История

Малоизвестные факты о полете «Союз» — «Аполлон»

  
7814
Малоизвестные факты о полете «Союз» - «Аполлон»

15 июля 1975 года состоялся первый в истории совместный полет советских и американских космонавтов. Он имел важнейшее не столько техническое, сколько политическое значение. На реализацию этой программы СССР потратил в 4 раза больше средств, чем США.

Долгие поиски общего языка

От запуска первого искусственного спутника Земли до полета Юрия Гагарина прошло меньше четырех лет. На подготовку совместного полета советского «Союза» и американского «Аполлона» было потрачено более пяти. И объясняется это не столько сложностью решения технических проблем. Их-то оказалось не столь уж и много. Для реализации задуманного «рукопожатия на орбите» пришлось решать в основном проблемы политического и бюрократического характера. А они в самый разгар холодной войны казались неразрешимыми.

Идея о каком-либо совместном проекте, который способствовал бы снижению напряженности отношений между двумя сверхдержавами начала вызревать в конце 60-х годов. Казалось бы, проще и дешевле это было затеять в области культуры. Однако советское руководство на такой шаг пойти никак не могло. Потому что именно в области культуры в ее расширенном понимании — образа жизни — существовало самое ожесточенное противостояние. Тут советское руководство не намеревалось уступать ни пяди «своей земли», то есть идеологической почвы.

Первая встреча советских и американских космических специалистов состоялась осенью 1970 года после того, как политики пришли к консенсусу относительно целей и задач совместного проекта.

Через год встреча повторилась. На ней решались уже более конкретные технические вопросы совместного полета. А все готово было лишь к концу 1974 года. Столь длительный срок реализации проекта во многом объясняется торможением работ органами, надзирающими за сохранностью государственных секретов. Наибольшую прыть демонстрировали, естественно, советские «секретчики». Но и американцы по этой части отнюдь не были белыми и пушистыми.

Шпионская тема постоянно сопровождала подготовку совместного полета. Но не на практическом уровне — никто ни с одной из сторон не был схвачен за руку за похищение стратегических секретов. А в сфере мифов и легенд, которые распространяли сотрудники режимных отделов, «дабы стимулировать бдительность». Естественно, народ на эту тему, что называется, оттягивался по полной. Так, например, в Хьюстоне, где собралось громадное количество журналистов, прежде всего американских и советских, на следующий день после старта «Союза» и «Аполлона» появился самодельный плакат: «Завтра в Центре управления полетами состоится товарищеский футбольный матч между агентами КГБ и ЦРУ, аккредитованными как журналисты». И этот прикол был не лишен доли истины — журналистика в период холодной войны была прекрасным прикрытием для агентов внешних разведок по обе стороны железного занавеса.

Если американцы пригласили советский журналистский пул не только в ЦУП, но и на космодром во время запуска «Аполлона», то советская сторона повела себя гораздо сдержанней. Допуск на «Байконур» американской пишущей и снимающей братии был запрещен. Однако, как утверждал журналист Ярослав Голованов, это было сделано исключительно потому, что к середине 70-х годов советская космонавтика уступила лидерство американской. И решили скрыть от посторонних глаз не секреты и достижения, а отставание от Штатов.

Средство от психоза

По сути работы по созданию аппаратуры стыковки и по координации действий наземных служб — советского и американского ЦУПов — начались летом 1972 года. После подписания в Москве Косыгиным и Никсоном «Соглашения между СССР и США о сотрудничестве в исследовании и использовании космического пространства в мирных целях». В нем указывался конкретный срок стыковки «Союза» и «Аполлона». Поэтому «секретчикам» пришлось умерить свою прыть. В связи с чем советские специалисты начали выезжать в США в служебные командировки. Такой вольницы они не знали с самого зарождения космической отрасли.

Проект был во многом политпропагандистским. То есть каждая из сверхдержав намеревалась заявить при помощи рукопожатия в космосе — «мы люди доброй воли». Да и наши противники по холодной войне не такие уж и чудовища. И все будет хорошо. Это было своевременно и необходимо еще и потому, что в первой половине 70-х годов в СССР и США свирепствовала напряженность в связи с ожиданием термоядерного удара.

Надо сказать, что советским специалистам хватало поводов для разрушительной нервотрепки. Апофеоз случился за сутки до стыковки, когда обнаружился отказ телевизионной установки. И это было чревато срывом самой главной составляющей полета. Из-за чего в ЦУПе возникла большая нервозность, одного из руководителей коммуникационной части программы госпитализировали с гипертоническим кризом. Однако все обошлось, к нужному моменту установку восстановили.

Вполне естественно, что экипажи для полета отбирали с большим пристрастием. Учитывались буквально все «параметры» претендентов — от профессиональных до репутационных и даже «экстерьерных». В Советском Союзе были сформированы четыре экипажа, что называется, на всякий случай. В каждый из них входил командир корабля и бортинженер.

Полетели Алексей Леонов и Валерий Кубасов. Выбор Леонова в качестве «лица Советского Союза» был вполне естественным. Он был самым опытным и известным нашим космонавтом после Гагарина. Первым в истории совершил выход в открытый космос. И при этом продемонстрировал громадное самообладание, когда не смог обратно попасть в корабль из-за того, что скафандр раздулся и не пролезал в шлюзовой люк. К тому же он отличался остроумием, высокой коммуникабельностью, сразу же задружившись с астронавтами на совместных тренировках. В общем, наилучшим образом подходил и для телерепортажей с борта комплекса «Союз"-"Аполлон», и для последующих интервью на земле.

Американцы также тщательно комплектовали свои экипажи из троих астронавтов — один основной и один запасной. В основной экипаж, который в конечном итоге стартовал 15 июля 1975 года с мыса Канаверал, вошли Том Стаффорд, Вэнс Брэнд и Дональд Слейтон. Первоначально пилотом «Аполлона» предполагалось назначить не Брэнда, а Джона Суайгерта — одного из героев аварийной эпопеи «Аполлона-13». Однако его вычеркнули из списка из-за «невысоких моральных качеств». В свое время экипаж «Аполлона-15» тайно ввез на Луну 398 конвертов с марками на космические темы с целью их последующей продажи за громадные деньги. Суайгерт в той афере участия не принимал. Но он знал о ее подготовке и не донес на товарищей руководству НАСА. Этого оказалось достаточно, чтобы запятнать репутацию.

Четырехкратное резервирование

Советская сторона готовилась к полету предельно тщательно, чтобы исключить любую случайность. А они к середине 70-х годов участились по сравнению с эпохой Королева. Под этот проект были изготовлены четыре корабля, одинаково оснащенные всем необходимым для стыковки с «Аполлоном». И даже один «Союз» с космонавтами Анатолием Филипченко и Николаем Рукавишниковым в 1974 году совершил пробный полет со стыковочным узлом. Хоть большого смысла в этом не было, поскольку узел в полете никак не испытывался.

15 июля на «Байконуре» «под парами» стояли два корабля. Во втором, дублирующем, к старту были готовы Владимир Джанибеков и Борис Андреев. Если бы «Союз» Леонова не смог выполнить стыковку, то стартовали бы Джанибеков и Андреев.

Незадолго до стыковки, которая состоялась 17 июля, в западной прессе появилось сообщение, мгновенно растиражированное, о том, что у русских на орбите крутятся два «Союза». И неизвестно какой из них будет стыковаться с американским «Аполлоном».

Но вскоре выяснилось, что информация действительности не соответствует. Однако она не была высосана из пальца, а опиралась на некие реалии, неверно истолкованные. Дело в том, что позывной Кубасова был «Я — Союз-2».

Что же касается непосредственно исполнения программы полета, то она прошла вполне успешно, если не считать пары мелочей во время первой стыковки. Самая сложная в техническом отношении проблема перехода космонавтов из корабля в корабль была решена идеально. Дело в том, что давление воздуха и его химический состав в «Союзе» практически идентичны параметрам земной атмосферы. В «Аполлоне» же астронавты дышат чистым кислородом при давлении в 500 мм. рт. столба.

Самый же главный пункт программы — рукопожатие в космосе и обмен ослепительными улыбками — прошел наилучшим образом. Установился контакт между космическими отраслями СССР и США. Однако следующий совместный пилотируемый полет состоялся лишь через 20 лет в рамках программы «Мир» — «Шаттл».

Снимок в открытие статьи: ракета-носитель с космическим кораблем «Союз-19» на стартовом столе/Фото Альберта Пушкарева и Валентина Кузьмина/ (Фотохроника ТАСС).

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Никита Кричевский

Доктор экономических наук

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Вадим Кумин

Политик, кандидат экономических наук

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня