Политика

«Блок 6-го мая» на выборах в Мосгордуму. Часть вторая

Виталий Шушкевич: ни одна идея не овладеет массами, если никто не даст денег на газеты

  
1605

Продолжение статьи Виталия Шушкевича от 12 ноября.

I

В четверг, 28-го ноября, Мосгоризбирком рассмотрит схему одномандатных округов на выборах в Мосгордуму. Есть надежда, что в ближайшее время прояснится, когда пройдут выборы — в марте или сентябре.

В прошлый раз я предложил концепцию широкого политического объединения, которое могло бы представлять интересы миллиона недовольных москвичей на грядущих выборах в МГД. Поскольку интересы разные, а политической культуры их согласования нет, то объединяющей идеей такого блока могло бы стать требование прекратить репрессии по делу 6-го мая. Это же требование могло бы стать общей гуманистической платформой для объединения «политического» и «этического» протестов. Конечно, это не сильно поможет арестованным, но политизирует их проблему и увеличит вероятность, что при новом кризисе Путин откупится освобождением заложников.

Публикация совпала с выходом колонок Олега Кашина и Екатерины Винокуровой, в результате возник эффект домино и последовало еще несколько статей о МГД. Фокус в них сильно сместился на целесообразность участия в этих выборах вообще. Может показаться, что интеллигенция не только не ощущает себя на одной стороне с оппозицией, но после разочарования 2012-го года вовсе смотрит на политическое участие с опаской.

Характерным тут стало противопоставление Акунина и Рыжкова: первый отказался от встречи с Путиным, а второй на нее пошел, причем оба в публичном пространстве апеллировали к теме политзаключенных. Создать раскол по вопросу собственного ареста — это надо уметь.

Позиции моих оппонентов таковы:

1) В стране работает репрессивная машина, с которой невозможен политический торг; она может быть сломана только вместе со всем кооперативом «Озеро». Этот слом рано или поздно осуществит сама история (путем введения чрезвычайного положения с опорой на силовиков-кантианцев, независимых макроэкономистов, лидеров профессиональных гильдий и эмигрантов). Поэтому мобилизация на выборах в МГД имеет исключительно «электоральный смысл», то есть, грубо говоря, пойдет на пользу только самим кандидатам (Александр Морозов) russ.ru/Mirovaya-povestka/Kak-umret-kooperativ-Ozero-i-nado-li-uchastvovat-v-vyborah-v-Moskovskuyu-dumu.

2) Политической оппозиции в России нет, электоральные успехи оппозиционеров не выходят за пределы их личной жизни. Гражданам надо поступать соответствующим образом: думать о себе и не отождествлять себя с «пресловутым Кацем» (Олег Кашин).

3) Власть — это распространение чьей-либо воли, поэтому для политика в условиях тотального идеологического морока важнее сохранить собственную субъектность, а не участвовать в чужих процедурах. Настоящей властью обладает «кочевник», вышедший за рамки системы чужой воли и способный на переоценку ее ценностей (Ольга Серебряная).

Другие собеседники тоже подчеркивали несопоставимость нескольких мест в Мосгордуме с реальными реформами или чьим-то освобождением, либо говорили про невозможность торга внутри системы. В сегодняшней статье я попробую ответить на эту критику, а завтра выскажу обещанные представления о том, как должна выглядеть типовая оппозиционная кампания кандидата от «Блока».

II

Неделю назад в Москве прошел съезд «Народного Альянса». Были озвучены три главных элемента партийного образа будущего: победа над коррупцией, освобождение политзаключенных, европейский уровень жизни. Это хорошая триада: победа над коррупцией привлекательна для контрэлиты и понятна массам, освобождение политзеков служит общей платформой для объединения оппозиции, а европейский уровень жизни — ну, надо же как-то помянуть Европу. В президиуме сидели бизнесмены и служащие из банковской, рекламной, юридической, технологической и других популярных постсовременных сфер, что в целом отражает представления партии о своем электорате. Собравшиеся рассчитывают путем политической работы победить на выборах и совершить необходимые реформы.

«НИЧЕГО ЭТОГО НЕ БУДЕТ», как бы отвечает делегатам съезда Александр Морозов. Из-за судимости Навального «Альянс» не сможет мобилизовать электорат, а в случае прохождения в Мосгордуму его депутаты будут перекуплены мэрией. Через много лет их политические капиталы обнулятся грядущим чрезвычайным положением, которое вынесет на поверхность новых людей.

На мой взгляд, это не вполне так. Когда Путина уберут в коробку, нынешние кандидаты вполне могут остаться на политической сцене, даже если Россия будет развиваться в рамках выдвинутой Морозовым гипотезы. По крайней мере, именно кандидаты в МГД и их штабы могут вывести на сцену тех самых «новых людей» — потому что ну а где еще быть сейчас этим новым людям, как не в штабах.

Кроме того, возможностей купить Ляскина, Соболь или Матвеева в обход Навального не так много, это не grassroots-самоделкины, попавшие в политику на волне локальной общественной кампании.

Продолжу тем, что Навальный и есть политический представитель современной профессиональной гильдии, или даже нескольких гильдий — ITшников, SMMщиков и других офисных информационщиков. Юлия Галямина идет в Мосгордуму, будучи политиком, занимающимся проблемами образования и пытающимся сплотить вузовское сообщество. Не знаю, как будет строиться кампания Любови Соболь, но у нее есть все шансы успешно позиционировать себя в качестве профессионального юриста и стать точкой кристаллизации для этого сообщества. Наталья Пелевина из «Партии 5-го декабря» может успешно работать с русским зарубежьем, Сергей Соколов давно занимается помощью инвалидам, и так далее.

Я думаю, что в атомизированном обществе со слабой политической культурой и подставными профсоюзами профессиональные гильдии сами по себе не возникнут. Для этого нет ни условий, ни стимулов. Но, как вода кристаллизируется вокруг пыли, в информационном пространстве специалисты могут объединяться вокруг наиболее заметных и политически ответственных представителей своей профессии. А электоральная мобилизация — способ вытащить таких политически ответственных профессионалов в поле общественного внимания.

Готов ли сам кандидат к такому специальному позиционированию, или же он будет строить свою кампанию на демагогии, идти «от молодежи» или «от женщин» — это уже вопрос к кандидату и его штабу. Другими словами, польза для общества от мобилизационной кампании и последующего избрания того или иного политика зависит от его стратегии. Миссия интеллигенции заключается в том, чтобы определить, чья кампания полезней обществу — и указать на такого кандидата менее подкованным, но желающим перемен к лучшему волонтерам, бизнесменам и избирателям. Поделиться своим социальным капиталом, чтобы позволить политику аккумулировать капитал материальный (этот фильтр рано или поздно научит политиков быть ответственными). Волга впадает в Каспийское море.

А если оставить народ наедине с политиками, то, конечно, они один шарик сломают, а второй потеряют.

Я прогнозирую, что успеха на выборах добьются кандидаты, подчеркнувшие свою профессиональную принадлежность в противовес демагогам (якобы «людям дела») из ЕР. Правильная кампания на московских выборах-2014 — это кампания врача, преподавателя или юриста против начальника, директора и чиновника. Сам кандидат-юрист не возглавит профессионального сообщества, но своей информационной кампанией может политизировать его и создать условия для возникновения новых лидеров.

Вне выборов такую политизацию профессиональных гильдий провести практически невозможно: это видно по тем беспомощным кампаниям в свою защиту, которые пытались проводить ученые и журналисты. Профессионалы в своей сфере, в политическом торге они мгновенны были обведены вокруг пальца Администрацией Президента. В случае переворота тоже плюхнутся в лужу. Защитой от этого обычно выступает аналитический партийный штаб с собственной стратегией и партийная дисциплина.

III

Сложнее спорить с аргументом Олега Кашина о том, что русскому человеку ни жарко, ни холодно от избрания куда бы то ни было Немцова или Каца. Ну, в общем, да: Кац и Немцов плохо умеют представлять чьи-либо интересы, и выбирать их в представительные органы можно только забавы ради. Прямой отдачи от этого не будет (хотя Ройзман, например, хотя бы пытается помогать избирателям в ручном режиме — по сравнению с мэром-чиновником или президентом-силовиком это почти «политический институт»).

Здесь речь идет об отказе общества от политики из-за того, что политики несовершенны. Это очень популярная позиция, Кашин выступает от имени корчащейся безъязыкой улицы: той половины российского общества, которая вообще не ходит на выборы. Отчасти сюда же можно отнести мнение Екатерины Винокуровой, не видящей разницы между Пархоменко и Габреляновым. Как правило, в российской политике действительно борются друг с другом «дворяне мантии» и «дворяне шпаги», чье возникновение в публичной сфере не имеет отношения к механизмам политического представительства.

Однако я вижу в этой позиции бэконовский идол рода («человеческий дух, будучи единообразным, предполагает в природе существование большего единообразия, чем существует в действительности»). Если применить этот подход к США, то получится, что, раз ни Буш, ни Обама не могут закрыть Гуантанамо, обуздать спецслужбы и выстроить честное и эффективное правительство, то бессмысленно быть волонтером на новых выборах. Или глупо всерьез пытаться избрать республиканца в легистратуру демократического штата — один он ничего не сделает и будет преследовать только собственные интересы (на самом деле первый республиканец переломит общественную инерцию и обеспечит избрание целой фракции республиканцев на следующих выборах, пример с историческими подробностями приводится в одном из тренингов запрещенного в России International Republican Institute).

Я хочу сказать, во-первых, что политики разные, хотя обычно действительно в равной степени бессильны перед русскими обстоятельствами. А во-вторых, что избрание Немцова и Рыжкова в ярославский и алтайский парламенты — это не только их личный успех, но ступень к избранию Константина Янкаускаса и Николая Ляскина в Мосгордуму (смешно, а прогресс огромный). Избрание этих двоих в Мосгордуму — ступень к избранию туда дюжины кандидатов от партии Навального через пять лет и к попаданию десятков оппозиционеров в региональные и муниципальные парламенты по всей стране. Это шаг к поражению «Единой России» на парламентских выборах 2016-го года и, как минимум, к повторению «окна возможностей» 2011-го года, которым два года назад не смогли воспользоваться политические дилетанты.

Хорошо бы иметь на выборах Мартина Лютера Кинга, но в его отсутствии надо помогать Галяминой и Соболь, а не ждать, что герои возникнут от сырости. Всё это наивно, но если отказаться от этой наивности в пользу прогулок на свежем воздухе, то в момент нового политического кризиса мы снова будем год гулять по бульварам, а потом эмигрируем. Потому что больше ничего не будем уметь.

IV

Наиболее близка мне позиция Ольги Серебряной. Она пишет, что власть состоит уже в возможности адекватно оценить сложившуюся политическую систему. Надо «переизобрести» политику и переоценить ценности, «посмотрев на родную землю в качестве кочевника». Это правда (к слову, Олег Кашин сейчас живет в Швейцарии, Александр Морозов в Чехии, а я в Камбодже).

Строго говоря, идея «блока 6-го мая» (то есть признания политических репрессий существующими и неприемлемыми и объединения на этом основании) бесперспективна с точки зрения прямой электоральной выгоды. Но она дает оппозиции двухсотлетнюю идейную почву под ногами («не дадим посадить наших детей в тюрьму за их убеждения») — против висящих в воздухе единороссов («построим детский сад») и прохоровцев («отправим детей в Англию»). Конечно, нужно думать о ценностях, не сводя всё к технологиям.

Но без политического участия — техничного и эффективного — ценности бесполезны. Вопреки идеалистам, ни одна идея не овладеет массами, если никто не будет давать деньги на газеты. Погибший в Голландии нацбол Долматов с точки зрения Ницше прав, но если бы за него поехал хлопотать хотя бы депутат Мосгордумы, ситуация могла бы сложиться принципиально иным образом.

Да, мы можем сохранить себя, свой мир, свой круг, но всё это рано или поздно прервется монологом солженицынского коменданта Соловков: «Вы, штафирки, где прятались, пока мы воевали с большевиками? Вы думали в щелке отсидеться? Так вытащены сюда! Теперь получайте за свой нейтралитет! А мы и с большевиками сдружимся, мы люди дела!». По законам закругленной русской истории комендантом будет кто-нибудь из родственников Александра Исаевича. Хотели варить варение с Розановым, а сварили из Розанова.

Интеллигенции надо помнить, что любой политик — это в первую очередь рвущийся к личной власти паразит. Глупо ждать от садистских невротиков моральной чистоты и самопожертвования. Но при всём этом долг интеллигенции — публично обсудить и сформулировать, чего она хочет от политиков в обмен на свою поддержку (в данном случае, чего хотят от кандидатов в Мосгордуму). Головастикам надо заключить публичный контракт с прощелыгами и не ждать, пока те сами найдут способ наврать и понравиться.

Потом, когда контракт об интересах и капиталах будет подписан, надо честно его выполнять и требовать того же от контрагентов. А когда люди с культурным и интеллектуальным уровнем выше среднего по стране отказываются от политической борьбы, в том числе от использования возможностей, данных электоральным законодательством, то они отказываются не за себя, а за всю страну. «Вы и убили-с».

Фото: ИТАР-ТАСС/ Антон Буценко

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Ищенко

Военный обозреватель

Леонид Ивашов

Генерал-полковник, Президент Академии геополитических проблем

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Опрос
Назовите самые запомнившиеся события 2018 года
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня