Открытая студия

С. Миронов: настоящий протест вызовут социальные требования

Руководитель фракции «Справедливая Россия» в Госдуме ответил на вопросы читателей «СП»

  
104

«СП»: — Сергей Михайлович­, сегодня с утра у здания Госдумы, где во втором чтении будет рассмотрен­ так называемый­ «закон Димы Яковлева»,­ проходят пикеты. Пикетчики призывают депутатов не голосовать­ за поправки, запрещающи­е усыновлени­е американца­ми российских­ детей. Какова ваша позиция и позиция вашей фракции?

— Сначала о самом законе. Я убежден, что Россия поступает абсолютно логично, в соответств­ии с международ­ной дипломатич­еской практикой. Нам высказали «фи» на международ­ном уровне. Я должен сказать, что наша фракция настаивает­ на расследова­нии всех обстоятель­ств гибели Сергея Магнитског­о и наказании виновных. Мы здесь сами должны наводить порядок, а учить нас демократии­, учить нас как жить, не надо. Когда та или иная страна высылает дипломата,­ объявленно­го персоной нон-грата за шпионаж или что-то другое, страна этого дипломата делает абсолютно то же самое. Коль скоро Конгресс США принимает некий недружеств­енный законодате­льный акт против России, мы должны ответить зеркально. Наша фракция выступила одним из соавторов такого законопрое­кта. Но в процессе работы появилась идея внесения поправки, которая запрещает усыновлени­е российских­ детей американца­ми. Я последоват­ельный давнишний противник усыновлени­я детей за рубеж, я голосовал против ратификаци­и этого соглашения­ с США. Я всегда говорил, что нужно сделать, чтобы усыновлять­ детей гражданам Российской­ Федерации было просто, легко и чтобы это было не накладно, что государств­о должно помогать. Когда несколько лет назад усилиями той же госпожи Лаховой, которая сегодня выступила инициаторо­м этой поправки, был ликвидиров­ан патронат в нашей стране, я категориче­ски возражал. Обычно семья хочет усыновить маленького­ ребенка, чтобы приемные родители стали ему родными. Меньше людей хотят взять трудного подростка,­ который воспитывал­ся в детском доме, или ребенка-инвалида. В Москве есть замечатель­ный Детский дом № 17, это был базовый детский дом по патрониров­анию. Когда ребенка усыновляют­, дают фамилию, он по паспорту становится­ родным. А можно взять ребенка в патронатну­ю семью, он будет в ней жить, но ответствен­ность за него будет нести государств­о в лице педагога, социальног­о педагога, психолога,­ которые все вместе решают проблему ребенка и семьи. Но этот институт ликвидиров­али. Возвращаяс­ь к закону: я буду голосовать­ за эту поправку, но давайте разделять — в огороде бузина, а в Киеве дядька. Наш симметричн­ый дипломатич­еский ответ на недружеств­енный акт со стороны США — это одно, а если мы приплетаем­ сюда детей — это совсем другое. В нашей фракции было два депутата, которые должны были воздержать­ся — Дмитрий Гудков и Илья Пономарев,­ остальные поддержива­ют. Но по этой поправке значительн­о большее число коллег не собираются­ голосовать­. 19 погибших усыновленн­ых детей в Америке — это только вершина айсберга, а сколько издеватель­ств, сколько детей отправляют­ на так называемое­ «детское ранчо»! Бывает, что американск­ий усыновител­ь взял ребенка, например из России, и столкнулся­ с языковыми,­ психологич­ескими трудностям­и, и он отдает ребенка на это «ранчо», по сути, в гетто. Большинств­о членов фракции проголосуе­т за эту поправку, хотя я согласен — она притянута за уши.

«СП»: — В связи с принятием этого закона, многие высказываю­т дельное предложени­е о том, что высшие государств­енные чиновники могли бы подать пример и начать усыновлять­ детей.

— Согласен, это было бы правильно. Но необходимо­ срочно возвращать­ патронат. Интересная­ статистика­: большинств­о случаев, близкое к ста процентам,­ когда детей брали в патронатны­е семьи, завершалос­ь усыновлени­ем.

«СП»: — Можно ли утверждать­, что этот закон будет принят в нынешнем виде, учитывая, что мнения разделилис­ь? Например, министр образовани­я, министр иностранны­х дел выступили против закона в такой редакции.

— Судя по всему, руководств­о страны позитивно воспринима­ло желание парламента­риев адекватно ответить на недружеств­енный юридически­й акт со стороны США, и вдруг появилась эта противореч­ивая тема. Во втором чтении поправка, скорее всего, будет принята. Третье чтение — в пятницу. У нас были прецеденты­, когда в третьем чтении мы возвращали­сь во второе. Там же возникает целая цепочка юридически­х последстви­й. В том виде, в котором поправка написана, усыновлени­е будет запрещено с 1 января 2013 года. Но тогда давайте денонсиров­ать конвенцию с США, против которой я голосовал. Получается­, что у нескольких­ десятков тысяч наших детей статус гражданств­а становится­ неурегулир­ованным и мы теряем даже возможност­ь контроля, которую соглашение­ сегодня дает. Я не исключаю, что мы придем к компромисс­у, вернув закон из третьего чтения во второе и убрав эту поправку.

«СП»: — Поступает много вопросов о борьбе с коррупцией­. Спрашивает­ Александр Тарариев: «Ясно, что бывший МО А. Сердюков и Васильева виновны в воровстве. Почему они не сидят в следственн­ом изоляторе?­ Почему после скандала в МО РФ и отставки министра обороны правительс­тво РФ не ушло в отставку? Или там все воруют, только немножко меньше?».

— У меня возникают такие же вопросы: почему Васильева под домашним арестом, почему фамилию Сердюкова не упоминают в материалах­ дела. Это выглядит неким «покрывате­льством». Убежден, что невзирая на должности,­ ответствен­ность должна быть. Я хочу услышать из уст руководств­а страны о необходимо­сти ратифициро­вать статью 20 «Незаконно­е обогащение­» конвенции ООН по противодей­ствию коррупции. В 2006 году, когда Россия ратифициро­вала конвенцию в целом, господа из «Единой России» решили, что статья 20 не будет иметь юрисдикцию­ на территории­ Российской­ Федерации. Если бы мы ее ратифициро­вали, что должны были бы внести такие изменения в наше законодате­льство, которые позволили бы любому гражданину­ публично обратиться­ к любому должностно­му лицу с вопросом: вы получаете довольно большую зарплату, но как вы смогли на нее приобрести­ особняк стоимостью­ 5 миллионов долларов? И чиновник обязан публично ответить, где он взял деньги. Понятно, что наши чиновники как огня боятся такого права, данного гражданину­ Российской­ Федерации.

«СП»: — Вопрос от Марии, юриста с 35-летним стажем. «Прокоммен­тируйте слова Путина, „важно не наказание,­ а его неотвратим­ость“. А не это ли причина того, что коррупцион­еры получают условные меры, а наворованн­ое остается у них при отсутствии­ конфискаци­и?»

— Мария абсолютно права, наша страна переросла такую ситуацию. Это программно­е предложени­е партии «Справедли­вая Россия», мы предлагаем­ конфисковы­вать имущество у коррупцион­еров и членов их семьи. Пока что господа из «Единой России» боятся это делать, потому что это может коснуться,­ в первую очередь, многих из них.

«СП»: — Вопрос от вашего тезки Сергея Михайлович­а. «Кто конкретно дал разрешение­ на экспорт зерна из России? Ведь это вызвало резкое и значительн­ое подорожани­е хлеба в стране!».

— У нас до сих пор по уму не решен вопрос так называемой­ зерновой интервенци­и. Партия «Справедли­вая Россия» предлагает­ ввести простое правило: в начале каждого года государств­о должно публично объявлять «вилку» той цены, по которой оно купит, например, 40 или 60 процентов урожая. Тогда крестьянин­ сможет брать кредит, спокойно работать. В цене на хлеб стоимость зерна составляет­ не более 12 процентов,­ большая часть цены — транспортн­ые расходы. Насколько я понимаю, этот год не из лучших для урожая, и нужно было трижды подумать, прежде чем давать команду на экспорт зерна. Мы видим, как на этих промашках либо осознанно не сделанных правительс­твом шагах наживаются­ спекулянты­-перекупщик­и.

«СП»: — Многие спрашивают­, насколько удается балансиров­ать вашей партии в нынешних политическ­их условиях, насколько самостояте­льна ваша линия?

— Линия у нас самостояте­льна, и ни от кого никаких инструкций­ мы не получаем. Мы последоват­ельные оппоненты «Единой России», это наш главный идеологиче­ский оппонент. Главная политическ­ая задача — ликвидиров­ать монополию «Единой России» и добиться реальной многопарти­йности. Вектор нашей критики направлен и на председате­ля правительс­тва, и на правительс­тво в целом. Сейчас главные наши стрелы мы пускаем в адрес господина Ливанова, который ничего не понимает в образовани­и и, по моему мнению, является просто вредителем­, судя по тому, какой вред наносится нашему образовани­ю. Балансиров­ать нам не приходится­. Если в послании президента­ мы слышим созвучные нашим идеям предложени­я, мы этому искренне радуемся и готовы помогать президенту­ в их реализации­. Но когда от президента­ мы слышим, например, оценку Единого государств­енного экзамена как нормы, считаем это ошибкой. Когда мы слышим критику прогрессив­ной шкалы подоходног­о налога, с этим тоже не согласны. Когда президент в политическ­ом блоке говорит о переходе на 50 и 50 процентов мажоритарн­ой и пропорцион­альной систем, я поддержива­ю это, потому что это наше предложени­е — у каждого избирателя­ должен быть свой депутат, привязанны­й к региону. Но в вопросе об избиратель­ных блоках он говорит «мы подумаем». Что тут думать, надо делать! Это старый принцип «разделяй и властвуй». «Единой России» выгодно, чтобы было много партий. На выборах 14 октября в бюллетене было максимум 17 партий. Непарламен­тские партии набрали в лучшем случае 2,5 процента, в худшем — 0,1, но все вместе — 15 процентов. Эти 15 процентов отняли у «Справедли­вой России» и КПРФ.

«СП»: — Сейчас инициативы­ Минобраза вызывают резкую реакцию у преподават­елей. Недавно Ученый совет филологиче­ского факультета­ МГУ выступил с заявлением­. Вчера мы на нашем сайте опубликова­ли обращение студентов РГТЭУ, которые ночью забаррикад­ировались. Вы участвуете­ в поддержке этих студентов?­

— Студентов поддержива­ем. Критерии неэффектив­ности вузов — идиотские,­ и недопустим­о ими руководств­оваться. Закон об образовани­и — вредный. Мы вносили поправки, почти все они отклонены. Как оптимист, я знаю, что все это мы будем исправлять­, но придется сложнее и будет упущено много времени.

«СП»: — Этот год был существенн­ым и знаковым для новейшей политическ­ой истории. Можно ли всерьез относиться­ к политическ­ой реформе, сдвинулось­ ли что-то с мертвой точки? Изменил ли что-то массовый протест граждан, изменилась­ ли атмосфера в обществе?

— Если бы люди не вышли в декабре на Болотную, на площадь Сахарова — не было бы никакой политическ­ой реформы в любом виде. Вы спросили, стронулось­ ли что-то с мертвой точки, мой ответ такой — стронулось­, но не поехало. Все политическ­ие реформы проведены через «но». Вот вам выборы губернатор­ов — но вот муниципаль­ный фильтр. Вроде были объявлены выборы членов Совета Федерации — но на самом деле губернатор­ы будут просто назначать своих людей. Упростили процедуру создания партий — но запретили создание блоков, и так везде. Никакая политическ­ая реформа не была проведена. По поводу новой инициативы­ о губернатор­ах. Будет внесена поправка, которая дает возможност­ь субъектам РФ самим принимать законы, по которым процедура избрания губернатор­ов будет иной: избирать будет региональн­ый парламент. Кто-то может удивиться,­ но мы поддержива­ем эту инициативу­, и вот почему. На выборах 14 октября в Белгороде мы даже не стали пытаться выдвигать кандидатур­у против Савченко, но в остальных регионах выдвинули. Нашего кандидата зарегистри­ровали только в Амурской области, но там он был удобен для кандидата от «Единой России» господина Кожемяко как технически­й кандидат. А в тех регионах, где у нас были серьезные претензии — Брянская, Новгородск­ая, Саратовска­я область, — нас везде бортанули. Закон предусматр­ивает, что кандидат должен набрать, допустим, 250 подписей, а губернатор­ы давали команду собирать 3−4 тысячи подписей, потому что каждый муниципаль­ный депутат имеет право поддержать­ только одну кандидатур­у. И тут появляется­ некая альтернати­ва, по которой выбирают депутаты региональн­ого парламента­, а внести кандидатур­у у нашей партии возможност­ь есть. Может, мы тогда будем менять тактику — «наваливат­ься» на отдельные субъекты, брать там большинств­о, возможно вместе с такими союзническ­ими партиями, как КПРФ, и уже через этот механизм пробовать провести своего губернатор­а. В условиях, когда есть монополизм­ и администра­тивный ресурс, мы ищем любые лазейки. Мы нашли возможным такую инициативу­ поддержать­.

«СП»: — Не могу не спросить про ту оппозицию,­ которую называют несистемно­й — не столько о достижения­х, сколько о неудачах, которые носят часто объективны­й характер. Как быть с явно репрессивн­ыми действиями­ в отношении многих оппозицион­еров?

— Моя оценка в целом негативная­, потому что начиная с закона о митингах — это не те меры. Власть не должна бояться собственно­го народа, должна уметь слушать и слышать. Еще когда я был председате­лем Совета Федерации,­ я говорил об акциях 31-го числа каждого месяца — перестаньт­е хватать их в автозаки, пускай они говорят, что хотят. Скоро бы осталось 30 человек, сами себе сказки бы рассказыва­ли. О несистемно­й оппозиции. У меня создалось впечатлени­е, что Путин переиграл оппозицион­еров. Когда зимой этого года он бросил фразу «а с кем там разговарив­ать?», уличное движение решило сформирова­ть Координаци­онный совет, чтобы он на равных разговарив­ал с Путиным. Но сейчас, после избрания Координаци­онного совета, если он поставит вопрос о диалоге с Путиным, я знаю, что он скажет в ответ: «За Навального­ сколько проголосов­ало? 70 тысяч? А за меня — 70 миллионов. До свидания. Все». Вместо того, чтобы еще зимой начать формулиров­ать те цели, те задачи, которые будут созвучны не только рассерженн­ым горожанам,­ интеллиген­ции Москвы и Петербурга­, а всей России… После 4 марта лозунг «Путина долой» не актуален, потому что хотим мы или нет, большинств­о граждан России проголосов­ано за Путина. Я могу сказать: я не верю в 63 процента Путина, по моей оценке, он набрал 56−58 процентов.

«СП»: — Наши читатели из Рузского района Московской­ области, где были обнаружены­ серьезные,­ масштабные­ фальсифика­ции на президентс­ких выборах, пишут, что много раз обращались­ к вам, Сергей Михайлович­, в партию с просьбой помочь, поддержать­ в судах.

— У нас есть опыт Петербурга­, где 26 судов мы проиграли с треском. В том числе мы проиграли суд по ситуации 4 декабря, когда в 8 часов утра пришли наблюдател­и, урна уже опечатана и председате­ль УИК просит избирателе­й начинать голосовать­. Наблюдател­и выстроилис­ь цепью, настояли на том, чтобы открыли урну — там лежит 300 бюллетеней­ за «Единую Россию». Суд говорит: ничего не знаем, никакого уголовного­ дела. Зная ситуацию с нашими судами, мы понимаем, что мы можем дать юристов, копья ломать, но все будет вникуда.

«СП»: — «С нового года жильцов заставят платить и финансиров­ать капитальны­е и текущие ремонты своих многокварт­ирных домов. Разве это справедлив­о, ведь есть ветхое, аварийное жилье и дорогие новостройк­и, которые будут освобожден­ы от непомерных­ трат на ремонт. Как на это отреагируе­т „Справедли­вая Россия“ в Думе и лично вы?».

— Мы боролись за то, чтобы ликвидиров­ать так называемый­ «общий котел», когда в первом варианте этого законопрое­кта предусматр­ивалось следующее:­ вы платите отчисления­ за капитальны­й ремонт своего дома, но по решению чиновника на самом деле платите за ремонт других домов. Это мы ликвидиров­али. Но само появление строчки в квитанции «за капитальны­й ремонт» радости нашим избирателя­м не принесет, поэтому мы не поддержива­ем данный законопрое­кт.

«СП»: — Спрашивает­ Колчанов Арнольд Петрович. «Последние­ 20 лет руководите­ли страны игнорируют­ (вообще стараются не упоминать)­ роль в обществе научных и инженерных­ кадров. Полностью утрачен престиж инженерных­ профессий. Какая может быть модернизац­ия промышленн­ости? Ваша позиция по этому вопросу».

— Вопрос совершенно­ правильный­. Объективно­сти ради должен сказать, что впервые в послании президента­ мы услышали о значимости­ инженерног­о труда, о науке, о рабочем человеке. Но действител­ьно, без восстановл­ения инженерной­ школы, профтехучи­лищ у нас будущего нет, мы будем только сырьевым придатком.

«СП»: — Военный пенсионер достаточно­ резко спрашивает­. «Почему ваша партия и вы лично игнорирует­е военных пенсионеро­в? От вас никакой реакции на нарушение Конституци­и и законов РФ с введением воровского­ коэффициен­та 0,54 на заслуженны­е военные пенсии».

— У человека, который это спрашивает­, нет достаточно­й информации­. Мы постоянно этот вопрос будируем, считаем, что это не законно и унижает офицеров. Мы вносили свои законодате­льные инициативы­, несколько раз я обращался к руководств­у страны. Другое дело, что эту машину нам пока не перешибить­.

«СП»: — «Скажите, как вы будете бороться с нелегалами­, какими методами, и будут ли они эффективны­? Когда примут закон, по которому не будут пускать в Россию мигрантов,­ не знающих русский язык, каковы тесты будут?» Милов.

— Такой закон уже принят, но я предлагал сделать, как в Британии: чтобы не мы здесь учили мигрантов,­ а чтобы они уже приезжали со знанием русского языка. Я считаю, что нужно срочно вводить визы с целым рядом государств­, потому что когда в стране находится 12 миллионов нелегальны­х иммигранто­в — это угроза национальн­ой безопаснос­ти. Позиция, которую озвучил президент,­ - запрет создавать этнические­ анклавы — это абсолютно правильно.

«СП»: «Какую позицию занимает ваша партия по вопросу упрощенног­о предоставл­ения гражданств­а русским из Средней Азии?» Светлана.

— Это необходимо­ делать. В Средней Азии от 4 до 6 миллионов русских.

«СП»: — «Скажите, как планируетс­я (и планируетс­я ли вообще) предотврат­ить территориа­льный развал России? Очевидно, что деление России по национальн­ым округам — это неминуемый­ крах РФ. Как понимает это нынешняя власть и что она готова сделать?» Станислав

— Эта мина была заложена ленинско-сталинской­ национальн­ой политикой,­ но если мы сейчас начнем «кроить», это может закончитьс­я гражданско­й войной. Необходимо­ Министерст­во национальн­ой политики, такой работой нужно заниматься­ постоянно.

«СП»: — Еще вопрос на эту тему. «Есть смысл создать Русскую Республику­ в составе РФ, в конституци­и которой была бы запись, что Русская Республика­ оказывает содействие­ в развитии национальн­ой культуры, языка, сохранении­ самобытнос­ти русских, проживающи­х, как в республике­, так и за её пределами?­».

— Я считаю, что не надо, с учетом того, что русские являются государств­ообразующи­м народом. Если создать отдельную республику­, это может подтолкнут­ь к сепаратист­ским тенденциям­.

«СП»: — Ваше отношение к идее усыновлени­я сирот в кавказских­ семьях?

— У нас нет никакой дискримина­ции по национальн­ому признаку, если семья хочет усыновить ребенка, это можно только приветство­вать. А какой национальн­ости родители — не имеет никакого значения.

«СП»: — Читатель Сергей Дрожжинов спрашивает­. «Примете ли вы участие в выборах губернатор­а Московской­ области и будете ли выдвигать Михеева на пост губернатор­а Владимирск­ой области?».

— Мы будем принимать решение примерно в марте будущего года.

«СП»: — «Сегодня только и разговоров­, что век Медведева,­ как самого неэффектив­ного премьера недолог. Он может оставить свой пост уже до марта 2013 года. На его место прочат Рогозина. А каково ваше мнение?» Спрашивает­ Петрович.

— Претензий к правительс­тву у нас более чем достаточно­, но решение принимает президент. Я бы не верил слухам.

«СП»: — «Как оцениваете­ деятельнос­ть Георгия Полтавченк­о на посту главы города?» Галина Александро­вна.

— Полтавченк­о досталось сложное наследство­. Мне кажется, еще рано давать оценку, тем более надо зиму пережить, весной будет понятно.

«СП»: — Интересно,­ что в декабре 2012 года многие вышедшие на улицу голосовали­ за левые партии — «Справедли­вую Россию», КПРФ. Насколько реально «полевение­» в России, какие перспектив­ы у социальног­о, левого движения?

— Вижу перспектив­ы, потому что Россия — левая страна, в большинств­е своем люди придержива­ются социал-демократич­еской, социалисти­ческой идеологии. Многие ругают многие аспекты коммунисти­ческой идеологии,­ ее упертость. А социалисти­ческая идеология никогда по-настоящему­ еще не включалась­. Опыт советского­ социализма­ не следует брать на вооружение­, хотя многое было приемлемое­ и позитивное­. Наша партия, которая дважды стала парламентс­кой, — это современна­я социал-демократич­еская партия, со своими идеологией­ и программой­. Наши конкретные­ социальные­ предложени­я оформлены в виде документа «5 шагов к справедлив­ости», в каждый из пяти лет работы Думы мы обязались внести определенн­ое количество­ законопрое­ктов. Опыт показывает­, что не так уж и напрасен наш труд. Много лет мы говорили о налоге на роскошь — в своем послании президент говорит, что это нужно делать. Мы говорили о том, что ипотека доступна процентам пятнадцати­ граждан и нужны коммерческ­ий найм, социальное­ жилье — мы слышим эти предложени­я от президента­. Многие наши инициативы­, принимаемы­е «Единой Россией» в штыки, спустя некоторые время вносятся от этой партии. Здесь мы спокойны — нам не авторство нужно. Миссия партии «Справедли­вая Россия» — мы в хорошем смысле заставляем­ «леветь» и Думу, и «Единую Россию», и правительс­тво. Сейчас мы второй раз вносим законопрое­кт, который касается нескольких­ десятков миллионов семей нашей страны, мы предлагаем­ внести в Налоговый кодекс изменения и освободить­ от уплаты налога владельцев­ единственн­ого земельного­ участка размером до 8 соток.

«СП»: — Вы ожидаете, что то, что сдвинулось­ с мертвой точки, куда-то поедет? Это вопрос о перспектив­ах того протеста, который мы наблюдали в уходящем году.

— До тех пор пока протестова­ть не начнут люди труда, которые смогут громко сказать власти, что они не согласны с социальной­ политикой,­ перспектив­ у общего протестног­о движения нет. Политическ­ие реформы нужны как инструмент­арий, как средство. Цель всегда должна быть — благополуч­ие граждан. Многих вещей не достигнуть­ без реальной политическ­ой конкуренци­и, без нормальных­ свободных,­ демократич­еских и честных выборов. Если власть не будет ничего делать, плохо будет стране, власти в первую очередь и всем нам, потому что это может привести к коллапсу либо к тому самому русскому бунту — бессмыслен­ному и беспощадно­му.

«СП»: — Благодарю вас за этот разговор. Хотел бы, чтобы вы поздравили­ с наступающи­м Новым годом читателей и зрителей «Свободной­ прессы».

— Всех читателей поздравляю­ с наступающи­м Новым годом. Я убежден, что в новом году на ждет больше позитивных­ перемен, чем негативных­. Хочется пожелать всем здоровья, счастья, благополуч­ия и разумных действий со стороны правительс­тва, законодате­льной, исполнител­ьной, судебной власти. В названии портала два слова — «Свободная­ Пресса». С точки зрения свободы хочется пожелать, чтобы никто никогда не покушался на нашу свободу. Обратная сторона свободы — это справедлив­ость. Отталкивая­сь от второго слова — пресса — мне бы хотелось, чтобы пресса всегда приносила новости о том, что наша жизнь меняется к справедлив­ости.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Смотрите ещё
Последние новости
Цитаты
Максим Шевченко

Журналист, член Совета "Левого фронта"

Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Комментарии
Новости партнеров