18+
суббота, 3 декабря
Открытая студия

Евгений Ясин: Криминальную экономику я не строил

Известный экономист отвечает на вопросы читателей «СП»

  
31

Уважаемые читатели «Свободной Прессы», сегодня по вашей просьбе мы пригласили в редакцию научного руководителя Государственного университета — Высшая школа экономики, доктора экономических наук, профессора Евгения Григорьевича Ясина.

«СП»: - Здравствуйте, Евгений Григорьевич. Спасибо, что пришли, решились ответить на порой нелицеприятные для вас вопросы наших читателей. Давайте начнем с одного из таких.

«В России создана, при активном участии Ясина и его учеников, криминальная экономика. Хотелось бы спросить у Евгения Григорьевича, а как он сам оценивает то, к чему приложил немало стараний?»

— На мой взгляд, я и мои коллеги не создавали криминальную экономику. Мы создавали экономику рыночную, и это у нас получилось: она работает, в чем можно убедиться, зайдя в любой магазин, где нет пустых прилавков, а есть большой выбор разнообразных продуктов, за ними нет очередей. Что касается криминалитета, то я бы хотел сказать, что надо трезво смотреть на происходящее в стране. Нередко у нас стало нормой думать, что кто-то преднамеренно учиняет какую-то гадость. Я соглашусь с тем, что наши власти дают много оснований для подобного рода суждений. Но есть определенные объективные закономерности, объективное свойство нашего общества, в силу которых мы сталкиваемся с теми или иными явлениями. Что принуждает подходить к оценке ситуации с этой точки зрения. Поэтому обвинения в свой адрес, что я строил криминальную экономику, отвергаю. В течение большей части нашей истории, и уж, по крайней мере, все 74 года советской власти мы жили в обществе, которое не знало законов, не в том смысле, что есть или нет определенных юридических норм, а в том, что правовое государство предполагает наличие верховенства закона. А как вы думаете, если мы переходим от плановой экономики к рыночной, от репрессивного тоталитарного государства к свободному, то какие нравы преобладают? Рассчитываете на моментальное следование нормам закона? Нет. Была предоставлена широкая экономическая свобода и, конечно, первым желанием советских людей было что-то прихватить себе у государства и не вернуть. Мы, зная о подобного рода последствиях, должны были, тем не менее, проводить реформы. Я в этом уверен, поскольку они были спасительны для страны, собственно, они и вывели ее из тупика. Я не удовлетворен всем тем, что происходило потом. Наверное, что-то можно было делать лучше, но мы-то имели дело с обществом, где в ответ на обиды со стороны государства люди занимались воровством и саботажем, вместо того, чтобы обращаться в суд. Я спрашиваю: можно было таким образом получить правовое, демократическое общество? Нет. Это предстоит.

«СП»: - В начале года власти нам сообщили о некоем росте экономики. Но о каком подъеме может идти речь, если Росстат задним числом подправил макроэкономические показатели за 2009-й год?

— У меня нет такой информации. Но действительно есть реальная практика, когда получают дополнительные данные, Росстат всегда вносил корректировки. Я исхожу из того, что наша статистика, в основном, не врет. Говорю это при всем моем критическом отношении к разным сторонам нынешней действительности.

«СП»: - Россия настолько далеко находится от развитых экономик, что подъем может происходить сам по себе: за счет движения цены на нефть и газ. Возможно, есть и другие статьи дохода бюджета, о которых я не знаю? Как, по-вашему: на каком уровне в рейтинге мировых держав мы реально находимся и какие есть сценарии? Спасибо. Павел, Москва.

— Если говорить о месте России в мировой иерархии, то она находится, примерно, на 8−9 месте, если брать по объему валового внутреннего продукта. А если иметь в виду показатели валового внутреннего продукта в расчете на душу населения, то мы откатываемся на 45−50 место. Зависим ли мы только от нефти и газа? В настоящее время это просто наиболее доступный для нас способ заработать валюту. Но в 2008—2009 годах цены упали, причем, не столько на нефть и газ, сколько на металлы. Это было первое направление, когда страна понесла большие потери, а уж потом упали цены и на нефть, газ. Но в принципе мы должны понимать, что кроме нефти и газа у нас есть ум и воля. О чем надо бы вспомнить, поскольку иных реальных факторов для подъема не остается. Мы живем в эпоху тектонических сдвигов в мировой экономике. Очень важно для успешного продвижения использовать интеллектуальный потенциал России.

«СП»: — Экономика России упадет, если поссорится с Европой и США. Так ли?

-Есть дальнее зарубежье: Америка, Западная Европа, Китай… но есть и наши ближние соседи, вчерашние республики. Для нас вопрос дружбы с ними имеет исключительное значение. Но есть факторы, которые какое-то время будут работать против России. Сейчас я говорю о ближнем зарубежье. Мы были империей, и о нас многие из них вспоминают, как об угнетающей их метрополии. По крайне мере это относится к странам Балтии, Западной Украине, а сейчас и к — Грузии. Мне кажется, нам это надо понимать. Так было. В 1991 году Ельцин выступил с призывом: за вашу и нашу свободу! Чем провозглашал тезис о том, что новая демократическая Россия не несет ответственности за политику, некогда проводимую царской Россией, а потом и СССР. Но в определенной степени был упущен шанс отрешиться от негативов прошлого. Мы в значительной степени упустили шанс нашего влияния на постсоветской территории.

Дальше. Имея в виду наш интеллектуальный потенциал, для этого нам необходимо строить инновационную экономику. А она находится в Америке, Европе, Японии. Но темпы роста там ниже. Америка после второй мировой войны давала 50 процентов мирового продукта, а сейчас — 22. Китай — 14. По оценкам наших экономистов к 2020 году Китай займет первое место в мире по объему ВВП. Так что, если мы пытаемся предвидеть картину будущего мира и предполагаем, что для мира и равновесия необходимо определенное связывание этих сил, то надо понимать, что Россия в своем нынешнем состоянии не может играть самостоятельную роль на мировой арене: она должна иметь союзников. И, конечно, ее естественные союзники находятся на Западе, где создается примерно 70−80 процентов инноваций. Китай для нас будет, надеюсь, конкурентом, а не противником.

«СП»: — Уважаемый Евгений Григорьевич, если Медведев-Путин-ЕР оценивают уровень своей поддержки среди населения в 70%, почему бы им не выступить перед страной с призывом поддержать российского производителя при выборе товаров и услуг? Корабулин Максим.

— Я с ним не согласен. Государство по отношению к своим гражданам должно добиваться того, чтобы они были сильными. Зачастую у нас берут деньги у государства, но редко, когда используют с толком. Не надо рассчитывать на опеку. Мы проводили исследование конкурентоспособности российских предприятий обрабатывающей промышленности. Примерно 30−40% не имеют никаких конкурентов и работают плохо, с низкой производительностью труда. Повышение конкурентоспособности, в том числе за счет открытия наших рынков, должно быть преобладающим.

«СП»: — Ждать ли дефолта? Спрашивает Антон Владимирович.

—  Его мы точно не дождемся.

«СП»: — Кризис носит структурный характер, выйти из него мы должны с обновленной экономикой. Вы разделяете это мнение?

— Безусловно. Иначе мы из него никогда не выйдем.

Полную версию слушайте на видеосайте «СП».



Смотреть видео на: Youtube или Svpressa



Часть 1



Часть 2



Часть 3



Часть 4



Часть 5



Часть 6


Популярное в сети
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня