18+
понедельник, 5 декабря
Политика

Кризис Совбеза

На фоне «Арабской весны» все больше стран выступает с инициативой проведения реформы ООН

  
273

На днях председатель Генеральной ассамблеи ООН катарец Нассир Абдулазиз аль-Насер в интервью британской The Independent заявил, что Организация объединенных наций и Совет Безопасности ООН в современном виде не соответствуют требованиям времени: «Нам нужны очень эффективная ООН и очень эффективный Совет Безопасности. Если эта система не делает того, что должна делать, значит, нам надо искать другую систему». Он также заявил, что «мир изменился и ООН также должна реформироваться, чтобы справляться с сегодняшними проблемами». При этом катарский дипломат открыто подчеркнул, что крайне разочарован Россией и Китаем, которые дважды применяли вето в отношении резолюций Совета Безопасности ООН по Сирии.

Позиция Катара по сирийскому вопросу известна. В субботу, 10 марта, министр иностранных дел Катара шейх Хамад бен Джасем Аль Тани заявил, что «Пришло время претворить в жизнь идею отправки в Сирию арабских и международных войск» и признать Сирийский национальный совет законным представителем народа страны. Вполне возможно, что временно председательствуя во главе Генеральной ассамблеи ООН, катарский посол просто пытается пролоббировать интересы своей страны с высокой трибуны. Тем не менее, привлекает внимание тот факт, что вопрос реформы ООН в целом и Совета Безопасности в частности является одним из самых болезненных и «долгоиграющих» в международных отношениях. Так, за первые четыре дня работы 65-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в 2010 году более 70 руководителей государств заявили о необходимости реформирования Совбеза. Среди них: Германия, Иран, Мексика, Бразилия, Россия, Индия, Япония и другие. В основном все предлагаемые «реформы» сводятся к утверждению о необходимости увеличения числа постоянных членов Совета Безопасности, обладающих правом вето при принятии тех или иных решений. Однако с приходом «Арабской весны» и остановке ее движения в случае с Сирией стали звучать заявления и о необходимости реформирования самой процедуры принятия решений — «чтобы отдельные страны не могли злоупотреблять правом вето».

Дело в том, что в сегодняшней системе международных отношений Совет Безопасности ООН занимает высшую ступень. Он обладает наибольшими полномочиями и властью, его решения являются обязательными к исполнению для всех государств планеты. В случае их нарушения Совбез в праве ввести против них международные санкции или разрешить проведение силовой операции (читай — «начать войну»). При этом все иные органы ООН могут выносить лишь рекомендательные решения, необязательные к исполнению.

На сегодняшний день в состав Совета входят 15 государств-членов, но из них только пять постоянных (Великобритания, Китай, Россия, США, Франция) и десять, избираемых Генеральной Ассамблеей ООН на двухлетний срок. Постоянные члены Совбеза ООН обладают «правом вето», позволяющим заблокировать принятие любого решения. Именно поэтому сегодня все чаще звучат призывы расширить число постоянных членов Совета или изменить процедуру принятия решений, ограничив их власть.

Мы попросили прокомментировать последнее высказывание председателя Генеральной ассамблеи ООН посла Российской Федерации в Дании в 2003—2007 гг., ведущего научного сотрудника Института актуальных международных проблем Дмитрия Рюрикова:

— Мне кажется, что это высказывание главы Генассамблеи и одновременно представителя государства Катар на самом деле преследует совершенно определенные цели — это легитимизация иностранного военного вмешательства в Сирию. Катар — это государство, которое открыто заявляет о своей готовности поддержки так называемой оппозиции в Сирии, поэтому оно использует свое временное председательство на Генассамблее ООН с тем, чтобы попытаться что-то сделать в этом плане, обеспечить какую-то поддержку. Да, Генеральная Ассамблея ООН склоняется к позиции, согласно которой возможно, а то и необходимо вмешательство в дела суверенного государства Сирия. Но мы знаем, что нынешняя ситуация в этой стране порождена во многом именно иностранным вмешательством в дела существующего правительства.

А председатель Генассамблеи пытается представить дело таким образом, что весь мир поддерживает вмешательство в Сирию, но оно не может состояться легитимно из-за позиции России и Китая. То есть, он пытается санкционировать применение силы во внутреннем вооруженном конфликте за одну из сторон. Это только увеличит число жертв и фактически будет противоречить целям ООН — сохранению мира и безопасности, обеспечению развития стран. А представьте себе, что будет в Сирии, если состоится иностранное вмешательство, которое во всех отношениях отбросит страну назад и приведет к беспрецедентному росту жертв конфликта внутри страны. Сегодня, когда мы слышим, как разные страны говорят о реформировании ООН, каждая из сторон подразумевает что-то свое и зачастую противоположное позиции других государств.

«СП»: — Но вопрос реформирования ООН и Совета Безопасности сегодня действительно актуален?

— Изменение ООН — это общепризнанная позиция, весь вопрос лишь в том, как она должна изменяться. Россия также поддерживает этот тезис, но для этого должен быть консенсус относительно критериев изменения. Я думаю, что пока в мире очень сильна ложь, дезинформация и корыстные интересы отдельных государств, которые очевидно направлены на установление контроля над какими-то стратегически важными территориями (что приводит к вооруженным конфликтам, смене режимов и т. д.), менять структуру ООН едва ли целесообразно, потому что в итоге это будет противоречить ее целям.

Конкретные предложения о том, как именно следует реформировать ООН, высказывает президент Академии геополитических проблем генерал-полковник Леонид Ивашов:

— Позиция нашей Академии и моя лично уже несколько лет состоит в том, что Организацию Объединенных Наций нужно кардинально реформировать. Совет Безопасности — это важнейший орган ООН, но мы видим, что та модель, которая сложилась после Второй мировой войны, и по составу постоянных членов, и по порядку и правилам принятия решений уже не отвечает духу сегодняшнего дня. Поэтому с учетом тех изменений, которые сегодня происходят в мире, мы предлагаем ввести в качестве постоянных членов в состав Совета Безопасности представителей мировых культур и цивилизаций и регионально-цивилизационных объединений. В Совбезе должна быть представлена одна из стран Северной Америки (Канада, США, Мексика), объединенная Европа, СНГ, Китай и Индия. Кроме того, по одной стране должны представлять исламский мир, Африканский союз, Латинскую Америку и группу азиатских стран.

Такой состав отвечал бы нынешним реалиям в мировом раскладе сил, и, конечно, он был бы более сбалансированным и принимал объективные решения. А в нынешней ситуации доминирует Западный мир: три из пяти постоянных членов — это западные страны, что является нонсенсом.

«СП»: — Нужны ли другие реформы Совета Безопасности ООН, кроме увеличения числа его постоянных членов?

— Да, нужно менять порядок принятия решений. Может быть, нужно перейти к формуле, что если резолюция получает две трети голосов, она объявляется принятой.

Нужно повысить роль и функции Военно-штабного комитета ООН с главной функцией в виде анализа мировой ситуации, выявления зарождающихся угроз и конфликтов и их предотвращения.

Сегодня роль государств как субъектов международной безопасности в мировой политике в мире падает, и мы видим, что на первый план выходят регионально-цивилизационные объединения, и не учитывать это нельзя. Другое дело, что каждый сегодня преследует свои интересы. Те же американцы сегодня ставят в арабском мире своих представителей, которые теперь будут отстаивать интересы США. А России нечего на кого-то обижаться — она должна предлагать свои проекты.

О сложностях, стоящих на пути реформы ООН, и том, как это влияет на нашу страну, рассказывает главный редактор издания «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов:

— О том, что ООН и, прежде всего, Совет Безопасности нуждаются в реформировании, говорят очень давно. Главный аргумент в пользу этого — огромные изменения в мире, произошедшии после окончания Второй мировой войны. По сути, ООН создавалось для того, чтобы защищать интересы держав-победительниц. Прошло уже больше 60 лет, и это действительно странно, что Германия и Япония — две ведущие экономические и политические страны — не являются членами Совбеза по той причине, что тогда они были агрессорами и побежденными державами.

«СП»: — Тогда в чем препятствие?

— Разговаривать о необходимости реформы Совбеза можно очень много, но никакой реформы не будет, потому что страны, которые имеют привилегии, а это 5 постоянных членов, обладающих правом вето, никогда от этих привилегий не откажутся. Что бы они ни говорили, они всегда будут находить причины, по которым расширение Совета Безопасности и наделение других стран правом вето невозможно. Без согласия этих стран в ООН ничего изменить нельзя, в результате все разговоры про реформу так никогда ничем и не заканчиваются. Даже если бы было достигнуто соглашение, что Совбез по составу должен быть другим, сразу возникает вопрос «А каким?». Потому что тот состав постоянных членов, который имеется сегодня, по крайней мере отражает давнюю, но очень понятную схему. Сейчас непонятно каковы критерии того, почему те или иные страны должны входить в Совбез: по географическому принципу, по размеру их экономики, политическому весу и т. д. Грубо говоря, пока нет войны, которая бы закончилась каким-то результатом и показала новую расстановку сил, невозможно никоим образом его реформировать.

«СП»: — На ваш взгляд, каковы должны быть эти критерии?

— Считается, что есть еще 4 страны, которые имеют право на постоянное членство в Совете Безопасности: Германия, Япония, Бразилия, Индия. И вроде бы, да: они крупные, важные, экономические развитые, влиятельные и т. д., но все равно возникает вопрос, а почему именно они? Почему вообще от Европы должен быть еще какая-то страна, если в Совбезе их и так две из пяти (если исключить Россию) притом, что роль Европы в мире падает? Почему от Латинской Америки должна быть представлена именно Бразилия, а не Аргентина или Мексика? Это бесконечный спор, и никаких критериев, которые бы всех удовлетворили, придумать невозможно. Если бы у нас, не дай Бог, случилась Третья мировая война, то по итогам этой войны победители сформировали бы новый международный орган власти. И тогда ни у кого бы не было вопросов: они победили — они формируют, как это было в 45-м году, а без этого, к сожалению, ничего не получится.

«СП»: — Нынешнее положение дел, status quo на протяжении 70 лет, России выгодно?

— Безусловно, выгодно, потому что Россия обладает привилегией, т.е. правом вето, которое она, если бы Совбез ООН был реформирован, вероятно, все же не утратила бы, но его приобрели бы другие, и эксклюзивность нынешних пяти стран сильно бы снизилась. Россия сегодня обладает всеми правами и возможностями, которые в середине XX века имел Советский Союза, а это, конечно, была гораздо более мощная мировая держава, чем мы сегодня.

«СП»: — Сегодня самые разные страны критикуют нынешнее устройство Совбеза: это и Иран, и Россия, и Катар совместно с западными странами. Вот только и те, и другие критикуют Совбез с совершенно разных позиций, которые взаимоисключают друг друга. Как здесь быть?

—  Есть схема — они объективно устарела, но никакой другой не может быть, потому что нет оснований, по которым ее можно было бы изменить, поэтому одни говорят о засилье Запада в Совете Безопасности, другие наоборот — о том, что Россия и Китай злоупотребляют правом вето, третьи — еще что-то. Но это все бесплодные разговоры — структура есть, и изменить ее невозможно по названным выше причинам.

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня