Общество

Генерал из-за решетки обвиняет ФСБ и службу безопасности таможни

Суд Владивостока приступил к оглашению приговора бывшему начальнику Дальневосточного таможенного управления

  
23

Кроме Бахшецяна в деле фигурирует еще ряд таможенников, но поскольку многие из них активно сотрудничали со следствием, прокурор запросил для них куда меньшие сроки — от 2 до 7 лет условно.

Дело генерала вызвало во Владивостоке широкий резонанс и неоднозначную реакцию. Одни верят следствию и считают, что Бахшецян занимался контрабандой. Другие уверены, что главного таможенника просто подставили.

Версия следствия

В первой половине 2005 года, считают следователи, начальник ДВТУ Бахшецян по просьбе тогдашнего представителя администрации Приморья в Совфеде Игоря Иванова дал согласие «оказать покровительство» нескольким коммерческим структурам: ООО «Сэнкант», «Фрибур» и «Аргау» и создал условия для бесконтрольной внешнеэкономической деятельности этих компаний, что привело к возникновению контрабандного канала.

Таким образом, умышленное превышение Бахшецяном своих должностных полномочий, привели к контрабандному ввозу организованной преступной группой на территорию Российской Федерации в 515 контейнерах различного товара с территории КНР на сумму 1,2 миллиарда рублей и недоплату таможенных платежей на 444 миллиона рублей.

Более того, следствие утверждает, что в период с 10 по 26 января 2006 года Бахшецян лично в составе организованной группы принял участие в контрабанде.

Кроме того, предварительным следствием Бахшецян обвиняется в незаконном лоббировании интересов закрытого акционерного общества «РОСТЭК-ТехноСклад», с директором которого он был лично знаком.

Как полагает сторона обвинения, Бахшецян также создал систему контроля, направленную на искусственное и неправомерное повышение таможенных платежей. Он незаконно требовал от подчиненных ему работников осуществления необоснованной и неправомерной корректировки таможенной стоимости товаров, при этом существенно нарушая права участников внешнеэкономической деятельности. Последние были вынуждены обращаться в Арбитражный суд Приморского края за защитой своих интересов.

Сам Эрнест Бахшецян настаивает на своем полном оправдании.

 — Никаких контрабандных, коррупционных и прочих негативных дел ни с Ивановым, ни с кем другим я не имел, — заявил на суде генерал. — Если верить обвинению, я занимался контрабандой не с целью улучшения материального положения, потому что они не нашли хотя бы копейку, ко мне прилипшую, а с целью мифического продвижения по карьерной лестнице, которую мне якобы должен был обеспечить господин Иванов.

По мнению Бахшецяна, в его смещении с поста руководителя таможенной службы были заинтересованы некоторые высокопоставленные силовики, среди которых, в частности, генерал-майор называет начальника управления ФСБ по Приморскому краю Юрия Алешина, бывших начальников службы собственной безопасности ДВТУ Игоря Литвинова и Дальневосточной оперативной таможни Сергея Мурашко.

Во время следствия генерал оставлся на свободе. 14 мая 2009 года он вместе с бывшим начальником аналитического отделения службы собственной безопасности ДВТУ Олегом Елисеев дал пресс-конференцию в Москве. Картина с их слов предстала совсем иной, нежели ее преподносят следственные органы.

Ответ обвиняемого

 — Я ехал на Дальний Восток как человек, получивший четкое задание навести порядок в таможенном контроле и соответствующие полномочия. Искренность руководства при постановке такой масштабной и сложной задачи сомнений у меня не вызывала.

Принял я управление в таком состоянии дел, что расхождения в статистике внешней торговли России и Китая, например, достигали 6 миллиардов долларов, при годовом товарообороте в 20 миллиардов. Объем нелегального потока сравнялся с легальным и порой даже превышал его, а ежедневные потери государственного бюджета из-за невнятного таможенного администрирования равнялись 4 миллионам долларов, а в год страна недополучала свыше 1 миллиарда 200 миллионов.

Контрабандное сообщество не скрывало своей цели достичь такого состояния дел, при котором их нелегальные доходы достигали миллиона долларов в день. Надо сказать, что преступники достаточно успешно двигались к своей цели, подтверждением чего служат материалы уголовного дела Генеральной прокуратуры № 377468, которыми документально установлено, что в период с февраля 2002-го по май 2005 года только из Находки было отправлено в Подмосковье свыше семи тысяч вагонов с контрабандными товарами народного потребления.

Приняв управление, мы начали наводить порядок. Так, в качестве примера могу сказать, что в 2004 году в Находке, где канализировалась основная масса контрабандного потока, было задержано 38 контейнеров с контрабандой, хотя ежемесячно их пробрасывалось свыше 200. В 2005 году — единственном полном годе моего руководства — количество задержанных только в Находке контейнеров превысило 720.

В результате этой работы из нелегального оборота был выведен такой объем товаров, который лишь за один год позволил дополнительно направить в бюджет страны свыше 500 миллионов долларов.

В 2004 году была принята Программа развития таможенной службы России, которая предусматривала ежегодное выведение из нелегального оборота 3% товаров. Нам за год удалось сделать по меньшей мере в 10 раз больше — «высветлить» свыше 30% нелегального потока.

Но, едва приступив к службе на Дальнем Востоке, я столкнулся с противодействием, сначала не явным, а потом все более усиливающимся. Я стал ощущать, что за моей работой все пристальнее наблюдает «дружественная» правоохранительная организация.

Суть посулов, уговоров, угроз и демаршей заключалась в том, что я — пришлый человек, временщик, так что лучше жить по тем правилам, которые установлены здесь задолго до меня, а не по тем, которые я пытался привнести.

Мои доклады об этом в Москву неизменно сопровождались ответами руководства о необходимости продолжения политики оздоровления ситуации на границе… Мои действия были направлены на выравнивание условий внешнеторговой деятельности, на искоренение конкурентых примуществ, пресечение крышевания.

Однако, как вы помните, в 2006 году было принято решение о выводе таможни из подчинения Министерству экономического развития и торговли, и здесь мои оппоненты очень быстро взяли реванш.

Методы, которые практиковались мною и за которые премьер-министр Фрадков наградил меня в марте 2006 года именными часами, были объявлены преступными, сам я арестован, программы таможенного администрирования в регионе — свернуты.

Мой пример показывает, что вопросы взаимоотношений правоохранительных органов должны быть подвергнуты жесткой регламентации и контролю и перестроены на других принципах…

Распространение моего недолгого опыта на Дальнем Востоке на всю таможенную службу могло бы дать стране за прошедшие три года свыше триллиона рублей. Это я заявляю не как гипотетическое предположение, а основываясь на статистике.

Очень скоро мы узнаем, является ли честное служение Родине негромким патриотизмом или же преступлением.

Позиции обвинения и обвиняемого прямо противоположные. Чью сторону примет суд, мы узнаем через несколько дней — после того, как судья завершит зачитывать приговор.

Владивосток

Фото [*]

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Александр Храмчихин

Политолог, военный аналитик

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня