«Виртуальный Киргизстан» в предместьях Петербурга

Приезжие из среднеазиатских республик предпочитают жить у нас своими «кружками»

  
4209
«Виртуальный Киргизстан» в предместьях Петербурга
Фото: Валерий Шарифулин/ ТАСС

В Евросоюзе пытаются совладать с нашествием беженцев из арабских государств, а в России — с потоком мигрантов из СНГ. И если для ЕС бегущие от войны люди, однозначно чужаки, не знающие ни языка, ни традиций тех мест, куда едут, то рвущихся к нам таковыми не назовешь. Все-таки мы жили когда-то вместе в СССР.

Или все-таки чужие? Ведь по данным экспертов, едва ли не половина из них — нелегалы. Не регистрируются, разрешения на работу не имеют, предпочитают «жизнь в подполье». Видимо, опасаются — чего или кого?

Об этом, а также о «виртуальном Киргизстане», «восстании предместий» и не радужных перспективах вполне реального «конфликта культур» говорили в Петербурге участники «круглого стола», собравшего политологов, социологов и специалистов по психологии общения.

Направление дискуссии задал её ведущий, известный в Северной столице писатель и культуролог Андрей Столяров.

«По данным ООН в России сейчас не менее 11 миллионов мигрантов, — сказал Андрей Михайлович. —  И, по тем же данным, мы занимаем 2 место в мире по количеству принимаемых мигрантов. На первом традиционно Соединенные Штаты. Что не удивительно, ведь США — страна мигрантов, так сложилось исторически. И там давно выработан механизм превращения прибывающих к ним чужеземцев в «коренных» граждан. У России такого механизма нет. Что, безусловно, сказывается.

У нас эту проблему, как мне кажется, сильно недооценивают. Полагая, видимо, что она решится сама собой. Например, оттоком трудовой миграции. Забывая о том, что без неё в современном мире не обойтись. Ведь как только та или иная страна выходит на более-менее приличный экономический уровень развития, в ней увеличивается продолжительность жизни, при этом резко падает рождаемость, количество трудоспособного, и вообще населения как такового уменьшается. Кому работать? В России коэффициент рождаемости составляет сейчас 1,7. То есть, в среднестатистической российской семье менее двух детей. Что явно недостаточно даже для простого воспроизводства".

«СП»: — Из этого вы делаете вывод, что без трудовых мигрантов не обойтись? А как же не столь по историческим меркам давние времена СССР? О мигрантах в ту пору и речи не было.

 — Тогда была внутренняя миграция. В большие города, прежде всего, в Москву и Ленинград приезжало немало выходцев из республик Средней Азии, с Кавказа. В меньшей степени из Украины, Молдавии, Белоруссии. Это не бросалось в глаза, не резало слух, так как приезжающие худо-бедно, но русским языком владели. Учили его в школе, знали, что может пригодиться, рассчитывали вписаться в русскоязычную среду. Сейчас качество миграции сильно изменилось. Выходцы из тех же среднеазиатских республик желания «вписаться» не имеют, язык часто знать не хотят, как и особенности российской культуры. Едут исключительно ради заработка. Предпочитая при этом жить на временной для себя территории своим изолированным миром.

«СП»: — Так было в 1990-е в европейских государствах. Прибывающие, к примеру, во Францию африканцы из бывших французских колоний изначально селились там «кучками», образовывая стихийные узконациональные колонии…

— Именно! Что довольно быстро привело там к всплеску преступности и другим проблемам. Французское правительство упустило ситуацию из-под контроля. Что вылилось в так называемую «войну предместий», вспыхнувшую в стране в 2005 году. На улицы вышли преимущественно повзрослевшие дети мигрантов. Они громили магазины, разбивали машины, припаркованные на улицах, строили баррикады. Погромы были по всей стране. Подавить их удалось с большим трудом. Подавить, но не решить проблему. Спустя два года, в 2007-м, во Франции снова полыхнуло. В августе 2011 года погромы прошли в Лондоне. Не думаю, что на этом все закончилось.

Беда в том, что мы в России идем сейчас этим же — европейским — путем. Дошли уже до того, что мигранты стали образовывать в наших городах свои территориальные объединения. В ЕС — «турецкие кварталы», «арабские», «албанские». У нас, в Петербурге, «виртуальный Киргизстан». Слышали о таком?

«СП»: — Как я поняла, речь о некоем закрытом клубе для выходцев из среднеазиатских республик?

 — Так питерцы называют целую сеть клубов, в том числе, спортивных, а также кафе, молелен, куда допускаются лишь свои, то есть узбеки, таджики, киргизы. Они консолидируют определенную этническую группу, которой нет дела до наших правил, традиций, устоев. Мы эти кафе и клубы зачастую даже не видим, они действуют нередко на какой-нибудь съемной квартире. Но рано или поздно, если продолжать не замечать их, заявят о себе в полный голос.

«СП»: — Вы говорите, Европа поплатилась из-за попустительства приезжим. Но, насколько я знаю, там было разработано немало специальных программ, призванных помочь мигрантам адаптироваться в новой для них стране. У нас таких программ ещё недавно точно не было!

— Действительно, в течение десяти-пятнадцати лет Европа разрабатывала разнообразные программы, которые должны были помочь «чужакам» влиться в культуру принимающих их стран, включиться в европейскую жизнь. Но не так давно выяснилось, что все эти программы не работают. Или, точнее, работают совсем не так, как предполагалось, влияя разве что на самих европейцев, но не на приезжих. Трудовые мигранты просто не обращают на них внимания. Этнические сообщества продолжают обособляться. На границах таких обособлений с местными неизменно возникают конфликты. Они идут практически непрерывно. Если в России подобного ещё не случилось, то лишь потому, что мы традиционно отстаем от Европы по всем жизненно важным показателям. В том числе, и в отношениях с трудовыми мигрантами. Так что наше будущее видится мне невеселым. Хотя оно и не является неизбежным.

Не со всем из сказанного Андреем Столяровым согласился заведующий кафедрой психологии и педагогики Петербургского государственного университета культуры и искусств Валерий Голянич. Он признался, что считает себя оптимистом, это помогает ему иначе видеть проблему и пути её решения.

— Трудовая миграция у нас разнородная. Есть те, кто приезжает на короткие сроки — от трех до шести месяцев, исключительно на заработки. И потом либо уже не возвращается, либо вновь приезжает, чтобы недолго потрудиться. Но часть мигрантов, чисто профессиональный уровень которых постоянно растет, на каком-то этапе решают остаться в России. Привлекает их качество жизни в некоторых крупных российских городах, несоизмеримо более высокое, чем в их аулах. Потому привозят сюда свои семьи, пытаются освоиться. Отсюда вывод: работодателю необходимо направлять своё внимание именно на таких вот мигрантов. И в особенности на их подрастающих детей. Те ведь идут учиться в российские школы. Значит, нужна соответствующая, хорошо продуманная система образования, которая бы предполагала учет межнациональных отношений, этнических и психологических особенностей приезжих, и т. д.

«СП»: — Вы говорите о создании некой новой системы обучения в наших школах?

 — Я имею в виду и начальное, и среднее, и высшее образование в России. Поскольку мигрантов все больше, просто необходимо вводить дисциплины, которые бы позволяли нам лучше понимать друг друга, узнавать возможности приезжих, учиться управлять возможными конфликтными ситуациями. Важно не осознание того, что мы разные, а взаимное приятие этой самой разности. В нашей стране всегда жили и нормально сосуществовали представители разных этносов и религий. И в этом смысле мы в лучшую сторону отличаемся и от Европы, и от США. Хотя, конечно, опыт заокеанской «страны иммигрантов» мог бы быть для нас полезным.

«СП»: — В согласны с тезисом Андрея Столярова о неизбежности конфликтов местного населения с мигрантами?

— Конфликты, безусловно, были, есть и, наверное, будут. Они могут иметь как религиозную, так и этническую основу. Вопрос в том, как решить данную вполне реальную проблему. Решать надо абсолютно точно, не тогда, когда она уже заявила о себе. Причем, на уровне государства. Которое должно предусмотреть подготовку специалистов по межнациональным конфликтам среди госслужащих. В каждом органе власти на местах должны быть такие специалисты. Задача не в том, чтобы оградить себя от приезжих, а чтобы совместно с ними строить свое мирное будущее.

Свою точку зрения высказала на дискуссии также Мария Мацкевич, старший научный сотрудник Социологического института РАН.

— Неправильно говорить, что Россия — «привлекательная для мигрантов страна». Мы привлекательны преимущественно для республик Средней Азии. Вообще, для бывших своих соотечественников по СССР. По экспертным оценкам, 85% нынешней трудовой миграции — выходцы из СНГ. В чем есть как свои «плюсы», так и свои «минусы». Из плюсов я бы отметила общую для нас с приезжающими социализацию. Что имеется в виду? Схожий стиль и принципы жизненного уклада. Отношение к языку. Большинство «российских» мигрантов могут объясняться на русском. В этом их преимущество перед теми, кто переезжает, к примеру, из Африки в Нидерланды.

Да, не всегда приезжие хотят включаться в нашу жизнь, предпочитая жить своим «кружком». Но тут процесс двухсторонний: и местные иной раз не хотят общаться с мигрантами, препятствуя их интеграции в свою среду.

«СП»: — Препятствуют часто из-за того, что видят, как приезжие, не имея зачастую ни образования, ни рабочей квалификации, быстро находят работу, неплохо зарабатывают, лишая тем самым их самих законного права на труд.

— Один из способов, которые мигранты полностью перенимают у нас же самих, это мздоимство. Такая ситуация сложилась, в частности, со сдачей экзамена по русскому языку, без которого на работу их теперь не должны принимать. В Москве требования несколько упрощенные по сравнению с общероссийскими, а сдача экзамена стоит 1000 рублей. Так вот, облегченный столичный экзамен не выдержали 17%. А в целом по России, где его стоимость составляет 5 000 рублей, всего 3%. Думаю, всем понятно, как такое может получиться? То есть, мигрантов встречают вполне сложившимися практиками. Они эту практику принимают. И за это же их, как источник коррупции, не любят. Что, мне кажется, не совсем справедливо.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Константин Сивков

Военный эксперт, член-корреспондент Российской академии ракетных и артиллерийских наук

Олег Смирнов

Заслуженный пилот СССР

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
10 лет Свободной Прессе
Сергей Обухов
Сергей Обухов

Для меня «Свободная пресса» — одно из топовых федеральных изданий. Ее манера подачи информации, проверки фактов, сопоставления точек зрения задает высокий стандарт аналитики. На фоне деградирующей политической журналистики в России издание, можно сказать, стоит маяком.

В любом случае, коллективу удачи. Не снижать планку и развиваться — в том числе, за счет региональных приложений. И наращивать политический вес!

Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня