Общество

Зачем Медведев ездил к туркменскому президенту

Конечно, не для того, чтобы поприветствовать участников ралли Казань-Ашхабад

  
19

В воскресенье 13 сентября завершились переговоры российского президента Дмитрия Медведева с туркменским коллегой Гурбангулы Бердымухамедовым о возобновлении поставок туркменского газа в Россию. Нет, однако, никакой официальной информации о результатах этих переговоров — в каком объеме Россия готова вновь покупать туркменский газ, по какой цене? Да и помощник президента РФ Сергей Приходько неожиданно заявил, что подобные вопросы на переговорах не ставились.

Из досье «СП»

Поставки туркменского газа в Россию были прерваны в апреле 2009 года, после того, как лопнула труба на участке газопровода САЦ-4. Туркмения возложила ответственность за случившееся на Газпром, который якобы без уведомления резко сократил объемы отбираемого газа. Российский монополист отверг эти обвинения. На воскресных переговорах с Медведевым туркменский президент заявил, что специалисты проводят последнюю техническую проверку поврежденного газопровода, после чего может быть возобновлена его эксплуатация.

— Туркменгаз берет тайм-аут у Газпрома, — сказал Бердымухаммедов, — поскольку проводятся все профилактические и следственные мероприятия.

Прокомментировать встречу двух президентов корреспондент «Свободной Прессы» попросил нашего постоянного эксперта Андрея Мещерина, председателя редакционной коллегии отраслевого журнала «Нефтегазовая Вертикаль».

«СП»: — В сегодняшних СМИ высказываются самые разные оценки встречи российского и туркменского президентов, которые не встречались, кажется, с марта, — от восторженных до скептических. Каково ваше мнение?

— Уверен, встречу следует оценивать как очень позитивное событие для обеих государств. Я имею ввиду не только общепринятую формулу, согласно которой плохой мир лучше хорошей ссоры. Россия с Туркменией очень крупные и давние партнеры по газу. Но сегодня возникли большие проблемы как в межгосударственных отношениях, так и у каждой страны в отдельности. Россия не может реализовать свой газ в Европе в прежних объемах и продажи упали на треть, а Туркмения после апрельской аварии на участке САЦ-4 прекратила вообще поставки газа в Россию. Для обеих стран данная ситуация очень болезненна, поскольку две трети голубого топлива, что добывается в Каракумах, всегда шло в Россию.

«СП»: — Раньше мы уже говорили с вами, что взрыв туркменской газовой трубы в апреле, был очень выгоден Газпрому. Но очевидно, что это лишь временная пауза, возникшая в результате общемирового кризиса. Рано или поздно спрос на «голубое топливо» восстановится в прежних объемах…

— Совершенно верно, и для Газпрома очень важно не растерять к тому времени дивиденды, наработанные с Туркменистаном за многие годы сотрудничества. Ведь согласно энергетической стратегии, принятой в России недавно, наша страна намерена увеличить экспорт газа в ближайшие 20 лет в полтора раза. Но вся проблема в том, что добычу собственного газа за тот же период планируется увеличить лишь на 30 процентов. Поэтому расчет делается на среднеазиатские месторождения. В то же время падение в Европе цен на российское топливо и снижение объемов закупок очень больно ударило по Газпрому, а российский монополист до недавнего времени вынужден был закупать туркменский газ по очень высоким ценам, о которых договорились еще до кризиса. Поставки очень убыточны для Газпрома. Вчерашняя встреча двух президентов говорит об обоюдном желании найти в этот непростой период пути решения накопившихся проблем.

«СП»: — Как вы думаете, они были найдены?

— Думаю, что да. Тут важно понимать, что на встрече двух президентов принимаются политические решения, люди договариваются в принципе — продолжать сотрудничество или нет, а если продолжать, то как искать взаимоприемлемые варианты. Судя по тем заявлениям, которые сделаны, такие договоренности достигнуты. А что касается сроков возобновления поставок и цены за газ — это не вопрос президентов. И очень показательно в этой связи, что в Туркмению приехал не «хозяйственник» Путин и ни глава Газпрома Миллер, а именно Медведев. Теперь, я думаю, в Туркмению отправится Сечин, Миллер, какие-то рабочие группы, которые и станут договариваться о конкретных деталях будущего контракта.

«СП»: — О чем попытается договориться с туркменским коллегой украинский президент Виктор Ющенко, который сегодня прилетает в Ашхабад? Анонсировалось, что Ющенко попытается в очередной раз договориться о прямых поставка туркменского газа на Украину?

— Да, Украина давно мечтает закупать у Туркмении порядка 15 миллиардов кубов газа в год. Но мне кажется, эти планы не очень жизнеспособны, поскольку не существует прямой трубы между двумя странами, а поставки могут осуществляться только через территорию России и по российским трубам. Но учитывая сложные отношения между нашими государствами, рассчитывать на то, что Россия пойдет на такой подарок, очень трудно. Российская сторона наверняка будет против. К тому же Газпрому сегодня некуда девать собственный газ. Поставки на ту же Украину сократились во втором квартале по сравнению с первым в 2,4 раза.

«СП»: — Месяц назад Бердымухамедов пригласил Назарбаева принять участие в торжественной церемонии ввода в строй транснациональной газовой магистрали Туркменистан-Узбекистан-Казахстан-Китай. Завершение работ по строительству данного газопровода ожидается в середине декабря текущего года. В декабре же Бердымухамедов пригласил еще и своего иранского коллегу Ахмадинеджада посетить Ашхабад и поучаствовать в торжественном вводе в строй газопровода Довлетабат-Серахс-Хангеран, по которому туркменский газ начнет поставляться в Иран. Не означает ли это, что вынужденную паузу в отношениях России и Туркменистана заполняют третьи страны?

— Не стану отрицать, что эти два события в определенной степени подтолкнули Медведева на визит, но не думаю, что названные проекты смогут серьезно повлиять на договоренности с Россией. Слишком несущественны объемы этих поставок — что в Китай, что в Иран. Рассматривать эти газопроводы, как альтернативу российским — не правильно. Например, в следующем году в Китай пойдет лишь четыре с половиной миллиарда кубометров туркменского газа. К концу 2010 года будет построена вторая ветка и тогда объемы вырастут до 9 миллиардов. Только к концу 2013-го планируется выйти на объем в 30 миллиардов кубов. Россия же еще до кризиса договорилась с Туркменией о закупках 50 миллиардов ежегодно. К тому же Китай инвестировал три миллиарда долларов на разработку месторождения газа Южный Иолотань в Туркмении — по запасам оно, как утверждают западные эксперты, сопоставимо с российским Штокманом. Весь газ, который там будет добываться — 17 миллиардов кубов в год — пойдет в Китай. И лишь оставшиеся 13 миллиардов будут браться из иных месторождений. Но это в отдаленной перспективе. Не стоит забывать, что Туркмения обладает пятыми в мире запасами газа, и добыча его будет из года в год наращиваться.

Показательно также, что в присутствие Медведева и Бердымухамедова было подписано соглашение о разделе продукции при разработке так называемого морского блока № 21 на Каспии. Российская компания Итера билась за это соглашение около трех лет. Теперь оно подписано, и данный факт можно расценивать, как жест доброй воли со стороны Туркмении.

«СП»: — Говоря о цене туркменского газа, Бердымухаммедов заявил, что она «будет идти по формуле». Какая именно формула будет использоваться, президент Туркмении не уточнил.

— Думаю, будет пересмотрена старая формула оплаты газа. Формула эта рассчитывалась исходя из цен на нефть нефтепродукты за некий прошлый период. Сейчас в отношения России с Туркменистаном, вероятно, начнет действовать иная формула — цены поставок предлагается привязать к реальным ценам на газ в Европе. Видимо кризис показал, что старая формула очень негибкая и дала сбой — цены на нефть упали, а газ продолжал продаваться по максимальной цене. В результате, на европейском рынке Россию стали обходить конкуренты, которые предлагали голубое топливо по меньшей цене. Формулу цены на поставки российского газа в Европу изменить вряд ли возможно — это долгосрочные контракты. А вот оперативно найти справедливое решение по туркменскому газу вполне реально. Встреча двух президентов, как мне кажется, сняла политические препятствия для таких договоренностей. Остальное — дело техники.

Из досье «СП»

Довлетабат-Серахс-Хангеран — общая протяженность нового газопровода 30,5 км, диаметр трубы — 1020 мм. Он берет начало с крупнейшего туркменского месторождения Довлетабат. Проектная мощность — 12,5 млрд кубометров газа в год. Цена, по которой Туркмения намерена продавать газ Ирану, не называется.

Довлетабатское месторождение — разработано газовиками СССР во главе с В. Черномырдиным и Р.Вяхиревым. Именно отсюда газ традиционно экспортировался в Россию в объеме 30−42 млрд кубометров в год.

Корпедже-Курт-Куи — трубопровод, по которому в Иран уже качается туркменский газ в объеме 8 млрд кубометров.

Газопровод Туркменистан-Узбекистан-Казахстан-Китай — длинна более чем 7 тысяч километров. Диаметр трубы 42 дюйма. В Центральной Азии самый протяженный участок газопровода — в 1300 км с пятью компрессорными станциями — будет проложен от узбекско-казахстанской до казахстанско-китайской границы. Сырьевой базой для поставок должно стать туркменское месторождение Самандепе, разрабатываемое CNPC. Потенциал этого месторождения оценивается как очень высокий, но эти оценки прогнозные. Источник казахстанского «вклада в трубу» тоже покрыт полным туманом и даже в большей степени, чем туркменский. По крайней мере, сейчас «свободных» 10 млрд. кубометров в Казахстане нет.

Фото [*]

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Трухачёв

Политолог

Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня