Политика

Что вымолил Путин в Вифлееме?

Впервые отношения России с Израилем стали лучше, чем с арабским миром

  
3685

Президент России Владимир Путин завершил двухдневный рабочий визит на Ближний Восток. Он посетил Израиль, Палестину и Иорданию. Больше всего это турне запомнится, пожалуй, культурной программой: открытием мемориала советским солдатам в израильской Нетании, а также Российского центра науки и культуры в Вифлееме, посещением Храма Рождества Христова в Вифлееме, Храма Гроба Господня в Иерусалиме, подъемом на Голгофу и т. д. Это, конечно, полезно, но в чем политическая суть визита российского лидера на кипящий предвоенными страстями Ближний Восток? О чем договаривались у самых границ уже приговоренной, кажется, к разгрому Сирии?

На официальном уровне по этому поводу сплошной дипломатический туман. Заявлено лишь, что встречи с арабскими и израильскими лидерами носили важный и конструктивный характер, во многом были посвящены обсуждению ситуаций вокруг Сирии и Ирана. Словом, ничего конкретного.

Однако были ли при участии Путина приняты какие-либо важные решения, способные повлиять на расклад политических и военных сил в неспокойном регионе? С этим вопросом «СП» обратилась к главному редактору издания «Россия в глобальной политике» Федору Лукьянову:

— Я думаю, что содержательная часть поездки Путина в значительной степени осталась за кулисами. Прежде всего, это касается переговоров с премьер-министром Израиля Беньямином Нетаньяху. Потому что для России крайне важно получить представление о том, при каких условиях Израиль готов в одностороннем порядке применить силу против Ирана. Не думаю, что Нетаньяху Путину это четко обрисовал, но какое-то представление о состоянии умов в Иерусалиме наш президент наверняка составил.

В свою очередь Израилю было крайне важно услышать из первых уст, что в Москве две недели назад члены большой «шестерки» говорили за закрытыми дверями про иранскую ядерную программу. В остальном в этой поездке действительно больше символизма. Но даже этот символизм довольно любопытен. Потому что удивительным образом впервые у России отношения с Израилем лучше, чем практически со всем арабским миром. За исключением иранского вопроса у нас с Тель-Авивом особых расхождений нет. А охлаждение с большинством арабских режимов связано с нашей поддержкой Сирии.

Одновременно Тель-Авив идет навстречу нам потому, что Израиль не может не понимать: в Америке может измениться нынешнее положение вещей, когда интересы еврейского государства на Ближнем Востоке для США первичны. Уже сейчас звучат голоса, что Америка упускает собственную выгоду, ориентируясь исключительно на Израиль.

«СП»: — Визит в Палестину носил больше демонстративный характер, чем преследовал какие-то практические цели?

— Да, палестинская часть визита была сигналом в сторону арабов, что Сирия — Сирией, но Россия не враг арабского мира. И готова содействовать по такому больному вопросу, как палестино-израильский.

«СП»: — Почему после Израиля Путин отправился в Иорданию?

— Иордания сегодня, пожалуй, единственная арабская страна, с которой можно спокойно обсуждать сирийский вопрос. Она занимает критическую, но относительно умеренную позицию в отношении Асада.

«СП»: — Как на события в Сирии смотрят из Тель-Авива?

— Для Израиля Асад — враг. Но враг, с которым можно договариваться. Что и происходило на протяжении многих лет. То есть он выглядит как «приемлемый вариант». При этом любая «демократизация» в любой арабской стране автоматически означает более антиизраильскую государственную позицию, поскольку именно эти настроения доминируют на улицах.

Мнение директора Института проблем глобализации Михаила Делягина:

— Содержательное значение эта поездка, безусловно, имела. Мы имеем стратегическое изменение ситуации на Ближнем и Среднем Востоке, потому что Израиль Америке больше не нужен. Штаты вступили в стратегический союза с «Аль-Каедой». Теперь как свой спецназ они используют именно ее. Так как потребность в Израиле сильно уменьшилась, он чувствует себя покинутым. Теперь там вспоминают, кто вообще-то создавал государство Израиль. В результате у нас расширяется пространство взаимодействия в отношениях и с ним, и с другими государствами Ближнего Востока. По крайней мере, Путин продемонстрировал, что впервые с начала перестройки роль России хоть где-то выросла. С начала 2000-х годов идет заметный процесс возврата бывших наших граждан из Израиля в Россию. Пришло время этим пользоваться.

Своей поездкой Путин также продемонстрировал заинтересованность России в судьбе Сирии. При этом никого особенно не раздражая. Я не удивлюсь, если то, что осталось от Черноморского флота, в скором времени перебазируют к берегам Сирии. Так же, как в 1986 году мы спасли Ливию, продлив ее существование на четверть века.

«СП»: — Это в интересах Израиля?

— Да, потому что каким бы плохим ни был Башар Асад, с ним можно договариваться. Он не религиозный фанатик. Если же его сменят террористы, которые засылаются туда американцами из демократического Ирака, то с ними Израилю нельзя будет вести никакие переговоры. Эта несовместимость принципиальна. Кроме того, Израилю в этой ситуации совершенно не улыбается воевать с Ираном. Думаю, эта тема во время визита Путина затрагивалась очень серьезно и глубоко.

«СП»: — С чем, на ваш взгляд, была связана поездка в Иорданию? Возможно ли, что там обсуждался вариант ухода Асада?

— Иордания исторически является главным посредником между всеми игроками на Ближнем Востоке. И неважно, есть ли договоренность об уходе Асада или ее нет. Большинство ключей от региона лежат в Иордании, и без переговоров с ее руководством не обойтись. Касательно ухода Асада, весь вопрос состоит в том, что взамен. Президент Сирии действительно себя скомпрометировал. Но в этой ситуации речь не об Асаде. Речь идет либо о сохранении межнационального, межконфессионального мира, либо о превращении Сирии в площадку гражданской войны еще более ожесточенной, чем в Ираке и даже в Ливии. Если удалось выработать какой-то сценарий, по которому Асад уходит, но вместо него не приходят исламские фундаменталисты, то это хороший вариант.

Других позиций придерживается президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский:

— Президент Российской Федерации совершил государственный визит в регион, важный для нас с точки зрения стратегического партнерства по целому ряду вопросов: по контртерроризму, по разработке нефтяных месторождений в восточном Средиземноморье, по ситуации в Сирии, Иране и т. д. Состоялся обмен мнениями по важным для обеих стран вопросам в рамках очень теплого и дружественного визита. Чего еще хотеть? Чтобы Израиль вступил в Российскую Федерацию на правах очередного субъекта? Или чтобы Россия разбомбила Иран?

«СП»: — Совпадают ли интересы России, Израиля и Иордании в отношении того, как должна развиваться ситуация в Сирии?

— Они не совпадают. Не могут совпадать и не должны этого делать. Более антиизраильских настроений в этом регионе, чем сейчас, быть уже не может. Вне зависимости от того, где там будет стабильность, а где будет нестабильность. Когда вы уже утонули, какая разница, на какой глубине лежит ваш труп? Ближневосточный мирный процесс и всякие иллюзии по поводу арабо-израильского урегулирования — это покойник. Гражданская война в Сирии не окончится со свержением Асада. Сирия не развалится на составные части. Потоки беженцев на Израиль не двинутся. И «Аль-Каеда» там вряд ли укоренится.

Что касается Иордании, то она входит в суннитский клуб арабских монархий, заправляют которым Саудовская Аравия и Катар, чьи позиции в отношении Сирии давно известны. Они противоположны российской. Поэтому ни о каком единстве интересов здесь говорить не приходится. Хотя именно Иордания будет следующей вслед за Сирией разваливающейся арабской страной. Чего королю Абдалле, конечно, не хочется. И все же его интересы лежат на стороне другой команды, во главе которой стоит саудовский король.

«СП»: — Высказывалось мнение, что уже принято решение об уходе Башара Асада, и Путин ездил в Иорданию, для обсуждения конкретных деталей этого вопроса. Что вы об этом думаете?

— Я не сторонник теории заговоров. С таким же успехом можно говорить, что Путин съездил в Иорданию, чтобы договориться о том, кто должен победить на ноябрьских выборах в Америке — Ромни или Обама. Вопрос прихода или ухода Асада не зависит ни от России, ни от Иордании. Будет или не будет уходить сирийский президент, решается исключительно в ближнем круге его семьи.

Фото: kremlin.ru

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Александр Храмчихин

Политолог, военный аналитик

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня