Политика

Медведев накажет чиновников за Беслан

Президент пообещал пересмотреть материалы следствия по одному из крупнейших в мире терактов

  
48

Президент Дмитрий Медведев пообещал, что материалы по бесланскому теракту будут «рассмотрены еще раз», а ответственные за безопасность чиновники могут быть наказаны. Глава государства сделал такое заявление после встречи с «Матерями Беслана».

Медведев говорил с председателем комитета Сусанной Дудиевой и ее коллегой Эльвирой Туаевой более часа, перед тем, как вылететь с официальным визитом в Италию. Они общались втроем. «Мы рассказали президенту о своем видении обстоятельств теракта, происшедшего 1−3 сентября 2004 года в Беслане», — рассказала Дудиева сотрудникам постпредства Северной Осетии при президенте. Дудиева утверждает, «что министерство внутренних дел РСО-Алания проигнорировало многочисленные указания и шифрограммы, поступавшие в течение всего августа 2004 года из МВД Российской Федерации». «В этих сообщениях шла речь об угрозе теракта по буденновскому сценарию — с массовым захватом заложников, и предписывалось принять упреждающие меры. Теракт в Беслане можно было предотвратить. Дмитрий Анатольевич в целом согласился с такой оценкой».

По словам бесланских матерей, Медведев согласился, что должностные лица должны отвечать за свои действия и что это предусмотрено законом. Он попросил Сусанну Дудиеву и Эльвиру Туаеву составить перечень вопросов, которые накопились у потерпевших к следствию, и пообещал рассмотреть их «как юрист». Правда, президент сразу же добавил, что пока «ничего конкретного» обещать не может. Кроме того, «Матери Беслана» попросили президента помочь пострадавшим в решении социальных вопросов — в получении квалифицированной медпомощи раненым и нового жилья. Медведев заявил, что «из этого кризиса нужно выходить», и «все социальные вопросы решаемы». На вопрос о возможном принятии закона о статусе жертв террористических актов президент так и не ответил, сделав «пометку в блокнот».

Найдет ли Медведев ответственных за Беслан, рассуждает адвокат Игорь Трунов.

«СП»: — Игорь Леонидович, почему Медведев встретился с «Матерями Беслана» именно сейчас?

— Это, действительно, выглядит странно: встреча не привязана к дате. Потом, почему Беслан, а не «Норд-Ост» или взрыв в «Домодедово»? Но, с другой стороны, проблемы везде одни — это системные проблемы. Именно поэтому они и были обращены к президенту.

«СП»: — О каких конкретно системных проблемах речь?

— Прежде всего — профилактика терроризма. Это не относится отдельно к Беслану или «Норд-Осту». Если посмотреть статистику терактов, мы увидим, что цифры не меняются из года в год. Это, как правило, один крупный теракт в год, плюс некоторое количество терактов среднего масштаба. Между тем, ежегодно финансирование контртеррористической деятельности увеличивается. В этом задействована вся правоохранительная система, все ведомственные силовые монстры. Все они работают против террора — а толку нет.

«СП»: — О чем это говорит?

— О том, что надо улучшить качество дырявой нормативной базы, либо отправить в отставку тех, кто последние годы несменяемо изображает из себя борцов с террором. В любом случае, это системный вопрос, а не вопрос отдельно взятого теракта. Беслан с этой точки зрения не уникален. Накануне практически всех крупных терактов у правоохранительных органов была информация, что эти теракты готовятся. Схема везде одна: профилактики ноль, а после теракта следствие выгораживает должностных лиц, и никогда никого не привлекает к ответственности.

«СП»: — Что, правда, по терактам никого из должностных лиц не привлекали?

— Единственный случай — взрывы в московском метро в 2004 году (6 февраля террористы взорвали вагон на перегоне «Автозаводская» — «Павелецкая», погибли 42 человека; 31 августа — подорвали бомбу у входа на станцию «Рижская», погибли 8 человек, — «СП»). Тогда на скамью подсудимых сел бывший сотрудник Минюста в чине старшего советника юстиции Мурат Шаваев (по армейскому рангу — полковник). Кстати, полковник работал явно не один, он ведь дорос до высокой должности. Но следствие проигнорировало наше требование выявить их и привлечь к ответственности.

Во всех остальных случаях должностные лица никогда не были фигурантами уголовных дел по терактам. Поиск виновных — это тоже вопрос системный. Найти виновных требуют не только матери Беслана, но и мировое сообщество. Сейчас в Европейском суде накопился определенный объем жалоб против РФ. Думаю, этот пул «выстрелит» одновременно. Там, кстати, будут и жалобы матерей Беслана.

«СП»: — Какое решение может принять Страсбург?

— В жалобах, опять же, видны системные нарушения международного законодательства. В том числе, в части защиты жертв терроризма. Здесь всплывает необходимость принятия Россией закона о статусе жертв теракта. Если мы возьмем размеры компенсаций, которые в разные годы РФ выплачивала пострадавшим от действий террористов, разброс получится огромный. Пострадавшие от взрывов домов в Москве в 1998-м получили по 5 тысяч рублей, пострадавшие в «Норд-Осте» — 100 тысяч, в Беслане — около 2 миллионов рублей. Как видите, компенсации назначаются в ручном режиме. Статус необходим, иначе государство ограничивается выплатой разовой подачки, и закрывает глаза на последующие проблемы, которых немало: воспитание сирот, преодоление социальной неустроенности, лечение…

«СП»: — Медведев что-то сделает в этой ситуации?

— К государству накопился блок системных вопросов, как в части противодействия терроризму, так и в плане работы с потерпевшими. Думаю, встреча Медведева с потерпевшими от одного из самых громких терактов в мире — это своеобразный спусковой крючок, сигнал к тому, чтобы принять меры: либо поменять неэффективную систему, либо неэффективных чиновников. И, конечно, решить вопрос статуса жертв терактов. Это вещь жизненно необходимая.

Другое мнение

Алексей Мухин, гендиректор Центра политической информации:

— Дмитрий Медведев является заложником своего либерального имиджа. Не встретиться с «Матерями Беслана» он не мог. Тем более, в последнее время он часто встречается с представителями различных социальных групп, и, похоже, втянулся в процесс. Другое дело — реализация мер, о которых просят бесланские матери.

Сегодня в числе установок верховной власти на первом месте находится бюджетная экономия. Любые законопроекты, которые предполагают увеличение госрасходов, проходят двойную-тройную проверку и, по возможности, заматываются. Высокие цены на нефть — это хорошо, но все понимают: чиновный госаппарат требует все больше и больше капиталовложений. Поэтому на удовлетворение нужд общественных организаций денег остается меньше.

Будут ли найдены виновные? Понятно, кого считают виновными «Матери Беслана» — спецслужбы и правоохранительные органы, которые пропустили теракт. Можно, конечно, разделить их негодование, но с наказанием виновных есть проблема. Общественные организации, которые защищали права пострадавших от теракта в Беслане, изначально приняли неверный тон в отношениях с властями, и были настроены весьма агрессивно. Это создало барьер между властью и населением, которое требовало как ритуальных извинений, так и вполне конкретных материальных компенсаций. В конечном итоге, власть сочла, что не надо реагировать на этот агрессивный тон — диалога не получилось.

Медведев, как наследник власти, которая и выстроила стену непонимания и неприятия, вынужден сейчас ситуацию разруливать. Он находится в непростом положении. С одной стороны президент, возможно, искренне хотел бы помочь жителям Беслана, с другой — у него существуют серьезные обязательства перед предшественником этого не делать. В этой ситуации Медведеву можно только посочувствовать.

Из досье «СП»

1 сентября 2004 года группа вооружённых людей в масках подъехала к зданию школы № 1 в Беслане на нескольких автомобилях и прямо со школьной линейки захватила в качестве заложников 1128 человек — детей и их родителей, — загнав их в спортзал школы.

Вооружение террористов составили не менее 20 автоматов Калашникова различной модификации, в том числе и с подствольными гранатометами, 2 ручных пулемета Калашникова (РПК — 74), 2 пулемета Калашникова модернизированных (ПКМ), 1 пулемет Калашникова танковый (ПКТ), 2 ручных противотанковых гранатомета (РПГ-7в) и гранатомёты «Муха». Кроме того, у террористов имелись взрывные устройства.

Террористы потребовали от властей освобождения боевиков, ранее задержанных по подозрению в участии в нападении на Ингушетию 21—22 июня 2004 года, и вывода российских войск из Чечни. Одновременно террористы пригрозили взорвать здание школы в случае штурма и убивать по 50 заложников за каждого ликвидированного террориста.

3 сентября, в 13:03—13:05, в здании школы раздались два взрыва, из школы стали выбегать заложники. После чего спецподразделения российской армии и ФСБ предприняли штурм.

В ходе спецоперации погибли 186 детей в возрасте от 1 до 17 лет, 17 учителей и сотрудников школы, 118 родственников и гостей, пришедших на школьную линейку. Понесли потери и силовики: в числе убитых оказались 10 бойцов спецназа ЦСН ФСБ, 2 сотрудника МЧС, 1 милиционер. Всего погибло 334 человека, ранили, по разным данным, от 500 до 700 человек.

По официальной версии, в ходе спецоперации были ликвидированы все террористы — 31 человек. Один террорист — Нурпаши Кулаев — был арестован и впоследствии приговорён к пожизненному заключению. 17 сентября 2004 года Шамиль Басаев публично взял на себя ответственность за теракт в Беслане.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Алексей Кротов

Почетный строитель города Москвы, член Союза архитекторов России

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Дмитрий Аграновский

Российский адвокат, политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня