18+
вторник, 17 октября
Политика

Игорь Трунов: Обвинение в деле Ходорковского отстает

Судья второй раз отклонила ходатайство адвокатов об отводе гособвинителей

  
7

Председатель Хамовнического суда Москвы Виктор Данилкин отказался отвести гособвинителей Дмитрия Шохина и Валерия Лахтина от процесса по делу экс-главы «ЮКОСа» Михаила Ходорковского и главы МФО «Менатеп» Платона Лебедева. Адвокаты обвиняемых считают, что прокуроры в ходе предварительных слушаний сообщают суду недостоверные сведения, поэтому их необходимо отвести от процесса. Как развивается процесс, рассуждает адвокат, председатель московского отделения «Правого дела» Игорь Трунов.

«СП»: — Игорь Леонидович, отвод — это серьезный шаг?

— Институт отвода в уголовном судопроизводстве — больше формальная процедура. Удовлетворение ходатайства в части отвода — исключение из правил, которое бывает раз в несколько лет. Потому что основаниями отвода, реальными, могут быть только личная или иная заинтересованность. Самое слабое место у отвода — как правило, тот, кому заявляют отвод, сам и принимает по нему решение.

Поэтому нужны железобетонные аргументы, что судья или иной участник процесса лично, прямо заинтересован в чем-то, и есть доказательства этого. И здесь мы натыкаемся на иммунитет: нельзя собирать сведения или информацию в отношении тех участников уголовного судопроизводства, в отношении которых предусмотрена специальная процедура. То есть без разрешения квалификационной комиссии ничего в отношении судьи собирать ничего нельзя. Иммунитетом пользуются в том числе и адвокат.

Естественно, раз собирать нельзя, предъявлять доказательства, полученные с нарушением закона, тоже нельзя — и круг замыкается. Поэтому институт отвода — это громкое хлопанье дверями, или попытка потянуть время — нужно удалится на 15 минут, написать обоснованное постановление. Как правило, процесс откладывается. Если судья спешит, он попадается на грубом процессуальном нарушении. Это используется как уловка, но не в громких процессах, где все начеку.

«СП»: — То есть в Москве отвод не пройдет?

— Реально для такого громкого процесса и для Москвы этот результат недостижим. Я никогда не поверю, что прокурор прямо и лично заинтересован в том или ином деле. И это можно доказать. А косвенные выводы об иной, служебной заинтересованности, в виде карьерного роста, — это вообще несерьезные заявления.

Здесь, по моему мнению, может стоять либо позиционная вещь, со сроками, либо дополнительное привлечение внимания к процессу, и это достаточно интересно делать в самом начале. То есть в самом начале мы сказали всем, что не доверяем никому. И потому мы знаем результат, который вынесут те, кому мы не доверяем.

«СП»: — А что, если доказательства у защиты все же есть?

— Но, конечно, может быть и то, что случается очень редко — у защиты есть заинтересованности, и есть основания для отвода. Это самый интересный момент, и доказательства должны прозвучать. И вот этот вопрос, если бы мы сейчас обсуждали — скажем, пленка есть, и свидетели говорят, что он что-то брал или кому-то что-то давал — здесь был бы предмет для обсуждения. Но, думаю, если бы это было так, мы бы давно об этом знали, и он должен был бы прозвучать в ходатайствах.

Тогда мы бы говорили не о форме уголовно-процуессуального института отвода, а по сути анализа доказательств. Это, конечно, был бы интересный разговор.

«СП»: — Как дальше будут развиваться события?

— События будут развиваться, как прописано в уголовно-процессуальном законодательстве. Естественно, интересны суть и содержание процесса. То, какие доказательства есть, насколько они весомы, и насколько качественно закреплены. Суть, которой пока мы с вами не знаем, а знают только участники процесса, те, кто ознакомился с материалами дела — это интересно.

«СП»: — В чем, на ваш взгляд, состоит трудность этого процесса ?

— Пока, к великому сожалению, у нас обвинение отстает. Интересна была бы активная роль прокуратуры, говорящий прокурор, в совершенстве изучивший материалы дела. Потому что тот прокурор, который вел дело, и тот, что в суде — это разные прокуроры. Первый писал дело, он знает его в совершенстве. А к другому, в суде, почти всегда возникает вопрос: он его вообще-то читал или нет? Поэтому у нас так много разваливается дел, потому что прокуроры относятся к своей деятельности недобросовестно, как минимум.

Поэтому мы всегда слышим только одну сторону — сторону защиты. И здесь искажается сама суть процесса, который должен быть состязательным. Только в состязательности возможно получение справедливой информации. Чтобы мы имели справедливую информацию, нужно две сильных стороны, а не так — один сильный, а другой слабак. Здесь, конечно, вопрос состязания и справедливости — главный вопрос.

Справка «СП»

Защита Ходорковского и Лебедева второй раз выступает с таким ходатайством. Аналогичную просьбу они заявили неделю назад в начале предварительных слушаний, тогда адвокаты сочли, что Шохин и Лахтин заинтересованы в исходе процесса, так как они участвовали в слушаниях по первому уголовному делу в отношении экс-главы «ЮКОСа» и главы МФО «Менатеп».

Адвокат Константин Ривкин сообщил РИА Новости, что на заседании 11 марта также обсуждалось ходатайство о прекращении уголовного дела за отсутствием в действиях Ходорковского и Лебедева состава преступления. Кроме того, защита планирует заявить ходатайство об исключении из материалов дела недопустимых доказательств, а также о возвращении дела прокурору.

По прогнозу Ривкина, предварительные слушания не закончатся до конца этой недели.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня