Взгляд / Война в Сирии

Режим Асада и оппозиция должны вместе бороться против внешнего врага!

Сирийская оппозиция готова бороться против террористов

  
2114

Кадри Джамиль — руководитель сирийского «Народного фронта за перемены и освобождение», бывший вице-премьер Сирии в студии программы «Взгляд: Сирия»

Как урегулировать конфликт в САР? Почему каждый сириец должен встать на защиту своей страны, вне зависимости от своих политических взглядов? Почему ситуация в Сирии — это самая большая гуманитарная катастрофа со времен Второй мировой войны? Сирия — «духовный ключ» Ближнего Востока. Победить терроризм — основная задача.
Интересы России в Сирии не меркантильны, в отличие от Запада.

Анастасия Михайловская: В гостях у программы «Взгляд: Сирия» секретарь оппозиционной партии Сирии «Народная воля» Кадри Джамиль. Здравствуйте, Кадри.

Какие новшества хочет привнести ваша партия в политику Сирии?

Кадри Джамиль: Мы не новая партия, мы продолжение традиций десятилетий политической борьбы в Сирии. Уже понятно, что нужны кардинальные перемены в экономической, социальной и политической сфере. Чем мы отличаемся от других течений оппозиции? Сейчас оппозиция зациклилась на Башаре Асаде. Но вопрос о Башаре Асаде — это маленький вопрос по сравнению с задачами, которые предстоит решить в Сирии. Уменьшить вопрос только до размера президента — это значит не видеть суть и глубину проблемы.

А.М.: Я слышала такое мнение, что когда Башар Асад взял либеральную позицию и повел страну путем либерализма, то тут же начались проблемы внутри страны.

К.Д.: Вы правы. У нас была вторая московская встреча. Глава делегации режима говорил, что заговор против Сирии начался в марте 2011 года. Я говорю: «Почему же? Это последний этап заговора». Первый этап — это 2005 год, когда началась правительственная программа либерализации экономики, обнищание народных масс, которое создало основу для взрыва. Второй этап — это 2007−2008 год, когда улучшали отношения с Катаром и с Турцией. Тогда в политическом смысле против Сирии начали «рыть тоннели».

А.М.: Началась тайная игра, которая разрушила структуру государства?

К.Д.: Да. Режим исторически очень соблазняют иностранные инвестиции. Турция и Катар соблазняли тем, что будут очень большие инвестиции, если поменяют структуру государственного аппарата, его задачи.

Поэтому если говорить объективно, то проблема в Сирии не новая, она готовилась уже более 15 лет. Этот взрыв готовился 10 лет до его начала, 10 лет этапов заговоров. А почему он удался? Он удался по разным причинам. Первая причина — это узкоклассовые интересы элиты режима, они ищут быстрого обогащения. Вторая причина — это интеллектуальная бедность элиты, которая ничего не знает об истории и не может ничего предвидеть. Третья причина — это серьезная интервенция извне. Интервенция не может увенчаться успехом, если мы сами не создадим для нее объективные условия.

Сейчас оппозиция зациклилась на Башаре Асаде. Но вопрос о Башаре Асаде — это маленький вопрос по сравнению с задачами, которые предстоит решить в Сирии. Уменьшить вопрос только до размера президента — это значит не видеть суть и глубину проблемы

Я бы сказал так: после независимости Сирии не прошло ни одного дня без заговора против Сирии.

Вопрос не в том, что есть вмешательство извне. Вопрос в другом: почему заговор иногда проваливается, иногда увенчивается успехом, а иногда безрезультатен? Это зависит от иммунитета государства и общества.

А.М.: А что Вы скажете про геополитические особенности Сирии в регионе?

К.Д.: Этот секрет никто не может объяснить до сих пор. Все говорят, что Сирии — это ключ Ближнего Востока. Но почему ключ я не прочитал ни в одном геополитическом исследовании. Понимаете, с точки зрения богатства, она не так богата, как Саудовская Аравия, например, или Катар. С точки зрения транспортного узла, да. Но Сирия имеет, я думаю, очень большое духовное влияние на регион.

Духовное — я не имею в виду религиозное. Я имею в виду мораль, культуру. И религиозные традиции, конечно. Но религия — это результат культуры и морали Сирии. Не просто так все три основные религии связаны с Сирией каким-то образом. Сирия живет много тысячелетий, живет Дамаск — самая старинная столица в мире, которая существует до сих пор.

А.М: Но какой выход Вы видите? Многие говорят, что нужно поменять президента. Но есть ли в этом смысл?

К.Д.: Я думаю, что проблема в экономическом и политическом режиме. В распределении богатства, которое привело к сильному расслоению, увеличило уровень недовольства общества, которое использовали извне против интересов Сирии. Вот в чем проблема, которую нужно решить. В основном решение этого вопроса заключается в том, чтобы дать сирийскому народу право на самоопределение, на выбор своего будущего. Без вмешательства извне и без диктата изнутри.

А.М.: Но так не бывает, в любом случае будет какой-то диктат.

К.Д.: Диктат должен быть народным. Мы должны прийти к ситуации, где народ добровольно и свободно определяет свою судьбу. Так можно решить кризис. Одним из компонентов кризиса в Сирии является низкий уровень политических свобод в течение 50 лет. Низкий уровень политических свобод не решал проблемы, а углублял их. Потому что у нас не было мерки для измерения настроений общества. Политические свободы — это не роскошь, но их надо использовать законно. Но если уровень политических свобод очень низкий, то вот что происходит. Режим считал за 6 месяцев до событий, что все в порядке, ничего не будет. Почему? Потому что у него не было никаких возможностей измерять давление в обществе.

А.М.: А сколько у вас сейчас партий?

К.Д.: Зарегистрировано около 12.

А.М.: Предположим, мы все надеемся, что с помощью российской армии мы победим ИГИЛ.* Но у вас есть проблема курдов, которые сейчас раскачивают Турцию. Соответственно после первой проблемы сразу встает вторая.

К.Д.: Я не уверен, что операция российской и сирийской армии решит окончательно вопрос об ИГИЛ.* Она только создает благоприятные условия. Но для решения этой задачи нужно, чтобы поднялся весь сирийский народ на священную войну, на защиту своей родины. Очень правильная российская позиция, когда говорят, что оппозиция и режим должны объединиться и направить свои винтовки против ИГИЛ*. До сих пор что получалось? Сирийская оппозиция и режим направляли винтовки друг против друга, селились друг против друга, а фактически оказалось, что они стреляли в Сирию. Нужно остановить этот процесс и объединиться против общего врага. Хотя бы на время, а потом уже перейти к политическому диалогу между режимом и оппозицией. Не винтовкой, а разговором и убеждением нужно решить этот вопрос.

А.М.: Вы встречались с представителями сирийской оппозиции. Вы видите какие-то продуктивные решения у них?

К.Д.: Да, сейчас углубляется убеждение, что решить вопрос силовым путем невозможно.

Настроения изменились у них за последние 6 месяцев. Но это очень медленно. Потому что счет идет не на дни, а на часы. Каждую минуту жертвы, счет времени идет кровью. Поэтому как можно быстрее надо остановить кровопролитие, остановить процесс опустошения Сирии, своего населения, потому что условия жизни стали невозможными.

Потому что экономическое положение очень плохое, не говоря уже о проблемах безопасности в условиях войну. Это самая большая гуманитарная катастрофа после Второй мировой войны.

Сейчас не важно, кто будет президентом, кто будет в правительстве, кто в оппозиции. Это по меньшей мере аморально в нынешней ситуации сирийского народа. В первую очередь нужно остановить кровопролитие

Сирия — это 20 миллионов. Д сих пор минимум 8 миллионов перемещаются с места проживания, 3−4 миллиона уже за рубежом, 3−4 внутри перемещаются. Половина населения почти переместилась, это значит, что того, кто препятствует политическому решению в Сирии, можно с чистой совестью обвинить в геноциде против сирийского народа. Это не политический вопрос уже, это гуманитарный вопрос, общечеловеческий.

А когда решим гуманитарную проблему, связанную с террористами, тогда поговорим о политике. Сейчас не важно, кто будет президентом, кто будет в правительстве, кто в оппозиции. Это по меньшей мере аморально в нынешней ситуации сирийского народа. В первую очередь нужно остановить кровопролитие. Потом уже будут разные точки зрения, но решим путем диалога.

А.М.: Как Вы считаете, какие геополитические интересы преследует Россия в Сирии?

К.Д.: Если говорит с точки зрения интересов России, то на моей памяти Россия от Сирии получала только убытки, исторически. Когда Советский Союз развалился, уровень долга Сирии был 12 миллиардов долларов. Потом во времена Примакова договорились решить эту проблему, что Сирия вернет 3 миллиарда из 12. И сейчас мне неизвестно, сколько возвратили из этих 3 миллиардов, но не все. Сирия не богатая страна, которую можно было бы сравнить с Саудовской Аравией. Россия тоже небедная страна, она экспортирует нефть и газ. Ей не нужна ни нефть, ни газ, ни сирийская пшеница или хлопок. Поэтому интересы не меркантильные. Здесь вопрос в другом. Мы говорили о геополитической роли Сирии в регионе. Если будут нестабильности в Сирии, если террористы, исламисты окончательно обоснуются в Сирии, то это может очень отрицательно влиять на юг России.

А.М.: Скажите, а может ли быть амнистия для боевиков? Об этом много говорят.

К.Д.: Для сирийских боевиков, которые борются против ИГИЛ* и Джабхат-ан-Нусра**, и которые готовы участвовать в политическом процессе — не может быть, а должна быть амнистия.

Должна быть не только амнистия, должно быть примирение всего сирийского общества. Поэтому все, что нужно с законной точки зрения, чтобы узаконить этот процесс — это все нужно сделать.

А.М.: Вы сейчас проживаете в Москве. Какая причина Вашего нахождения здесь?

К.Д.: Мне руководство партии фронта дало задание оставаться за границей, потому что мы — формирование партии, которое находится только внутри Сирии, а политический центр тяжести решения сирийского вопроса частично перенеслось за рубеж, потому что произошло интернационализация кризиса. У нас никаких представителей за рубежом нет, я единственный представляю нашу партию за границей, не только в России. Поэтому из практических соображений мне поручили оставаться в Москве, чтобы участвовать в политическом процессе, во-первых. Во-вторых, для моего возвращения нужно начать политический процесс в Сирии, потому что через этот политический процесс можно найти политические гарантии для моего возвращения.

Но я думаю, что уже скоро начнется политический процесс, скоро увидимся в Дамаске.


Подписывайтесь и смотрите другие интересные передачи на канале «Свободной Прессы«в YouTube.

Полная версия интервью — в видеоматериале программы «Взгляд:Сирия»

* «ИГИЛ», ИГИЛ, «Исламское государство» — решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, его деятельность на территории России запрещена.)

** «Джабхат ан-Нусра» — решением Верховного суда РФ была признана террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

Над программой работали: Анастасия Михайловская (ведущий, продюсер), Александр Фатеев (видео, фото, монтаж, редакторская правка текста).

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Смотрите ещё
Последние новости
Цитаты
Сергей Жаворонков

Старший научный сотрудник Института экономической политики

Комментарии
Новости партнеров