Открытая студия

Евгений Ясин: Криминальную экономику я не строил

Известный экономист отвечает на вопросы читателей «СП»

  
33

Уважаемые читатели «Свободной Прессы», сегодня по вашей просьбе мы пригласили в редакцию научного руководителя Государственного университета — Высшая школа экономики, доктора экономических наук, профессора Евгения Григорьевича Ясина.

«СП»: - Здравствуйте, Евгений Григорьевич. Спасибо, что пришли, решились ответить на порой нелицеприятные для вас вопросы наших читателей. Давайте начнем с одного из таких.

«В России создана, при активном участии Ясина и его учеников, криминальная экономика. Хотелось бы спросить у Евгения Григорьевича, а как он сам оценивает то, к чему приложил немало стараний?»

— На мой взгляд, я и мои коллеги не создавали криминальную экономику. Мы создавали экономику рыночную, и это у нас получилось: она работает, в чем можно убедиться, зайдя в любой магазин, где нет пустых прилавков, а есть большой выбор разнообразных продуктов, за ними нет очередей. Что касается криминалитета, то я бы хотел сказать, что надо трезво смотреть на происходящее в стране. Нередко у нас стало нормой думать, что кто-то преднамеренно учиняет какую-то гадость. Я соглашусь с тем, что наши власти дают много оснований для подобного рода суждений. Но есть определенные объективные закономерности, объективное свойство нашего общества, в силу которых мы сталкиваемся с теми или иными явлениями. Что принуждает подходить к оценке ситуации с этой точки зрения. Поэтому обвинения в свой адрес, что я строил криминальную экономику, отвергаю. В течение большей части нашей истории, и уж, по крайней мере, все 74 года советской власти мы жили в обществе, которое не знало законов, не в том смысле, что есть или нет определенных юридических норм, а в том, что правовое государство предполагает наличие верховенства закона. А как вы думаете, если мы переходим от плановой экономики к рыночной, от репрессивного тоталитарного государства к свободному, то какие нравы преобладают? Рассчитываете на моментальное следование нормам закона? Нет. Была предоставлена широкая экономическая свобода и, конечно, первым желанием советских людей было что-то прихватить себе у государства и не вернуть. Мы, зная о подобного рода последствиях, должны были, тем не менее, проводить реформы. Я в этом уверен, поскольку они были спасительны для страны, собственно, они и вывели ее из тупика. Я не удовлетворен всем тем, что происходило потом. Наверное, что-то можно было делать лучше, но мы-то имели дело с обществом, где в ответ на обиды со стороны государства люди занимались воровством и саботажем, вместо того, чтобы обращаться в суд. Я спрашиваю: можно было таким образом получить правовое, демократическое общество? Нет. Это предстоит.

«СП»: - В начале года власти нам сообщили о некоем росте экономики. Но о каком подъеме может идти речь, если Росстат задним числом подправил макроэкономические показатели за 2009-й год?

— У меня нет такой информации. Но действительно есть реальная практика, когда получают дополнительные данные, Росстат всегда вносил корректировки. Я исхожу из того, что наша статистика, в основном, не врет. Говорю это при всем моем критическом отношении к разным сторонам нынешней действительности.

«СП»: - Россия настолько далеко находится от развитых экономик, что подъем может происходить сам по себе: за счет движения цены на нефть и газ. Возможно, есть и другие статьи дохода бюджета, о которых я не знаю? Как, по-вашему: на каком уровне в рейтинге мировых держав мы реально находимся и какие есть сценарии? Спасибо. Павел, Москва.

— Если говорить о месте России в мировой иерархии, то она находится, примерно, на 8−9 месте, если брать по объему валового внутреннего продукта. А если иметь в виду показатели валового внутреннего продукта в расчете на душу населения, то мы откатываемся на 45−50 место. Зависим ли мы только от нефти и газа? В настоящее время это просто наиболее доступный для нас способ заработать валюту. Но в 2008—2009 годах цены упали, причем, не столько на нефть и газ, сколько на металлы. Это было первое направление, когда страна понесла большие потери, а уж потом упали цены и на нефть, газ. Но в принципе мы должны понимать, что кроме нефти и газа у нас есть ум и воля. О чем надо бы вспомнить, поскольку иных реальных факторов для подъема не остается. Мы живем в эпоху тектонических сдвигов в мировой экономике. Очень важно для успешного продвижения использовать интеллектуальный потенциал России.

«СП»: — Экономика России упадет, если поссорится с Европой и США. Так ли?

-Есть дальнее зарубежье: Америка, Западная Европа, Китай… но есть и наши ближние соседи, вчерашние республики. Для нас вопрос дружбы с ними имеет исключительное значение. Но есть факторы, которые какое-то время будут работать против России. Сейчас я говорю о ближнем зарубежье. Мы были империей, и о нас многие из них вспоминают, как об угнетающей их метрополии. По крайне мере это относится к странам Балтии, Западной Украине, а сейчас и к — Грузии. Мне кажется, нам это надо понимать. Так было. В 1991 году Ельцин выступил с призывом: за вашу и нашу свободу! Чем провозглашал тезис о том, что новая демократическая Россия не несет ответственности за политику, некогда проводимую царской Россией, а потом и СССР. Но в определенной степени был упущен шанс отрешиться от негативов прошлого. Мы в значительной степени упустили шанс нашего влияния на постсоветской территории.

Дальше. Имея в виду наш интеллектуальный потенциал, для этого нам необходимо строить инновационную экономику. А она находится в Америке, Европе, Японии. Но темпы роста там ниже. Америка после второй мировой войны давала 50 процентов мирового продукта, а сейчас — 22. Китай — 14. По оценкам наших экономистов к 2020 году Китай займет первое место в мире по объему ВВП. Так что, если мы пытаемся предвидеть картину будущего мира и предполагаем, что для мира и равновесия необходимо определенное связывание этих сил, то надо понимать, что Россия в своем нынешнем состоянии не может играть самостоятельную роль на мировой арене: она должна иметь союзников. И, конечно, ее естественные союзники находятся на Западе, где создается примерно 70−80 процентов инноваций. Китай для нас будет, надеюсь, конкурентом, а не противником.

«СП»: — Уважаемый Евгений Григорьевич, если Медведев-Путин-ЕР оценивают уровень своей поддержки среди населения в 70%, почему бы им не выступить перед страной с призывом поддержать российского производителя при выборе товаров и услуг? Корабулин Максим.

— Я с ним не согласен. Государство по отношению к своим гражданам должно добиваться того, чтобы они были сильными. Зачастую у нас берут деньги у государства, но редко, когда используют с толком. Не надо рассчитывать на опеку. Мы проводили исследование конкурентоспособности российских предприятий обрабатывающей промышленности. Примерно 30−40% не имеют никаких конкурентов и работают плохо, с низкой производительностью труда. Повышение конкурентоспособности, в том числе за счет открытия наших рынков, должно быть преобладающим.

«СП»: — Ждать ли дефолта? Спрашивает Антон Владимирович.

—  Его мы точно не дождемся.

«СП»: — Кризис носит структурный характер, выйти из него мы должны с обновленной экономикой. Вы разделяете это мнение?

— Безусловно. Иначе мы из него никогда не выйдем.

Полную версию слушайте на видеосайте «СП».



Смотреть видео на: Youtube или Svpressa



Часть 1



Часть 2



Часть 3



Часть 4



Часть 5



Часть 6


Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Смотрите ещё
Последние новости
Цитаты
Павел Грудинин

Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Дмитрий Аграновский

Российский адвокат, политический деятель

Комментарии
Новости партнеров