критерии, по которым происходит оценка — по объему капитала, обороту и т. п. — не предусматривают субъективной составляющей, поскольку берется сухая цифирь из отчета и выстраивается в ранжир. Но и эти показатели не гарантируют полную объективность, поскольку в данной ситуации авторы рейтинга оказываются в зависимости от отчетов. И может так сложиться, что сегодня отчет в полном ажуре, и, соответственно, рейтинг получается прекрасным, а завтра вдруг обнаруживается, что у этой компании серьезные проблемы. Или, например, рейтинг, формируется на основе отчета за предыдущий квартал, а в текущем — уже происходит обвал. В обычной ситуации такое случается не очень часто, но во время кризиса такие события — не редкость. И поэтому такие корпоративные рейтинги не успевают за данными компаний, которые меняются в связи с текущими событиями. Это тоже важно. Поэтому наряду с рейтингами специалисты учитывают и другие факторы для более объективной картины.

Другие сравнительные рейтинги — как государства выходят из кризиса, рейтинг оптимизма, общественных настроений — тоже имеют элемент субъективности. Потому что здесь многое зависит от того, по каким параметрам оцениваются те или иные решения. Если, допустим, мы берем рейтинги настроений, то какова при этом социологическая выборка этих исследований?

Здесь очень много вопросов, и, насколько я знаю, ни один рейтинг не претендует на непогрешимость. Рейтинг — это ориентир. Ориентир на компанию с определенной репутацией. Но даже те люди, которые доверяют этой компании, все равно проверяют данные ее исследований, сравнивая их с данными других рейтинговых компаний. И таким образом делают окончательное заключение по вопросу инвестиций или иным принципиальным, чаще всего затратным вопросам. Поэтому к рейтингам надо относиться здраво.

Почему такие различия в рейтингах? Я думаю, это связано с тем, что иногда берутся разные параметры. Это зависит от экспертов, от того, что они считают наиболее показательным и приоритетным при оценке, например, экономической деятельности правительства. Что касается рейтингов оптимизма, то здесь может быть такая ситуация. Если мы берем наиболее «продвинутый» круг людей, то в кризис они часто являются наиболее пессимистично настроенной социальной группой, потому что они обладают наибольшим объемом негативной информации, в том числе, эксклюзивной. Потому что первый удар приходится в первую очередь по «белым воротничкам». Соответственно, они испытывают серьезный дискомфорт и выражают недовольство, когда лопаются банки и рушатся финансовые компании, в которых они работают. В кризис, как правило, в первую очередь увольняют работников финансовых компаний, и только потом — «синих воротничков», потому что кризисная волна доходит до производственной сферы чуть позже.

Такова на данный момент ситуация в России. Я думаю, что если сейчас опросить предпринимателей, то они будут довольно пессимистичны: ситуация сложная, государство недостаточно поддерживает бизнес. Но вряд ли в кризис вообще возможно такое, что большинство предпринимателей будут довольны поддержкой правительства, поскольку денег на всех не хватает. А если опросить бюджетников, то они, скорее всего, испытывают тревогу по поводу будущего. Они, в основном, страдают от инфляции, которая началась еще до кризиса — еще в 2007 году. Поэтому многие из бюджетников воспринимают кризис постольку поскольку. И иногда даже задают такие вопросы: а что, разве у нас кризис? Для них опасения — это перспективы. Есть значительная часть населения, которая доверяет правительству, считает, что власть эффективная и решит все проблемы.

Иными словами — в разных группах разные настроения, и критерии тоже разные. И поэтому когда составляются рейтинги, к ним надо относиться с известной долей условности. Но при этом, я считаю, не стоит воспринимать наиболее пессимистичные рейтинги или прогнозы как нечто враждебное. Например, в прошлом году правительственные эксперты говорили, что будет даже небольшой рост или, по крайней мере, выйдем в ноль. Тогда как независимые эксперты утверждали, что ситуация гораздо сложнее и Россию ждет экономический спад. Сейчас правительство признало правоту последних. Поэтому появление пессимистичного рейтинга вовсе не означает, что кто-то желает подорвать престиж России. Это экспертное заключение — мнение конкретной структуры, мнение конкретных исследователей, основанное на определенном наборе фактов. И, как часто оказывается, пессимистические заключения, оказываются наиболее обоснованными, чем противоположенные суждения.

СМИ2
24СМИ
Рамблер/новости
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Рамблер/новости
Лентаинформ
Медиаметрикс
НСН
Жэньминь Жибао
Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня