Политика

Союзный уговор

Путин, Лукашенко и Назарбаев согласовали текст договора о создании Евразийского союза

  
9281

Для сторонников объединения постсоветских государств 2013 год завершается на мажорной ноте. Лидеры России, Белоруссии и Казахстана собрались в Кремле для того, чтобы заложить первый кирпич в фундамент здания под названием Евразийский экономический союз.

Участники передовой интеграционной «тройки» одобрили институциональную часть проекта договора о ЕЭС. Об этом сообщил Владимир Путин на расширенном заседании Высшего Евразийского экономического совета в Москве. В качестве главных принципов будущего Союза были названы: сотрудничество на взаимовыгодной основе для сближения экономик трех стран, их гармоничного развития и укрепления конкурентоспособности. Как заявил российский президент, «реализация этих принципов подчинена главной и основной цели — повышению благосостояния граждан наших государств».

Впрочем, московская встреча стала лишь предварительной стадией перед подписанием отраслевой части договора. «Сроки крайне сжатые — текст должен быть готов к подписанию 1 мая 2014 года», — сказал Путин. После этого документ будет направлен на ратификацию в национальные парламенты с тем, чтобы Евразийский экономический союз начал работать в полном формате с 1 января 2015 года. По признанию Путина, для этого предстоит «нарастить взаимодействие по линии наших министерств и ведомств, а также экспертных групп».

В словах Владимира Путина также можно найти косвенное указание на то, что к третьему, наивысшему этапу, стороны подошли с отягощающим балластом в виде нерешенных проблем. «Требуется завершить кодификацию всей договорно-правовой базы Таможенного союза и ЕЭП, устранить остающиеся изъятия из общей торговли и инвестиционного режима, обеспечить свободу передвижений товаров, услуг, капиталов и трудовых ресурсов» — отметил глава РФ. Добавим, что упомянутые цели — «свобода передвижения товаров, услуг и капиталов» — должны были быть решены на этапе функционирования Единого экономического пространства. Очевидно, что невыполненное «домашнее задание» станет фактором, осложняющим создание Евразийского союза суверенных государств. Пока ожидания по поводу экономической отдачи от работы ТС не оправдали себя. Если в первый год работы союза объем взаимной торговли государств «тройки» составил 88,4 млрд долл., то в дальнейшем он пошел на спад: $ 75 млрд. в 2011 и $ 68,6 млрд. в 2012 году.

Еще одним препятствием на выбранном пути может стать разноуровневый характер интеграции. О намерении присоединиться к Таможенному союзу и Единому экономическому пространству уже заявили Киргизия, Армения и Таджикистан. Предполагается, что Киргизия станет членом ТС с 1 января 2015 года. Одновременно, Киргизия обратилась с просьбой о предоставлении статуса наблюдателя в Евразийском экономическом союзе.

В сентябре, по окончании визита в Москву, президент Армении Серж Саргсян заявил, что страна приняла решение вступить в Таможенный союз, чтобы в последующем участвовать в формировании Евразийского экономического союза. О намерении присоединиться к ТС также заявлял Таджикистан. Очевидно, что все претенденты на участие в расширении ТС имеют выраженные экономические проблемы, которые придется решать за счет ресурсов «локомотивов интеграции».

О том, что далеко не все участники московской встречи готовы идти до конца в интеграционном порыве, свидетельствует выступление главы Казахстана Нурсултана Назарбаева. Как подчеркнул глава Казахстана, на данном этапе речь идет о создании экономического объединения. Он выступил против включения в договор положений, которые «выходят за пределы экономической интеграции». «Давайте создадим экономический союз, все придет в свое время», предложил он. Нурсултана Абишевича, в частности, смущает отнесение к совместной компетенции таких сфер, как охрана границ, миграционная политика, система обороны и безопасности, а также вопросы здравоохранения, образования, науки и культуры.

Главной интригой московского саммита стало присутствие в качестве наблюдателя премьер-министра Украины Николая Азарова. В украинских СМИ прошла информация о том, что украинская делегация планирует подписать около 60 соглашений с ТС в области тарифного регулирования. Однако сенсация не состоялась — украинские власти поспешно опровергли появившиеся сообщения.

— Пока на пути к евразийской интеграции сделано не очень много, — с сожалением констатирует заместитель председателя комитета Госдумы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству, член Евразийского парламента Николай Арефьев.

— Задачу развалить Советский Союз перестроечные элиты решили очень быстро. В отличие от интеграции постсоветского пространства, которая продвигается с большим трудом. Честно говоря, ни одна сторона не демонстрирует особого рвения. Это касается как России, так и других предполагаемых участников Евразийского союза. При этом сложившиеся миграционные процессы подстегивают руководителей всех стран к тому, чтобы, наконец, остановить «великое переселение народов». То есть дать каждой национальной экономике возможность развиваться в рамках своих границ.

«СП»: — Это воспроизводит советский опыт развития на базе взаимодополняющих республиканских территориально-производственных комплексов?

— Можно сказать и так. Мы ведь в течение столетий были единым государством. Между нами не было никакого разделения. И вдруг нас разорвали по частям, разрушили экономические связи. В итоге бывшие союзные республики (особенно среднеазиатские) влачат полунищенское существование. Аналогичная участь постигла бы и нас, если бы у нас не было энергетических ресурсов. Почему гастарбайтеры всеми правдами и неправдами просачиваются в РФ? Да потому что на их Родине работы нет никакой. Для того чтобы она появилась, нужно опять воссоздать экономическое пространство. Если мы не хотим, чтобы таджики ехали на заработки в Россию, мы должны помочь Таджикистану развивать свою экономику. Только так мы можем снять остроту межнационального вопроса. Тогда не будет стрельбы, взрывов и убийств на национальной почве. По-другому этот вопрос не решается.

«СП»: — Чем занимается Евразийский парламент?

— В основном это унификация законодательства. Для того чтобы воссоздать единое экономическое пространство, нужно привести к общему знаменателю существующую законодательную базу во всех государствах. В частности, унифицировать таможенное законодательство, согласовать промышленную политику и так далее. Пример Евросоюза показывает, что в перспективе можно прийти к единой валюте. Но как мы это сделаем сегодня, когда наши экономические системы резко отличаются друг от друга по целому ряду показателей?!

Для того чтобы эффективно взаимодействовать друг с другом (мы не можем разорвать существующие кооперативные связи), нам предстоит унифицировать законодательство в экономической, таможенной и прочих сферах.

«СП»: — Как влияет на интеграцию постсоветского пространства наше членство в ВТО?

— Было бы очень хорошо, если бы Россия вышла из этой организации. Потому что в настоящее время эта структура лишь вставляет палки в наши колеса. Получается, что мы вынуждены согласовывать нормы Евразийского сообщества с нормами ВТО. Если раньше мы самостоятельно определяли свой путь, то сегодня вынуждены оглядываться на участников глобального торгового проекта. То есть косвенным образом процессы на постсоветском пространстве зависят от позиции третьей стороны. Будучи членами ВТО, мы не можем игнорировать ее требования.

«СП»: — Кремль критикует Киев за многовекторность, но при этом сам придерживается аналогичной стратегии?

— Так и есть. Вообще, я полагаю, что Виктор Янукович переиграл наше руководство. Он хотел получить скидку на газ и кредит на сумму $ 15 млрд., он их получил. При этом Украина не отказывается от европейского вектора интеграции.

Финансовый аналитик Степан Демура весьма скептически оценивает промежуточные результаты евроинтеграционной эпопеи, затеянной Владимиром Путиным.

— Проблема заключается в том, что мы имеем от этой интеграции.

«СП»: — Расширение рынков сбыта своей продукции, промышленный и экономический рост, расширение геополитического влияния. Разве не так?

— Сомневаюсь, что эти цели достижимы. Пока наша экономика имеет сплошные минусы. Вот создали мы Таможенный союз. В Казахстане уровень госуправления в разы выше, чем у нас. Уровень налогообложения, коррупции — все ниже. Приведу конкретный пример. В Красноярске был тракторный завод. Теперь это производство перенесли в Казахстан.

«СП»: — Создание единого экономического союза предполагает выравнивание экономических условий в странах. Это делается для того, чтобы ситуация с красноярским тракторным не повторялась…

— Понятно, что есть идеи и благие намерения. Но все упирается в их практическую реализацию. Назовите мне хотя бы одну реформу за последние 20 лет, которая бы не привела к ухудшению экономической ситуации в России. Говорить и писать можно все, что угодно. Как только дело доходит до выполнения задуманного, мы регулярно уходим в минус.

«СП»: — Астана в свою очередь сетует на издержки от участия в ТС. Говорят, им перекрыли дешевый китайский импорт

— Нужно сказать спасибо за то, что им уменьшили поток продукции сомнительного качества. Тем больше возможностей открывается для национальных производителей. Это скорее положительный эффект. Нужно понимать одну вещь — все исторически устойчивые интеграционные структуры возникали вокруг сильной с экономической точки зрения страны. Современная Россия таковой не является. Весь этот проект из предвыборной программы Путина, можно сказать, высосан из пальца.

«СП»: — Вы отрицаете саму возможность и, как было принято говорить раньше, «прогрессивный» характер реинтеграции постсоветского пространства или критикуете форму, выбранную для реализации этого начинания?

— Разумеется, я отношусь отрицательно лишь к его реализации. Чтобы заняться этим по-настоящему, сначала нужно поменять власть. Один из основателей современной социологии Питирим Сорокин в свое время писал о процессе, который называется «деградация элит» вследствие отрицательного отбора. Собственно, это и происходит сегодня в России. Нынешние власть имущие не способны принимать решения, которые бы привели к выживанию этой элиты.

Хотя сама по себе идея интеграции абсолютно правильная. Так все поступают. Достаточно посмотреть на США, которые создали экономический союз с еврозоной, Мексикой и Латинской Америкой. Канада, по большому счету, — это вообще «53-й штат США». Чем шире рынок для ваших товаров, тем лучше для вашего производителя. Проблема в том, что у нас производителей почти не осталось. Наш собственный рынок забит импортными товарами. В условиях ВТО импортозамещение невозможно. Так что идея постсоветской интеграции выглядит убедительно лишь на бумаге.

В разговоре с корреспондентом «СП» заведующий центром постсоветских исследований Института экономики РАН Леонид Вардомский пояснил, что Евразийский договор представляет собой кодификацию (упорядочение) всех ранее принятых актов.

— Это то, что было наработано и подписано ранее. В том числе документы, которые уже обеспечивают деятельность Таможенного союза и Единого экономического пространства. Плюс в договор будут включены статьи, которые связаны с перспективой развития Евразийского Союза. Руководители государств также должны обсудить вопросы, по которым имеются разногласия. По итогам будут даны поручения различным ведомствам подобрать приемлемые формулировки.

«СП»: — Повестка сегодняшнего дня — это аналог стадии парафирования при заключении международных договоров?

— Можно и так сказать. То есть высокопоставленные переговорщики еще раз вычитают текст, устранят последние разногласия и вынесут договор на подписание.

«СП»: — Чем отличается Евразийский союз от ЕЭП?

— В мае будет подписан договор о создании Союза. Сам этот процесс займет неопределенное количество лет. Это не денежная реформа, когда с четко обозначенного числа в обращение поступают новые деньги. Евразийский союз, в отличие от ЕЭП, — это политическая структура. Допустим, Таможенный союз регулирует только взаимную торговлю и таможенные пошлины. В свою очередь Единое экономическое пространство еще далеко от своего завершения. Москве, Минску и Астане предстоит определить цели создаваемого союза. В уставных документах должно быть прописано, к чему мы должны стремиться. Не говоря уже о том, что нужно осознать место нового союза в мире.

«СП»: — Это своего рода «дорожная карта» развития Евразийского союза?

— Политическая составляющая предполагает наличие единых центров принятия решений. Хотя некоторые из них уже созданы и действуют. Та же Евразийская комиссия — это наднациональный орган, который сегодня, в основном, занимается таможенными вопросами и разработкой технических стандартов. Иначе говоря, всем тем, что связано с общей торговой политикой. По мере необходимости сфера ее компетенции будет расширяться.

«СП»: — Евразийский союз это «наш ответ» ЕС?

— Концептуально он похож на Евросоюз. Мы берем за основу те этапы, которые прошла евроинтеграция. Однако, в силу постсоветской специфики, это не 100% копия. Скажем так, аналог, но не полный.

«СП»: — Есть мнение, что без дальнейшей унификации экономического пространства Таможенный союз невыгоден для России

— Во-первых, прошло еще слишком мало времени. В структурном отношении у нас еще не произошло ничего такого, чтобы делать выводы. Экономики стран-участниц ТС еще не стали меняться, не хватает инвестиций. Наверное, как всегда, кто-то выиграл, а кто-то проиграл. Причем, скорее, на уровне отдельных компаний, чем стран в целом.

«СП»: — Однако компании выступают в качестве налоговых резидентов определенных государств, чьи граждане (посредством фискальных отчислений в бюджет) становятся выгодоприобретателями

— Я думаю, что в целом население России, Белоруссии и Казахстана выиграло. Оно получило возможность быстрее пересекать государственные границы трех стран без таможенного досмотра. Экономике и бизнесу еще только предстоит понять, в чем состоит выгода. Пока этот момент не наступил. Отдельные компании уже нащупали, в чем может быть выигрыш. Но это явление не имеет массового характера. Процесс интеграции растягивается на годы, и в этом нет злого умысла. Скажем, стороны подписали соответствующие межправительственные соглашения. Но их еще надо имплементировать (встроить) в национальное законодательство. А это не так просто, учитывая возникающие разногласия и активность различных лоббистских групп.

«СП»: — Какие факторы препятствуют постсоветской интеграции?

— У участников этого процесса есть разные, порой взаимоисключающие интересы, которые надо согласовать. Многие министерства не хотят передавать наверх в союзные органы свои властные полномочия. Вокруг этого, а также перераспределения денежных ресурсов идет аппаратная борьба. Все хотят сохранить или усилить свои позиции. Впрочем, это обычная ситуация. Должен сказать, что пока евразийский проект больше имеет политический характер. Реальное экономическое наполнение отстает от политики.

Фото ИТАР-ТАСС/ Алексей Никольский

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Владислав Шурыгин

Военный эксперт

Виктор Алкснис

Полковник запаса, политик

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Опрос
Назовите самые запомнившиеся события 2018 года
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня