18+
четверг, 8 декабря
Политика

Потасовка или подтасовка?

Активисту КПРФ грозит срок по сфальсифицированному обвинению

  
56

На днях возле здания Следственного комитета России прошёл пикет против политических репрессий и запугивания уголовными делами активистов оппозиции. Около ста человек, среди которых было 6 депутатов Госдумы от КПРФ, говорилось в пресс-релизе, «пришли поддержать активиста и оппозиционера Павла Тарасова, уголовное дело на которого сфабриковали следственные органы».

«Мы обеспокоены ситуацией, которая сложилась в Москве, в частности, обеспокоены теми мерами, которые сейчас принимает власть против нашего актива. Нас достали. Нас достал случай, который произошел с нашим товарищем Тарасовым Павлом Михайловичем, который в день голосования, 4 декабря, пришел на участок голосования, будучи действующим депутатом местного самоуправления и попытался проверить урну на отсутствие там бюллетеней до начала голосования», — сказал на пикете депутат Государственной Думы, член Президиума, Секретарь ЦК КПРФ, первый секретарь МГК КПРФ Валерий Рашкин.

Павел Тарасов член Центрального комитета Компартии России. 9 мая этого года фотографии Павла, разгуливающего по Москве с муляжом автомата Калашников, разместили сотни сайтов. Как пояснил сам оппозиционер, таким образом он хотел проверить бдительность полицейских. Несмотря на то, что автомат один в один походил на оригинал, ни один страж закона так и не подошёл к Тарасову, проверить, не является ли оружие настоящим. «Я хотел показать, что полицейские вместо того, чтобы поддерживать порядок и заботиться о безопасности граждан, гоняются за оппозиционерами, которые протестуют против нарушения их гражданских прав», — объяснил Тарасов свой поступок журналистам.

Несмотря на свою молодость, а Павлу Тарасову еще нет тридцати, он уже дважды избирался депутатом муниципального собрания в районе «Лефортово». На парламентских выборах в декабре прошлого года, будучи кандидатом в депутаты, Тарасов пытался отслеживать нарушения в районе «Лефортово», за что и поплатился.

Так что же произошло на участке 1347 адресу: Москва, Энергетический проезд, дом 3А 4 декабря 2011 года?

Вот как рассказал «СП» о тех событиях сам Павел Тарасов, который ныне находится под подпиской о невыезде.

— Как зарегистрированный кандидат в депутаты Госдумы я имел право доступа на избирательные участки. В том числе до открытия и после закрытия. По ряду участков в «Лефортово» у нас уже были вопросы с прошлых выборов. Поэтому ещё до начала голосования я и другие наблюдатели от КПРФ в районе поставили задачу проследить за тем, как опечатываются урны (чтобы не было вбросов), и как заполняются книги с данными избирателей. От этого сильно зависит блокирование возможностей всех нарушений. Ведь именно с утра, когда нет ещё «ненужных свидетелей» в лице избирателей, проще всего совершить все «корректировки» результатов.

Около половины восьмого утра наши наблюдатели пришли на участки в «Лефортово». При этом примерно на треть участков их не допустили, — чтоб не видели лишнего. Мне поступило несколько звонков от наблюдателей, которых не пустили на порог, и я решил поехать в УИК 1347.

«СП»: — Почему именно туда?

— Дело в том, что это очень специфический участок, туда всё время водят голосовать воинскую часть, за счёт чего там всегда большое число проголосовавших и нужный власти результат.

Мы не раз именно на этом участке фиксировали нарушения на выборах. Когда мы обнаружили, что двери в помещение УИК заперты, стали стучать в двери и окна — реакции никакой. Минут пятнадцать пытались попасть на участок. В конце концов, впустили только меня. Наблюдателей с правом совещательного голоса так и не пустили до открытия участка.

«СП»: — Что произошло, после того, как вы проникли в «святая святых»?

— В дверях меня встретил председатель УИК Торяник Андрей Валентинович. Он же, к слову, директор ДЕЗа. Торяник категорически отказал мне в том, чтобы я мог наблюдать за ходом подготовки к открытию участка. Он держал меня на проходе, несмотря на то, что я предъявил ему удостоверение кандидата в депутаты и паспорт. За его спиной я увидел, что избирательные урны без четверти 8 уже были опечатаны.

В то время, как по закону положено опечатывать их в 8 утра в присутствии всех членов УИК, наблюдателей и журналистов.

Я решил посмотреть хотя бы в прорезь, есть ли что-то внутри урн, чтобы понять: был ли совершён вброс поддельных бюллетеней или просто произошла техническая накладка. Как только я попытался подойти к урнам, Торяник стал оттаскивать меня в другую сторону. Кто-то сзади подбежал к нему на помощь. Потом выяснилось, что это был член территориальной избирательной комиссии Гришин. Он повалил меня на пол и с заломленной рукой держал до тех пор, пока подъехала полиция.

«СП»: — Что произошло после того, как вас отпустили?

— Я написал заявление по поводу этого инцидента. У меня есть правило — если замечено нарушение на выборах, его надо документировать. Чтобы потом Чуров не говорил, мол, жалоб не было, значит выборы прошли «по-честному». Я надеялся, что по итогам моего заявления какое-то, пусть формальное наказание членам комиссии 1347 будет вынесено. Кому-нибудь сделают «нестрогий выбор», пожурят.

Каково же было моё удивление, когда в итоге виноватым объявили меня, и возбудили уголовное дело по статье 116 уголовного кодекса России «Побои», часть первая. Дескать, я нанёс два удара головой Гришину. Причём, по всей видимости, специально ожидали, когда после публикации результатов выборов 10 декабря истёк мой статус кандидата в депутаты, чтобы легче было возбудить уголовное дело.

«СП»: — Для чего, по вашему, понадобилось заводить уголовное дело на вас, раздувать скандал?

— Их задача на тот момент была — выбить команду независимых наблюдателей, которая сформировалась в ходе парламентских выборов, не давала им воровать голоса избирателей. Надеялись, что помешают мне на мартовских выборах президента отслеживать нарушения. Их сильно напрягало, что я — депутат муниципального собрания и многие «секреты» знаю изнутри. Помешать мне не удалось, но настроение — отыграться и отомстить, судя, по всему сохраняется.

Следователь работает на отработку задач сверху. Даже ещё не будучи в курсе фактуры дела, он пообещал мне, что «доведёт его до конца», не даст развалиться. Мне приходилось читать показания свидетелей по делу: даже те, члены УИКа, кто наблюдали своими глазами потасовку не подтверждают, что я кого-то бил. Единственные, кто показывают, что я «причинил физическую боль» (цитата из «Постановления о возбуждении уголовного дела») это как раз «пострадавшие» — Торяник с Гришиным.

«СП»: — Но для того, чтобы возбудить против вас уголовное дело нужны были серьёзные «задокументированные» побои…

— Гришин, конечно, без труда снял, побои по результатам медобследования. Объяснение этому факту найти легко: на другом участке района мы поймали за руку, со стопкой бюллетеней, председателя ещё одной УИК. На участок приезжала депутат Мосгордумы Людмила Стебенкова, требуя, чтоб мы отдали эти 44 бюллетеня за «Единую Россию». При этом угрожала, что меня посадит. Стебенкова, напомню, курирует столичную медицину, полагаю, что она могла договориться с «нужными» врачами.

Вообще, ожидать объективности от нашей судебной системы не приходится. Ведь, если вернуться к выборам 4 декабря, нарушения в «Лефортово» были налицо. От наших наблюдателей поступило 10 жалоб в вышестоящие комиссии. Однако реакции — никакой. Мало того, фальсификаторы даже не смогли как следует выполнить то, что от них требовала власть. В протоколе с УИК 1347 были указаны одни данные, а в системе ГАС-выборы — уже другие. Член УИКа 1347 от КПРФ Евсеев абсолютно уверен, что подпись в протоколе, который пошёл в ГАС-выборы, подделана. Мы подавали ходатайство в суд, чтобы за свой счёт провести экспертизу. Однако нам без всяких объяснений отказали.

Отказав в возбуждении уголовного дела по жалобе Павла Тарасова, Следственный комитет сослался на показания свидетелей. Таким образом, у нас появилась возможность ознакомиться с ними в Постановлении СК на эту тему. Что характерно, большинство свидетелей старались давать «расплывчатые» показания, из которых трудно было понять, что же произошло на самом деле. Видимо, часть членов УИК 1347 действительно что-то недоглядела, а у других не хватило духу рассказать правду.

Вот, например, выдержки из показаний члена УИК 1347 Матвеевой С.В. «…Ближе к открытию избирательного участка она услышала грохот, доносящийся со стороны основного входа — через который заходила она… Спустившись в помещение УИК, она заметила мужчину, который, находясь на улице, стучал в окна избирательного участка и грозился их разбить в случае, если его не пустят на избирательный участок. Одновременно с этим, данному мужчине через стекло пытались как жестами рук, так и словами объяснить, чтобы он прошел к входу на избирательный участок, а не стучал в стекла. Практически сразу в помещение вбежал молодой человек, который громко кричал и возражал против того, что без его участия были опечатаны урны, требовал их снова вскрыть и при нем повторно опечатать, при этом, не показывал никаких документов, хотя этого от него требовал Торяник. Данный молодой человек рвался к избирательным ящикам, но путь к ним преградил Торянник Л.В. и еще несколько человек. Она на тот момент сидела спиной к данным лицам и отвлеклась, после чего, обернувшись, увидела в указанном месте члена ТИК Гришина, которому помогали встать с пола, а сам он держался за голову. В это время в помещении УИК № 1347 уже находились избиратели. Драки она не видела. Каким образом ситуация разрешилась, ей не известно…»

То есть то, что Тарасов не показывал никаких документов Матвеева «заметила», а вот на такую мелочь, как возникшая потасовка решила не обращать внимания, демонстративно повернувшись к конфликтующим спиной.

Ещё один образчик избирательной наблюдательности продемонстрировала в своих показаниях другой член УИК 1347 Скалина Т. Н.: «…в помещение избирательного участка вбежал молодой человек, который громко кричал и возражал, что без его участия были опечатаны урны для голосования, требовал их снова вскрыть и при нем повторно опечатать, при этом не показывал никакого документа, хотя это от него требовал Торяник. Вид у этого мужчины был невменяемого человека, судя по его поведению, он производил впечатление психически неуравновешенного человека. Данный молодой человек рвался к избирательным ящикам, но путь к ним преградили Торяник А.В. и еще несколько человек. Молодой человек все равно пытался обойти их, его целью было подойти к избирательным урнам. Затем она отвлеклась, а когда снова обратила внимание на происходящее, то увидела, что член территориальной избирательной комиссии Гришин, прижал к полу того разъяренного молодого человека. Никакой драки она не видела. Через какое-то время она заметила, что Гришин держался руками за голову. К этому моменту в помещение УИК уже подъехал председатель территориальной избирательной комиссии Ладный, а также сотрудники полиции…»

А вот из показаний старшего инспектора МОЛРР (Межрайонный отдел лицензионно-разрешительной работы) Кривошеевой М. В наблюдавшей за порядком на участке 1347 вырисовывается несколько иная картина произошедшего.

«…Тарасов вошел и направился в помещение избирательного участка. Ни ей, ни Шаповаловой было не видно, что происходит в помещении избирательного участка. Через несколько секунд она услышала доносящийся из избирательного участка шум. Она пошла в помещение избирательного участка, где стояли урны для голосования, где увидела стоявших друг напротив друга председателя участковой избирательной комиссии и Тарасова, которые громко разговаривали между собой. Подойдя к ним, она поинтересовалась, в чем дело, на что Тарасов представился, предъявил удостоверение и сообщил, что он является кандидатом в депутаты Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, что он желает и имеет право осмотреть урны для голосования. Председатель возразил, а Тарасов продолжал настаивать на своем. Далее председатель своим телом стал преграждать путь Тарасова к урнам, а Тарасов продолжил прорываться. В какой-то момент к председателю на помощь подошли еще несколько человек, и все упали, после чего она вызвала наряд полиции. Когда она вновь обратила внимание на конфликтующих, Тарасов уже лежал на полу, на животе, а сверху него находился председатель, который удерживал Тарасова в данном положении несколько секунд. Затем председатель отпустил Тарасова. Драки она не видела, никто друг друга не бил. Через какое-то время она сдала дежурство, покинув избирательный участок, и чем все закончилось, она не знает. Она не видела, чтобы кто-либо опускал избирательные бюллетени в урну для голосования…»

Как видно из этих показаний, Тарасов всё-таки не прочь был показать документы и явно не производил впечатления «психически неуравновешенного» человека. Подобные нестыковки и примеры «странной невнимательности» к происходящему, заключённые в показаниях свидетелей можно перечислять ещё долго. Вот только обратит ли на них внимание следователь и повлияют ли они на принятие судебного решения? Что-то заставляет сомневаться в этом.

Фото: kprf.ru

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня