Политика / Кризис на Украине

«Нормандский формат» все еще жив

Стоит ли ждать прорыва на предстоящей встрече лидеров России, Германии и Франции

  
6221
Президент России Владимир Путин, президент Франции Франсуа Олланд и канцлер Германии Ангела Меркель (слева направо)
Президент России Владимир Путин, президент Франции Франсуа Олланд и канцлер Германии Ангела Меркель (слева направо) (Фото: Михаил Метцель/ТАСС)

Президент России Владимир Путин, канцлер Германии Ангела Меркель и президент Франции Франсуа Олланд договорились провести встречу 2−5 сентября в Китае на полях G20. Об этом, как информирует официальный сайт Кремля, достигнуто соглашение в ходе телефонных переговоров.

Сообщается, что Путин, Меркель и Олланд обсудили украинский кризис, в частности, перспективу продолжения минского процесса на основе синхронизации политических шагов и соответствующих мер в сфере безопасности. Стороны сделали акцент на важности законодательного закрепления на регулярной основе особого статуса Донбасса, проведения реформы и амнистии, а также организации местных выборов. Все вышеперечисленные вопросы обязаны согласовываться в Контактной группе, где у властей Украины есть возможность вести открытый диалог с Донецком и Луганском.

Участники переговоров выразили обеспокоенность нестабильностью и ростом напряженности на линии соприкосновения в Донбассе, а также призвали строго соблюдать договоренность о прекращении огня и отводе тяжелых вооружений.

Кроме того, российский лидер напомнил Меркель и Олланду о грубейшей провокации со стороны Киева в начале августа, когда украинские диверсанты попытались прорваться на российский полуостров с целью совершения терактов. Президент РФ отметил, что склонность Киева к подобным силовым действиям лишь наносит ущерб минскому процессу и сотрудничеству в рамках «нормандского формата».

Предстоящую встречу уже прокомментировали в Донбассе.

Читайте по теме

«Встреча 4−5 сентября стран-гарантов Минских соглашений может ознаменоваться принятием кардинальных решений в отношении Украины, постоянно уклоняющейся от выполнения комплекса мер. Мы надеемся, что будет разработан ряд мер воздействия на киевские власти для принуждения их к миру», — говорит и.о. министра иностранных дел ДНР Наталья Никонорова .

— Я с большим скепсисом отношусь к возможностям повлиять на Киев через давление со стороны Берлина и Парижа, — говорит политолог Эдуард Попов — Вопросы, которые были обсуждены в ходе телефонных переговоров Владимира Путина с коллегами, по сути, лишь повторяют пункты Минских соглашений.

Киев пошел на их подписание в катастрофически сложной для себя ситуации. Но уже тогда Порошенко фактически открыто заявил, что не собирается выполнять договоренности. Будь иначе — он бы уже не был президентом Украины.

Украинский политолог Михаил Погребинский прокомментировал эту новость таким образом: у президента России Владимира Путина после диверсий Украины в Крыму появились де «моральные ресурсы» влиять на Берлин и Париж в целях оказания давления на Киев. О моральных ресурсах можно говорить, когда они признаются всеми сторонами диалога. Но есть ли это моральное единодушие в вопросе о диверсиях и сорванных терактах Украины в Крыму? Нет. Лучше всего об этом говорит официальное заявление французского МИД 10 августа, которое укладывается в простую фразу: призываем обе стороны соблюдать осторожность и проявлять сдержанность. В контексте данной ситуации это означает морально-политически уравнять агрессора и жертву.

Ни из Парижа, ни из Берлина не последовало осуждений террористических действий Киева. Поэтому что бы ни говорили друг другу участники «нормандской тройки» в Пекине Меркель и Олланд вряд ли произнесут слова моральной поддержки России и осуждения Украины. Максимум, на что можно рассчитывать — призыв к Киеву более ответственно выполнять Минские соглашения. Отмечу — очередной призыв.

«СП»: — Это будет новый «нормандский формат» минус Порошенко, с которым Путин не видит смысла разговаривать? А есть ли вообще смысл разговаривать с марионеткой США?

— Ни Берлин, ни Париж Киеву не указ. Вы правильно поставили вопрос: имеет ли смысл разговаривать с марионеткой США? Но Германия и Франция тоже связаны системой вассальных (пусть и не столь грубо откровенных) связей с США. То, как отреагировали эти страны (особенно Германия) на грубое оттеснение России от Олимпиады, о многом говорит.

Предстоящая встреча обладает потенциальным резонансом не как реальная возможность повлиять на политику Киева, а как элемент позиционной дипломатической борьбы. Не ждите никаких прорывных решений или заявлений из Пекина. Киев достаточно уверенно себя чувствует и позволяет нагло разговаривать с Москвой.

Полтора года после подписания «Минска-2» дали ему возможность очень серьезно усилить свою армию, и количественно, и качественно. Поэтому даже если бы в его адрес последовали какие-нибудь гневные заявления из европейских столиц (а именно Германия с Францией наряду с Польшей, я напомню, выступили гарантами договора лидеров Евромайдана с законным президентом Януковичем, договора, который фактически санкционировал переворот в Киеве), Порошенко может открыто их проигнорировать.

«СП»: — Что тогда делать Москве? Как выйти из этого замкнутого круга?

— На мой взгляд, нужно бросить все силы и возможности на доказательство террористической сущности киевского режима, который, как верно подчеркнул президент Владимир Путин, незаконно захватил власть в результате государственного переворота. «Минск-2» же был заключен с режимом пусть несимпатичным, но все же легитимным. Сказанное означает выстраивание параллельной системы международных связей по вопросу бывшей Украины. А Минские соглашения надо использовать не как инструмент давления на Киев (напротив, это инструмент сдерживания России), а как доказательство принципиальной невозможности договориться с незаконным преступным террористическим режимом.

— В рамках «нормандской четвёрки» Меркель и Олланд фактически выступали адвокатами Украины, теперь же их «подзащитный» отказался соблюдать выработанные совместно договорённости. Поэтому его временно исключили из переговоров. И задача принуждения Порошенко к миру, в прямом смысле слова, лежит на его «адвокатах», — считает политический аналитик международной мониторинговой организации CIS-EMO Станислав Бышок.

— Сейчас общее положение дел ухудшилось, к непрекращающимся обстрелам в районе линии соприкосновения в Донбассе добавилась неудачная попытка украинских спецслужб открыть «второй фронт» в российском Крыму. Теперь у российской стороны в рамках переговорного процесса, в трёхстороннем формате, есть определённое преимущество: она отказалась давать жёсткий ответ на действия диверсантов. Меркель и Олланд, безусловно, отдают себе в этом отчёт. Теперь они, будучи «адвокатами» Порошенко, в известном смысле являются должниками Путина.

«СП»: — Путин обсудил с ними «грубую провокацию украинской стороны», в ходе разговора он отметил, что склонность Киева к подобным силовым действиям наносит ущерб минскому процессу и сотрудничеству в рамках «нормандского формата». Но ведь Европа ранее дала понять, что для нее предоставленные Россией доказательства неубедительны. Какой смысл тогда разговаривать с «глухонемыми»?

— Сотрудничество с Европой для России является стратегически важным направлением вне зависимости от того, кто сейчас находится у власти в той или другой стране, идёт ли война на Украине или какое к России отношение в западной прессе. Встречи президента Путина с лидерами Германии и Франции — они не обязательно только про Донбасс, они — про поддержание отношений с Западом. Это, если угодно, обязанность руководителя страны, дело не всегда приятное и благодарное.

«СП»: — Некоторые украинские СМИ после заявления Путина о бессмысленности «нормандского формата» оказались встревожены изменением риторики в отношении украинских властей со стороны российского руководства. По их мнению, Москва вернулась на позицию, которую занимала на протяжении более трех месяцев после победы Евромайдана. Так ли это?

— Есть мнение, что главной ошибкой России в отношении постмайданной Украины было быстрое и безусловное признание Петра Порошенко законно избранным президентом страны. Очевидно, понимая накалённую внутриполитическую ситуацию на Украине и понимая, какие ещё персонажи могли занять президентское кресло, Москва решила, что бизнесмен Порошенко — меньшее из зол. Но логика событий оказалась сильнее прагматики Порошенко, который был вынужден вести страну антироссийским курсом.

Читайте по теме

Говорить о возможности ввода российских войск на территорию от Одессы до Харькова, о чём так много писали весной 2014 года, сейчас невозможно. Другое дело, что Москва может «включить Госдеп» и начать продвигать тезис о том, что Порошенко должен уйти, а в стране должно быть сформировано правительство национального единства. А что, чем Украина хуже Сирии?

«СП»: — Чего вы лично ожидаете от этой встречи?

— Тегерана, Ялты или Потсдама ждать от предстоящей встречи не приходится. Даже если предположить, что Меркель и Олланд, хотя бы негласно, примут аргументы Путина по Донбассу и Крыму, смогут ли они оказать на Порошенко большее влияние, чем Вашингтон? Президент Украины ведь тоже в известном смысле проводить многовекторную политику, только векторы эти — не Россия-Запад, а Брюссель-Вашингтон. А с точки зрения традиционной американской внешнеполитической доктрины, Порошенко делает всё правильно, препятствуя нормализации отношений России с Западной Европой. Американская поддержка Украине никак не завязана на мир в Донбассе.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня