Общество

Неизвестный народ

Сергей Морозов о российском обществе

  
14771
Неизвестный народ

Нынче принято часто повторять фразу Юрия Андропова, столетие со дня рождения которого не слишком заметно в минувшем году отметили: «Мы не знаем общества, в котором живем». Обычно далее за этим следуют размышления об идеологии и природе советского общества или даже установках общества нынешнего (Кара-Мурза в своих заметках о современном российском обществе отталкивается именно от этой андроповской фразы).

Однако перед нами уравнение с двумя неизвестными. Первое — это социальный проект, так называемый общественный идеал, а второе — народ, который и определяет жизнеспособность этого социального проекта, тот вид, который общественный идеал принимает, воплощаясь в действительность. И об этом, втором, неизвестном компоненте, сообщающем иррациональную, неуловимую и непостижимую природу России, не говорят ныне почти ничего.

Конечно, в последние три года в связи с этими внутриполитическими и внешнеполитическими баталиями слово «народ», одно время совсем уж позабытое, замелькало почаще. Его взяли на вооружение, прибегли к нему как к точке опоры, с помощью которой сдвинули на нужную орбиту политическую Землю. Но вот что такое, кто такой народ, как он живет и чего на самом деле хочет, это было разбирать недосуг. Некогда было, Отечество было в опасности — уверяли нас с обеих сторон, и с либеральной, и с государственнической. В итоге все это время тянули на свою сторону искусственно созданный фантом, некую универсалию, существующую лишь в уме, перетолковывая «народ» на свой лад от «созидателя и победителя» до «ватника и терпилы».

Свой вклад внесло и телевидение, которое давно уже создало какой-то свой образ народа, как чего-то тупого, недалекого, погрязшего в мещанстве, жадности и дешевой душевности. Новости, фильмы, сериалы, многочисленные грязные ток-шоу со скандалами и вечерней «стиркой грязного белья» в вечернем «прямом эфире» строятся под этот искусственный, выдуманный народ, существующий только в головах живущих своей замкнутой оранжерейной жизнью продюсеров, сценаристов и ведущих. Общий лозунг — «пипл хавает» — очень точен по своей формулировке, потому что заглатывает (да и заглатывает ли?) этот телепродукт именно какой-то абстрактный «пипл», но вот воспринимает его ли его народ — это загадка.

Как живет народ, не помер ли он там, не разложился ли до атомарного состояния — это мало кого интересует среди, условно говоря, надстроечной части общества, которая раньше звалась интеллигенцией, а нынче даже и не знаешь — как. «Народ» стал разменной картой, аргументом во всех спорах и словопрениях от политических до эстетических. Фантомный народ демонстрирует готовность «крепиться и выстоять», «затянуть потуже пояса», умереть, как и сто лет назад, «за Веру, царя и Отечество». «Нас бьют, а мы крепчаем» — вот такой образ народа-мазохиста рисуется на интернет-страничках сытой патриотической общественности, даже и не имеющей представление о том, как там живет, чем болеет, а то и вообще, как выглядит этот, как его там, настоящий народ.

Стараются и социологи своими процентами, демонстрирующие невероятную сплоченность и степень социального согласия в обществе. Но все эти 80-процентные показатели поддержки, согласия, одобрения и лояльности, работают не на познание народа, а на создание все того же фантомного иллюзорного образа «дорогих россиян». Что на самом деле думает народ, что он считает и как живет, все это для формального и официального взора остается неизвестным. Почему? Да потому что для понимания народа важно не первое слово, которое он всегда говорит, как от него требуется, а второе. Для надстроечной общественности, для прослойки, высших слоев обычно достаточно и первого, что там его слушать. А ведь второе слово много глубже и интереснее.

Бытовая сценка — идут по улице два слесаря в спецовках, с инструментами, и один другому говорит: «Ты знаешь, я Родину люблю, но…» Что последовало за этим «но», так и осталось для меня неизвестно, ну ведь не побежишь же вслед подслушивать. А между тем, именно это самое «но», обычно опускаемое (понятно, почему — мы же умные, у нас графики есть, статистика, отчеты, что «темноту» слушать, что она там может наговорить?) всеми нашими социологическими службами, журналистами, политиками — и есть самое главное. В нем весь секрет, оно как символ неуловимости, непознаваемости, неизвестности нашего народа, который при всей своей внешней лояльности, покорности, живет какой-то своей сокрытой, потаенной жизнью и, вероятно, ставит перед собой цели совершенно отличные от тех, что мнятся противоборствующими ныне политическими лагерями.

Как живет народ, «чем люди живы» — вот загадка, над которой стоило бы поразмыслить, потому что вся жизнь народная вот уже больше двух десятков лет течет где-то за пределами всей современной системы образования, культуры и литературы, за пределами официальной идеологии, которой опьяняется народ не больше, чем на пять минут, за пределами телевизора, который, как бы там ни уверяли либералы и «державники», смотрит он вполуха, использует как «бормотунчик», как шум, как сивуху, отвлекающую от раздумий.

У нас нынче принято трагически говорить о народной темноте и необразованности. Очень заботит эта проблема нашу либеральную общественность. Недостаточно промыли мозги для цивилизованной толерантности. Обеспокоились в последнее время и «государственники». Но в необразованности есть и своя светлая сторона. В этой потаенной, самостийной жизни, в этой погруженности в быт и дела свои, в этой апайдеусии хранит народ свое девство и чистоту от всех тех страстей, которыми обуреваема наша «думающая» общественность и которые она ему приписывает. Да и так ли темен и не просветлен народ? Может быть, вдали от всех этих имперских и либеральных ценностей строится и развивается у него какая-то своя, неизведанная нам культура, жизнь, мировоззрение, пристрастия, предпочтения, свое умонастроение, которое рано или поздно выкажет он нам, а мы все будем стоять и, как сто лет назад, рассуждать в духе Розанова, что «народ точно в баню сходил и новой водой окатился».

А это не народ окатился, это мы его прошляпили, проглядели, прошли мимо него со своими привычными уже муляжами «богоносца» и «быдла».

Фото: Александр Кряжев/ РИА Новости

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Игорь Юшков

Ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности

Константин Небытов

Судебный пcихолог

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня