История

«Винтик» зловещей системы

Брунгильда Помзель — последний представитель ближайшего окружения нацистской элиты

  
4453
«Винтик» зловещей системы
Фото: DPA/ ТАСС

Лицо жительницы Мюнхена испещрено морщинами, как шрамами. Крашеная челка падает на высохший лоб. Выцветшие, но не погасшие глаза. Робкая улыбка. Ей — 105 лет.

Как это обычно бывает у стариков, она часто вспоминает. Благо, кое-что помнит. История затянула ее, песчинку, в водоворот истории. Три года — с 1942-го по май 1945 года, до последних, смертельных конвульсий Третьего рейха она работала машинисткой и стенографисткой у министра народного просвещения и пропаганды Йозефа Геббельса. Фрау Помзель — последний человек из ближайшего окружения нацистской элиты.

Она молчала об этом шесть с лишним десятилетий. Лишь в 2011 году, когда ей исполнилось сто лет, она дала первое в жизни интервью — немецкой газете Bild.

Она говорила, что «Геббельс был очень закрытым человеком, холодным и отстраненным монстром, убивших собственных детей». Ничего нового. «Он ни разу не задал мне ни одного личного вопроса, он не знал даже моего имени». Ну и что? Многие начальники равнодушны к своим подчиненным. Фрау Помзель говорила, что Геббельс еще легко отделался, покончив собой. Иначе бы его приговорили бы к смертной казни. И это — не открытие.

А вот то, что у главного пропагандиста Третьего рейха были ухоженные руки, новость. И то, что она думала, что Геббельс каждый день делает маникюр, откровение. Но для сенсации маловато.

Помзель печатала нацистские документы с грифом «секретно». Однако, по собственным словам, была «глупой и не интересовалась политикой». Но неужели среди бумаг, которые проходили через ее руки, не встречались зловещие слова типа «умертвить», «ликвидировать», «окончательно решить вопрос»?

Может, и встречались, но машинистке Геббельса было на них наплевать. Она просто ходила на службу и стучала по клавишам. У нее было хорошее жалованье и солидный паек. Может, муж или любовник — кто там у нее был? — привозил духи и тряпки из оккупированных стран. Наверное, Брунгильда мечтала об уютном домике во Франции и о ферме с тучными коровами в России…

Однажды Помзель даже пригласили на званый обеде к Геббельсу. Там подавали жареного гуся. А жена министра пропаганды Магда подарила ей очень милое платьице…

Увы, все эти маленькие радости кончились подвалом в Берлине, где Помзель сидела весной сорок пятого, трясясь от страха, слыша могучие удары русской артиллерии. Там она узнала, что в другом подземелье ее шеф вслед за Гитлером покончил собой. Женщины лихорадочно шили из белых мешков белые флаги для капитуляции и с трепетом ждали «в гости» русских солдат.

Пять лет Помзель находилась в советском плену. Но никаких ужасов она не вспоминала. Она говорила, что после Геббельса судьба дала ей счастливую жизнь.

Когда фрау Помзель перешагнула столетие, Господь не забрал ее к себе. Недавно она, уже 105-летняя, снова дала интервью — английской газете The Guardian. При том оговорилась — «вовсе не для очистки совести». Да и не совершила она, как сама считает, ничего крамольного. Просто служила режиму. А то, что он был омерзительный, преступный, кровавый, узнала потом — уже в советском лагере. «Я знаю, что теперь нам никто не верит: все думают, будто мы все знали. Но мы ничего не знали, все держалось в большом секрете», — уверяет Помзель.

О концлагерях, зверствах нацистов, уничтожении евреев — ничегошеньки фрау Помзель не знала. Да, ходили какие-то слухи, но она не придавала им значения. Она помнит, что арестовали и отправили в концлагерь известного диктора радио, но не за политику, а за то, то он был гомосексуалистом. И еще ее подруге, еврейке Еве Левенталь, жилось неважно. После войны Брунгильда узнала, что та погибла в Освенциме…

Это было счастье — получить во время войны такую хорошую, престижную работу. В приемной Геббельса была изящная мебель и шесть секретарш, среди них — Брунгильда. Женщины, как положено, болтали и сплетничали. Но только когда не было шефа. Когда появлялся он сам — маленький, но важный, в костюме из дорогой ткани, припадающий на правую ногу, все замирали. Надменный Геббельс казался неприступным. Как и весь нацистский режим, который он возводил по кирпичику, вместе со своим фюрером. Но строй рухнул, погребя под собой двух главных «строителей».

Фрау Помзель не давала интервью не от того, что стеснялась своей службы у нацистов. Просто старушка ничего не помнит, кроме костюма Геббельса, его ухоженных рук, жареного гуся и изящной мебели в приемной шефа. Все остальное — фигуры, слова, дела стерлись, выветрились из памяти. Ее мозг похож на старый радиоприемник, по которому она когда-то слушала речи Гитлера. Из трех ламп едва тлеет лишь одна…

Брунгильда была, как и миллионы немцев, одним из «винтиков» зловещей системы Третьего рейха. Благодаря таким исправно и четко работала вся огромная машина уничтожения, насилия, лжи.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня