Политика

Груз жизни для станицы Луганской

Репортаж корреспондента «СП» из сражающейся ЛНР

  
15014
Груз жизни для станицы Луганской

Собачья какофония

Утро в осаждённом Луганске начинается с воя и жалобного тявканья собак. Эта собачья какофония в глухой тишине замершего города действует удручающе.

— Ну, сейчас начнётся, — говорит ополченец по кличке Доцент, обаятельный парень, в квартире которого я ночевал, — собаки всегда воют перед обстрелом.

В этот день миномёты и «Грады» бьют по соседним кварталам, поэтому мы — я и трое ополченцев — под звуки дальней канонады почти спокойно идём к месту, откуда повезём гуманитарную помощь, собранную читателями «Свободной прессы» и газеты «Мир новостей» для наиболее нуждающихся жителей станицы Луганской.

Вдруг совсем рядом начинает грохотать.

—  Это кажется, что рядом. Наш «Град» работает в ближней «зелёнке» (пригородном лесу — А.П.), — успокаивает меня молодой ополченец Норман.

Правда тут же предлагает идти побыстрее, потому что скоро может начаться «ответка» — ответный огонь «укров». Снаряды и мины украинских военных полетят, скорее всего, не в то место, откуда стреляли по ним, а в мирные дома.

По дороге заходим на рынок, чтобы попытаться найти для меня «украинскую» симку. Офисы мобильных операторов в городе закрыты.

Жизнь в Луганске немного оживляется в первой половине дня между утренними и вечерними обстрелами. Люди торопятся купить самое необходимое, чтобы затем снова разойтись по своим квартирам. Там они будут маяться до ночи, каждую минуту ожидая, что придётся бежать в ближайший подвал, спасаясь от очередного обстрела украинских «освободителей». Но и во сне чувство опасности не оставит их.

На рынке длинные очереди к лоткам с продуктами. Горожане оборачиваются в нашу сторону. Большинство смотрит на людей с автоматами и георгиевскими ленточками с надеждой и одобрением.

— Дай вам Бог, ребята, всего самого лучшего, чтобы живыми остались, главное! — говорит, крестясь и плача, пожилая женщина. Другая — предлагает нам бесплатно взять груши. Кто-то даёт пачку сигарет. Сигареты в городе — самый большой дефицит. Пачка «Бонда» стоит около 40 гривен, в два раза дороже, чем до войны. Продукты тоже дорожают, но не так сильно.

Несколько человек обступает нас, чтобы услышать что-то обнадёживающее.

— Что там слышно, возьмут «они» Луганск? Скоро обстрелы кончатся? Что дальше-то будет?- слышится с разных сторон.

Мне тоже приходится принять участие в вынужденном сеансе психотерапии.

— Вчера нашими «Градами» их позиции хорошо обработали, теперь меньше по городу бить будут, — повторяю я фразу, услышанную от кого-то из ополченцев.

Нет, купить симку мне не удаётся, как и пополнить счёт. Похоже, весь город намеренно пытаются оставить без связи, чтобы ещё больше деморализовать людей.

Между молотом и наковальней

Едем в Луганскую. Станица сейчас — между молотом и наковальней. С одной стороны на господствующих высотах окопались ополченцы, а на дальних подступах к ней — позиции украинской армии.

На холме у въезда в станицу — красивый профиль памятника князю Игорю.

Земля вокруг него, как и дорога, по которой мы едем — в чёрных рытвинах от мин и снарядов.

— Пару недель назад, когда «укры» шли в наступление, мирные станичники бежали в город. И вот по скоплению людей они тогда и лупили из миномётов. Жертв не было только потому, что стрелять толком эти вояки не умеют, — рассказывает ополченец Алексей Ратибор. — А вообще они часто по этому памятнику бьют.

Да, что-что, а воевать с памятниками украинские «борцы с террористами» любят. Я вспоминаю расстрелянный памятник Воинам-освободителям Луганска.

По нему «работала» одна из диверсионных миномётных групп. Чаще всего диверсанты, за поимку которых руководством ЛНР обещаны серьезные деньги, пускают мины наобум по жилым кварталам — куда ветер дунет, как говорят местные жители. Однако по памятнику они били целенаправленно. На меня сильное впечатление произвели изрешеченные осколками фигуры советских воинов, идущих в атаку. Символичнее картину придумать сложно.

Мы въезжаем на блокпост ополченцев у моста через реку Северский Донец. На той стороне реки начинается уже нейтральная территория, на которую запросто может заехать разведывательная группа противника. Мост заминирован на случай наступления украинской армии.

— Когда украинские штурмовики бомбили станицу, один заход они сделали и на этот блокпост, — рассказывает Алексей Ратибор. — Получилось так, что ракеты, упавшие в «зелёнку», разорвались. А те, что ударились об асфальт — нет. Хотя чаще бывает наоборот. Так вот, — взорвись эти ракеты на дороге, ничего бы от блокпоста не осталось.

Мы на минуту останавливаемся здесь. Моё внимание привлекает сидящий у обочины на корточках человек. На его шею повешена картонка с надписью: «Я — мародёр».

Ополченцы вечерами патрулируют станицу, пытаясь не допустить грабежей оставленных жителями домов. Однако не всех мародёров это останавливает.

— Не делал я ничего, меня из дома забрали, — начинает канючить задержанный, видя наведённый на него фотоаппарат.

Интересуюсь у командира блокпоста Константина, что ждёт этого отморозка.

— Немного «поучим» его, а потом отправим рыть окопы или «в избушку» пошлём. («Избушкой» ополченцы называют бывшее здание СБУ, где теперь располагаются силовые органы ЛНР — А.П.) К тем, кто просто грабит дома, мы ещё помягче относимся. А вот бывает, что из разрушенных бомбами и снарядами домов пытаются что-то утащить у людей, у которых и без того горе огромное. Вот к таким никакого снисхождения быть не может.

«Гуманитарка» на вес золота

В станице мне передают составленный главой поселкового совета список тех, кому мы будем передавать гуманитарную помощь. В нём много ветеранов Великой отечественной войны. Напротив имени Падалки Иосифа Романовича простая и страшная надпись от руки: «Погиб 02.07.2014 г. во время авианалёта на улицу Москва-Донбасс». Думал ли ветеран, что убьют его на своей земле, которую он защищал 70 лет назад, да ещё и по приказу тех, кто считает себя украинской властью…

Мы завозим «гуманитарку» престарелой чете Черепахиных. Иван Алексеевич — тоже ветеран войны.

Слова благодарности сменяются слезами.

— Нам бы хоть помереть спокойно, чтоб мир был, — причитает супруга ветерана. — С нашим здоровьем никуда уже не уедешь.

— Не могу понять, как же так, ведь украинцы украинцев убивают, — вступает в разговор Иван Алексеевич. — Молодые ребята гибнут. Мы ведь раньше в одних окопах сидели и с теми, кто из Киева, и из Чернигова, а теперь нас врагами сделали. Плохо, очень плохо.

Мы раздаём помощь ещё нескольким ветеранам и малоимущим семьям. Каждый раз первоначальная настороженность или даже страх при виде вооружённых людей сменяется радостью вперемешку с горечью.

Чуть ли не каждый день в станице появляются всё новые разрушения. Люди подавлены, им всё труднее справляться с постоянным ожиданием худшего. Характерная картина — по улице идёт женщина и плачет в телефон. Услышав грохот, она вздрагивает и озирается, пытаясь определить, с какой стороны стреляют.

Как и в Луганске, от нас ждут обнадёживающих слов, и мы говорим их.

Однако есть в станице люди, сохраняющие бодрость. Например, многодетная мама Яна Колесник. В её семье пятеро детей, один из которых — инвалид. Яна, как и её дети, искренне улыбается, радуясь немудрённым, но таким нужным продуктам, собранным россиянами. Ведь после того, как киевской властью были обрезаны все социальные выплаты, любая помощь для них — на вес золота.

В конце мы заезжаем в Центральную районную больницу.

— Слава Богу, что на носилки сегодня кладут не раненных от обстрелов станичников, а лекарства и продукты первой необходимости, — говорит пожилая медсестра, — спасибо огромное всем, кто не забывает о нас в России.

Фото автора.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Ищенко

Военный обозреватель

Станислав Бышок

Политический аналитик

Виктор Мураховский

Полковник запаса, член Экспертного совета коллегии Военно-промышленной комиссии РФ

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня