18+
пятница, 30 сентября
Политика

Президент Таджикистана стал невыездным из-за угрозы военного переворота

Эмомали Рахмонов срочно отменил встречу с Дмитрием Медведевым. Испугался оставить кресло без присмотра

  
79

МИД Таджикистана распространил сообщение о том, что президент Эмомали Рахмонов не сможет встретиться 2 февраля с президентом России Дмитрием Медведевым и принять участие в саммитах ОДКБ и ЕврАзЭС, которые пройдут 4−5 февраля в Москве. Официальной причиной называется сложная ситуации в стране, вызванная энергетическим кризисом. О том, что стоит за недружественным демаршем Рахмонова в отношении России, корреспондент «СП» побеседовал с членом — корреспондентом Академии военных наук, руководителем Российского центра военного прогнозирования Анатолием Цыганком.

— О каком энергетическом кризисе может идти речь?

— Сейчас Таджикистан испытывает серьёзные проблемы с электроснабжением, в стране пришлось ввести лимит на потребление электроэнергии. Эту вынужденную меру таджикские власти объясняют прекращением транзита электроэнергии из Туркмении через территорию Узбекистана в конце 2008 года.

— И из-за этого стоит идти на такое обострение с Москвой?

— Конечно, все значительно сложнее и драматичней. Обострение энергетической проблемы вызвало всплеск политической напряженности. Это очень опасно. Нужно сказать, что не все вооруженные силы в республике контролируются президентом. В его отсутствие в данной ситуации вполне прогнозируемы попытки военного переворота.

— Вы не могли бы рассказать о раскладе сил?

— Армия Таджикистана невелика — всего 12 тысяч человек. В пограничных войсках — 1200 человек. Среди них немало бывших бойцов оппозиции. В МВД — 15 тысяч человек. Большую часть внутренних войск консультируют российские специалисты. По оценкам некоторых экспертов, в МВД преобладает поддержка не президента, а председателя верхней палаты. МЧС — около 2 500 человек — тоже не очень надежная опора президента. Во всяком случае, его создавал и долго руководил этой структурой лидер исламского движения Таджикистана. Есть в стране и нерегулярные вооруженные формирования — примерно 500 человек. Была попытка интегрировать их в армейские структуры, но она пока не реализована. Опасность ситуации в том, что даже после окончания гражданской войны командиры нерегулярных вооруженных формирований сохранили зоны своего влияния. Все это создает проблемы для Рахмонова, в том смысле, что в его отсутствие в республике могут начаться столкновения определенных сил.

— Это, конечно, важный аспект, но в заявлениях таджикской стороны можно заметить и нотки обиды на Россию. Насколько они адекватны?

— Действительно, во время недавнего визита президента РФ Дмитрия Медведева в Ташкент было заявлено, что Россия воздержится от участия в строительстве ГЭС в Центрально-Азиатском регионе, если на то не будет согласия соседних стран. Тем самым Москва фактически встала на сторону Ташкента, где опасаются, что гидроэлектростанции, необходимые для соседнего Таджикистана, оставят без воды узбекские земли. МИД Таджикистана даже выступил со специальной нотой, в которой выразил недоумение заявлением президента РФ. Но нынешний демарш совершенно неадекватен «провинности» Москвы. Рахмонов на него пошел, вероятно, потому, что он пытается сегодня усидеть на трех стульях — российском, американском и китайском. Нынешнее обострение с Москвой — попытка показать России, что ей еще придется побороться за Таджикистан. США уже используют таджикский аэродром для операции в Афганистане, китайцы недавно построили дорогу Душанбе-Ходжент. Дело в том, что Таджикистан и для США, и для Китая, а уж тем более для России имеет важнейшее стратегическое значение. США стремятся использовать его в боевых действиях в Афганистане, а в перспективе — для контроля и за Российскими территориями. То же устремление и у Китая.

— Нынешний резкий шаг Рахмонова против Москвы может быть для него губительным, слишком уж звонкую пощечину он влепил Медведеву. Не перестрался ли?

— Конечно, судьба Рахмонова во многом зависит от Москвы. Но она зависит и от США, и от Китая. Рахмонов вынужден играть. Но ведь и Москва играет с Рахмоновым, как говорится, на двух струнах. Официально поддерживает президента, но не чурается определенными отношениями с оппозицией. Это обычная практика. И та, и другая стороны стремятся быть готовыми к любому повороту событий. Но Россия не должна упустить Таджикистан из сферы своего влияния. При любом раскаладе.

— А чем для нас важен стратегически Таджикистан?

— Это первый рубеж борьбы с распространением из Афганистана наркотических средств. Кроме того, аэродромы, которые СССР построил в Таджикистане, позволяют контролировать радиус примерно 300−500 километров вокруг Афганистана. Если Таджикистан выйдет из ОДКБ или хотя бы ослабит свою деятельность там, это станет ударом не только по России, но и по ШОС, да и по всей Европе.


ВЗГЛЯД ИЗ ДУШАНБЕ

Муххамад Гоиб, политический обозреватель, Республика Таджикистан:

Россия начинает играть, но главное — не переиграть

Таджикистан — молодое независимое государство в Центральной Азии, которое пытается строить свою государственность. Нам сложно, тяжело, но возврата к прошлому нет.

Внешняя политика нашей страны на современном этапе определяется необходимостью решения стратегических задач — достижение энергетической независимости, вывод республики из транспортно-коммуникационного тупика и обеспечение продовольственной безопасности.

Центральным местом в этой политике является борьба с международным терроризмом, незаконным оборотом наркотиков и транснациональными преступными организациями.

Поэтому Таджикистан является активным игроком в антитеррористической операции в Афганистане, участвует в программе НАТО «Партнерство во имя мира». По поводу Афганистана хочу отметить, что и Россия, и все остальные страны региона активно помогают западным странам и США в этой акции.

Вместе с тем, Таджикистан — член СНГ, ОДКБ, ЕвразЭС. Причем не самый строптивый из членов этих постсоветских организаций. Также мы являемся членом ШОС. Участвуя во всех этих организациях, мы имеем свой интерес и учитываем интересы США, России и Китая.

За последнее время многое было написано о взаимоотношениях между Таджикистаном и Россией. Статьи имели разный уровень — от маразматических до серьезных аналитических.

Россия — крупный региональный игрок. Кто этого не понимает, тот не может серьезно анализировать региональные проблемы. Давайте поразмыслим над этой темой: что Россия имеет в Центральной Азии? Я не буду касаться экономических аспектов и недвижимости, используемой в мирных целях. Будем касаться только военно-политического аспекта.

В первую очередь Таджикистан. Здесь функционирует крупнейшая в регионе российская военная база, уникальный космический комплекс «Окно», активно используется местный военный аэродром, другая инфраструктура, работают военные советники и т. д. В целом все используется Россией безвозмездно — за большое спасибо.

В Узбекистане Россия не имеет военного присутствия.

В Туркмении Россия не имеет военного присутствия.

То есть, в Центральной Азии, с государствами, которые имеют границу с Афганистаном, Россия в военном отношении имеет контингент только в Таджикистане и авиабазу в Кыргызстане.

А Афганистан, всем понятно, что это сегодня — большая политика мирового значения.

Представим, что Россия ушла из Таджикистана. Тогда это государство лишится реально не только союзника, но и потеряет большую часть своего влияния на афганскую проблему.

Вспомним палестинскую проблему или Ирак. После развала СССР и потери союзников на Ближнем Востоке, мало кто всерьез воспринимает позицию России в отношении этого региона. Нет, конечно, прислушиваются, даже ведут какие-то переговоры с Россией, но делают по-своему, не учитывая российские интересы.

Так вот, после потери Таджикистана, позиция и участие России в Афганистане приобретает такой же абстрактный статус, как в отношении Палестины или Ирака. Тогда как США и Китай будут активизировать свою политику, укреплять свое присутствие в регионе.

Если в этом заключается стратегические планы Москвы в современной кризисной ситуации, то, Россия — вперед! Только вряд ли когда-нибудь Узбекистан или Туркменистан предоставят России такие возможности, которые она имеет в Таджикистане.

А что будет с Россией? Да ничего, будет развиваться, как и раньше, только если перефразировать великого комика А. Райкина «будет небольшой, но дефицит России в Центральной Азии». Этого хотят в России? Вряд ли.

Что будет с Таджикистаном? Я думаю тоже ничего страшного. Страны Прибалтики, Украина, Грузия — страны, которые нашли в себе возможности и союзников, которые помогают им развиваться. В конце концов, мир разнообразен и не так негативно настроен к Таджикистану, как некоторые наши стратегические партнеры.

Думаю, Таджикистан, обладая важным геополитическим положением в отношении Афганистана, без внимания не останется.


СМИ2
24СМИ
Цитаты
Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Андрей Манойло

Политолог

Комментарии
Новости партнеров
Первая полоса
Фото дня
СМИ2
Новости
24СМИ
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
Миртесен
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня
СП-ЮГ
СП-Поволжье