18+
воскресенье, 11 декабря
Политика

Совместной ПРО Медведев загоняет Обаму в угол

Грозя американцам, российский президент рискует зарубить перспективную идею на корню

  
4

4 июля президент Дмитрий Медведев встретился в Сочи с участниками заседания совета Россия—НАТО, в частности, с генсеком альянса Андерсом Фогом Расмуссеном. Для начала стороны обсудили ситуацию в Ливии, — об этом заявил российский министр иностранных дел Сергей Лавров. Однако главная интрига встречи закулисная — обсуждение проблем создания совместной ПРО. Как заявил постпред РФ в НАТО Дмитрий Рогозин, Москва готова предъявить ультиматум: либо альянс создает совместную с РФ единую «секторальную» ПРО, либо Россия принимает ответные меры.

По словам постпреда, ответные меры будут состоять из трех элементов. Первый — форсированное создание системы воздушно-космической обороны (ВКО). Поручение создать к декабрю 2011 года такую систему Медведев обнародовал в прошлогоднем послании Федеральному собранию. Система ВКО объединит войска противовоздушной и противоракетной обороны, систему предупреждения о ракетном нападении и систему контроля космического пространства. По словам господина Рогозина, «ВКО мы будем ее создавать в любом случае. Вопрос в том, в какой форме будут создаваться войска ВКО. Если с НАТО удастся договориться, мы внесем в свою концепцию коррективы».

Созданием ВКО ответ России не ограничится. По словам Рогозина, мера номер два — развертывание на западных границах РФ ударной ракетной группировки. А чтобы этому процессу ничто не мешало, Москва готова пойти на меру номер три — выйти из недавно заключенного с США договора об ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ-3). «Возможность выхода из договора заложена в его текст, где указана прямая связь между стратегическими оборонительными и наступательными вооружениями, а также в принятом Госдумой законе о ратификации СНВ-3», — заявил постпред РФ.

Испугается ли НАТО наших угроз, рассуждает заместитель директора Института США и Канады РАН Виктор Кременюк.

«СП»: — Виктор Александрович, действительно мы способны зайти так далеко, как заявляет господин Рогозин?

— На мой взгляд, Дмитрий Рогозин берет на себя немного больше, чем следовало. Видимо, он собирается возвращаться с дипломатической службы в политику, и ему хочется сделать это, имея репутацию человека, который не убоялся Запада, и постоянно ему грозил. С другой стороны, вряд ли бы Рогозин рискнул взять на себя слишком много — за такими вещами следует наказание. Видимо, он уловил нетерпение Медведева, которому хотелось бы к моменту президентских выборов договориться о чем-то с Западом и с НАТО.

Медведев придает значение этим договоренностям. Он считает, они могли бы укрепить его имидж человека, который умеет договариваться с Западом — даже по такой сложной проблеме, как ПРО. Медведеву важно, чтобы решение проклюнулось. Однако, если говорить об экспертной оценке, торопиться не следует.

«СП»: — Почему же?

— Наше предложение создать совместную ПРО никто не отклонил. Ни Соединенные Штаты, ни НАТО не заявили, что все это ерунда. Напротив, они согласились с тем, что это серьезный вопрос, и надо искать подходящие решения. Решения, которые мы до сих пор предлагали — либо совместная система, либо секторальная ответственность — безусловно, нуждаются в серьезных проработках.

«СП»: — Как вы себе это представляете?

— Проработки должны идти по линии общих договоренностей, когда наши отношения с НАТО и США будут приближаться к уровню почти союзнических. Это возможно на базе совместных действий в Афганистане, совместной позиции по Ирану. Если будет сформирована сумма общих интересов и общих действий, можно говорить, что наши отношения со Штатами и НАТО выходят на почти союзнический уровень. Тогда и вопросы совместных действий в области ПРО будут выглядеть логичными и подкрепленными политическим контекстом.

Нынешняя суета, угрозы, что мы в случае чего сделаем то-то, ни к чему. Что экстраординарного говорит Рогозин? Что мы создам систему воздушно-космической обороны? Об этом все знают. Что она будет направлена против источников опасности, которые беспокоят Запад? Ну и что? Если мы не договоримся — у нас будут собственные средства воздействия на эти источники, и только.

Опасно то, что при этом возникает язык, абсолютно неприемлемый для решения стратегических задач. Это язык политиканствующих элементов, и он вызывает чувство разочарования. Он ставит под сомнение, стоит ли вообще с Россией заключать какие-то серьезные договоренности. К сожалению, из-за конъюнктурных политических соображений может быть зарублена перспективная идея — совместная защита России и Запада против опасности террористических пусков. А ведь эта опасность может появиться не сегодня-завтра.

«СП»: — Вы считаете, в какой-то «меры» Рогозина могут воплотиться в жизнь?

— Да — если политики не найдут правильных решений. Хотя я все же считаю, что Медведев, в отличие от Рогозина, человек более сдержанный, аккуратный и систематический. Он понимает, что в таких вещах — хотя они очень важны лично для него, для его перспектив на очередное президентство — спешить нельзя. Надо проанализировать возможности, и выходить с конкретными решениями не на Расмуссена, который фигура приходящая, а непосредственно на Барака Обаму.

Люди типа Рогозина, исходя из собственных интересов, способны придать ненужную остроту обсуждаемой проблеме. Это лишь усилит сомнения Запада, стоит ли вообще с нами договариваться. Не стоит забывать, что у Запада есть все возможности без нас решить проблему ПРО. США смогут разместить свои объекты в Европе там, где сочтут нужным, и обеспечить защиту этого «третьего» театра военных действий, а мы при этом окажемся сбоку.

«СП»: — Получается, Штаты не нуждаются в участии России, наши предложения по ПРО реальной ценности не имеют?

— Имеют, особенно для Обамы. Как вы видите, Барак Обама резко снижает профиль Америки в операциях по обеспечению безопасности. Об этом говорит начавшийся вывод американских войск из Афганистана, вывод боевых частей из Ирака, нежелание посылать слишком много войск в Ливию. У Обамы сохраняется курс: привлекать к решению общих проблем безопасности как можно больше других стран — союзных и несоюзных.

Россия в этом смысле имеет большое значение — для Афганистана, Ближнего Востока, Европы. Ее НАДО привлекать. Но, понимаете, если Обама утратит при этом контроль над ритмом движения, он может попасть в сложную ситуацию. Республиканская партия в Конгрессе тут же начнет обвинять Обаму, что он сливает позиции, идет слишком далеко навстречу Медведеву. Вот этого Обаме не надо. Ему надо проявить твердость и конструктивность, — скажем, переговорить с Медведевыми хотя бы по телефону и сказать: «Мы идем в правильном направлении, но не подталкивайте меня к непродуманным шагам». Если же мы начнем загонять Обаму в угол — он продемонстрирует твердость: мол, пошли вы к чертовой матери. Это тоже вполне возможно.

Другое мнение

Евгений Минченко, директор Института международной политической экспертизы:

— Ситуация вокруг ПРО имеет две стороны: объективную и субъективную. Первая связана с тем, что, действительно, новая система может создавать угрозы для безопасности России. Кроме того, факт, что американские партнеры скачала заявляли об отказе от планов по размещению элементов ПРО в Европе, а потом начали их форсировать, создает сложности. Словом, отвечать в данной ситуации необходимо.

Вторая составляющая — субъективная — связана с приближающимися выборами в России. Это значит, надо мобилизовать электорат, — в том числе, с помощью образа врага. Внутри страны такой образ создать сложно: было бы странно, если бы, допустим, «Народный фронт» начал всерьез бороться с бюрократией. Внешний враг удобнее, и американская ПРО тут как нельзя кстати.

Что касается результата нынешней встречи Медведев-Расмуссен — он будет нулевым. Стороны обменяются мнениями, но каждая останется при своем.

На фото: Президент РФ Дмитрий Медведев с Генеральным секретарём НАТО Андерсом Фогом Расмуссеном.

Популярное в сети
Цитаты
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня