18+
суббота, 22 июля
Общество

Зачем Медведев ездил к туркменскому президенту

Конечно, не для того, чтобы поприветствовать участников ралли Казань-Ашхабад

  
17

В воскресенье 13 сентября завершились переговоры российского президента Дмитрия Медведева с туркменским коллегой Гурбангулы Бердымухамедовым о возобновлении поставок туркменского газа в Россию. Нет, однако, никакой официальной информации о результатах этих переговоров — в каком объеме Россия готова вновь покупать туркменский газ, по какой цене? Да и помощник президента РФ Сергей Приходько неожиданно заявил, что подобные вопросы на переговорах не ставились.

Из досье «СП»

Поставки туркменского газа в Россию были прерваны в апреле 2009 года, после того, как лопнула труба на участке газопровода САЦ-4. Туркмения возложила ответственность за случившееся на Газпром, который якобы без уведомления резко сократил объемы отбираемого газа. Российский монополист отверг эти обвинения. На воскресных переговорах с Медведевым туркменский президент заявил, что специалисты проводят последнюю техническую проверку поврежденного газопровода, после чего может быть возобновлена его эксплуатация.

— Туркменгаз берет тайм-аут у Газпрома, — сказал Бердымухаммедов, — поскольку проводятся все профилактические и следственные мероприятия.

Прокомментировать встречу двух президентов корреспондент «Свободной Прессы» попросил нашего постоянного эксперта Андрея Мещерина, председателя редакционной коллегии отраслевого журнала «Нефтегазовая Вертикаль».

«СП»: — В сегодняшних СМИ высказываются самые разные оценки встречи российского и туркменского президентов, которые не встречались, кажется, с марта, — от восторженных до скептических. Каково ваше мнение?

— Уверен, встречу следует оценивать как очень позитивное событие для обеих государств. Я имею ввиду не только общепринятую формулу, согласно которой плохой мир лучше хорошей ссоры. Россия с Туркменией очень крупные и давние партнеры по газу. Но сегодня возникли большие проблемы как в межгосударственных отношениях, так и у каждой страны в отдельности. Россия не может реализовать свой газ в Европе в прежних объемах и продажи упали на треть, а Туркмения после апрельской аварии на участке САЦ-4 прекратила вообще поставки газа в Россию. Для обеих стран данная ситуация очень болезненна, поскольку две трети голубого топлива, что добывается в Каракумах, всегда шло в Россию.

«СП»: — Раньше мы уже говорили с вами, что взрыв туркменской газовой трубы в апреле, был очень выгоден Газпрому. Но очевидно, что это лишь временная пауза, возникшая в результате общемирового кризиса. Рано или поздно спрос на «голубое топливо» восстановится в прежних объемах…

— Совершенно верно, и для Газпрома очень важно не растерять к тому времени дивиденды, наработанные с Туркменистаном за многие годы сотрудничества. Ведь согласно энергетической стратегии, принятой в России недавно, наша страна намерена увеличить экспорт газа в ближайшие 20 лет в полтора раза. Но вся проблема в том, что добычу собственного газа за тот же период планируется увеличить лишь на 30 процентов. Поэтому расчет делается на среднеазиатские месторождения. В то же время падение в Европе цен на российское топливо и снижение объемов закупок очень больно ударило по Газпрому, а российский монополист до недавнего времени вынужден был закупать туркменский газ по очень высоким ценам, о которых договорились еще до кризиса. Поставки очень убыточны для Газпрома. Вчерашняя встреча двух президентов говорит об обоюдном желании найти в этот непростой период пути решения накопившихся проблем.

«СП»: — Как вы думаете, они были найдены?

— Думаю, что да. Тут важно понимать, что на встрече двух президентов принимаются политические решения, люди договариваются в принципе — продолжать сотрудничество или нет, а если продолжать, то как искать взаимоприемлемые варианты. Судя по тем заявлениям, которые сделаны, такие договоренности достигнуты. А что касается сроков возобновления поставок и цены за газ — это не вопрос президентов. И очень показательно в этой связи, что в Туркмению приехал не «хозяйственник» Путин и ни глава Газпрома Миллер, а именно Медведев. Теперь, я думаю, в Туркмению отправится Сечин, Миллер, какие-то рабочие группы, которые и станут договариваться о конкретных деталях будущего контракта.

«СП»: — О чем попытается договориться с туркменским коллегой украинский президент Виктор Ющенко, который сегодня прилетает в Ашхабад? Анонсировалось, что Ющенко попытается в очередной раз договориться о прямых поставка туркменского газа на Украину?

— Да, Украина давно мечтает закупать у Туркмении порядка 15 миллиардов кубов газа в год. Но мне кажется, эти планы не очень жизнеспособны, поскольку не существует прямой трубы между двумя странами, а поставки могут осуществляться только через территорию России и по российским трубам. Но учитывая сложные отношения между нашими государствами, рассчитывать на то, что Россия пойдет на такой подарок, очень трудно. Российская сторона наверняка будет против. К тому же Газпрому сегодня некуда девать собственный газ. Поставки на ту же Украину сократились во втором квартале по сравнению с первым в 2,4 раза.

«СП»: — Месяц назад Бердымухамедов пригласил Назарбаева принять участие в торжественной церемонии ввода в строй транснациональной газовой магистрали Туркменистан-Узбекистан-Казахстан-Китай. Завершение работ по строительству данного газопровода ожидается в середине декабря текущего года. В декабре же Бердымухамедов пригласил еще и своего иранского коллегу Ахмадинеджада посетить Ашхабад и поучаствовать в торжественном вводе в строй газопровода Довлетабат-Серахс-Хангеран, по которому туркменский газ начнет поставляться в Иран. Не означает ли это, что вынужденную паузу в отношениях России и Туркменистана заполняют третьи страны?

— Не стану отрицать, что эти два события в определенной степени подтолкнули Медведева на визит, но не думаю, что названные проекты смогут серьезно повлиять на договоренности с Россией. Слишком несущественны объемы этих поставок — что в Китай, что в Иран. Рассматривать эти газопроводы, как альтернативу российским — не правильно. Например, в следующем году в Китай пойдет лишь четыре с половиной миллиарда кубометров туркменского газа. К концу 2010 года будет построена вторая ветка и тогда объемы вырастут до 9 миллиардов. Только к концу 2013-го планируется выйти на объем в 30 миллиардов кубов. Россия же еще до кризиса договорилась с Туркменией о закупках 50 миллиардов ежегодно. К тому же Китай инвестировал три миллиарда долларов на разработку месторождения газа Южный Иолотань в Туркмении — по запасам оно, как утверждают западные эксперты, сопоставимо с российским Штокманом. Весь газ, который там будет добываться — 17 миллиардов кубов в год — пойдет в Китай. И лишь оставшиеся 13 миллиардов будут браться из иных месторождений. Но это в отдаленной перспективе. Не стоит забывать, что Туркмения обладает пятыми в мире запасами газа, и добыча его будет из года в год наращиваться.

Показательно также, что в присутствие Медведева и Бердымухамедова было подписано соглашение о разделе продукции при разработке так называемого морского блока № 21 на Каспии. Российская компания Итера билась за это соглашение около трех лет. Теперь оно подписано, и данный факт можно расценивать, как жест доброй воли со стороны Туркмении.

«СП»: — Говоря о цене туркменского газа, Бердымухаммедов заявил, что она «будет идти по формуле». Какая именно формула будет использоваться, президент Туркмении не уточнил.

— Думаю, будет пересмотрена старая формула оплаты газа. Формула эта рассчитывалась исходя из цен на нефть нефтепродукты за некий прошлый период. Сейчас в отношения России с Туркменистаном, вероятно, начнет действовать иная формула — цены поставок предлагается привязать к реальным ценам на газ в Европе. Видимо кризис показал, что старая формула очень негибкая и дала сбой — цены на нефть упали, а газ продолжал продаваться по максимальной цене. В результате, на европейском рынке Россию стали обходить конкуренты, которые предлагали голубое топливо по меньшей цене. Формулу цены на поставки российского газа в Европу изменить вряд ли возможно — это долгосрочные контракты. А вот оперативно найти справедливое решение по туркменскому газу вполне реально. Встреча двух президентов, как мне кажется, сняла политические препятствия для таких договоренностей. Остальное — дело техники.

Из досье «СП»

Довлетабат-Серахс-Хангеран — общая протяженность нового газопровода 30,5 км, диаметр трубы — 1020 мм. Он берет начало с крупнейшего туркменского месторождения Довлетабат. Проектная мощность — 12,5 млрд кубометров газа в год. Цена, по которой Туркмения намерена продавать газ Ирану, не называется.

Довлетабатское месторождение — разработано газовиками СССР во главе с В. Черномырдиным и Р.Вяхиревым. Именно отсюда газ традиционно экспортировался в Россию в объеме 30−42 млрд кубометров в год.

Корпедже-Курт-Куи — трубопровод, по которому в Иран уже качается туркменский газ в объеме 8 млрд кубометров.

Газопровод Туркменистан-Узбекистан-Казахстан-Китай — длинна более чем 7 тысяч километров. Диаметр трубы 42 дюйма. В Центральной Азии самый протяженный участок газопровода — в 1300 км с пятью компрессорными станциями — будет проложен от узбекско-казахстанской до казахстанско-китайской границы. Сырьевой базой для поставок должно стать туркменское месторождение Самандепе, разрабатываемое CNPC. Потенциал этого месторождения оценивается как очень высокий, но эти оценки прогнозные. Источник казахстанского «вклада в трубу» тоже покрыт полным туманом и даже в большей степени, чем туркменский. По крайней мере, сейчас «свободных» 10 млрд. кубометров в Казахстане нет.

Фото [*]

СМИ2
24СМИ
Рамблер/новости
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
СМИ2
24СМИ
Рамблер/новости
Лентаинформ
Медиаметрикс
НСН
Жэньминь Жибао
Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня