Общество

«Умею я многое»

Почему детдомовцы, которые успешны в жизни, сегодня большая редкость

  
1182
Роспись детской больницы
Роспись детской больницы (Фото: предоставлено автором)

Для тех, кто погружен в детдомовскую проблематику, эти цифры как таблица умножения, выучены наизусть. 45% бывших детдомовцев попадают в тюрьму, 35% спиваются, 10% погибают и только 10% адаптируются в жизни. Только на первый взгляд эта цифра выглядит ужасающе.

Государство в последние годы реально занималось и занимается детскими домами (особенно в Москве). В результате эти учреждения имеют хорошую материальную базу, а сами детдомовцы обеспечены всем необходимым. Они даже имеют такие вещи, которые могут себе позволить не все дети в семье. Плюс различные материальные преференции и льготы после выпуска из детского дома.

Все бы ничего, но в итоге в головах подростков, не имеющих жизненного опыта, укореняются иждивенческие настроения. А с учетом того, что выпускники практически социально не адаптированы, и большинство из них имеет букет самых разных заболеваний, в том числе и психических, 10% звучит почти оптимистично. На самом деле цифра, приспособившихся к новой другой жизни, в разы меньше. Просто эти выпускники детских домов пока находятся вне поля зрения правоохранительных органов.

Поэтому детдомовцы, которые не только приспособились к новой жизни, но и успешны в ней, сегодня большая редкость.

Сания Испергенова. Казашка по национальности, русская по образу жизни, вере и традициям. Москвичка. Мать ее родила в столичном роддоме, там же и оставила. В отличие от других детдомовцев, которым пришлось поменять не одно казенное учреждение, Сании «повезло»:

—  Как родители оставили, с рождения живу в Москве. Сначала был Дом ребенка, потом детский дом № 48, — рассказывает она о своем «везении».

Сания вроде бы типичная детдомовка с минимумом житейских навыков. Когда получила квартиру от государства, не знала, как включить газовую плиту или куда обратиться, когда потекла крыша. Да и в самом детдоме была почти как все. Ходила в кружки секции-секции, в переходном возрасте захотелось найти мать. Но в этой типичности был один большой минус, который, возможно, во многом и предопределил ее судьбу.

Посещала Сания многочисленные кружки и секции с одной целью. Свести до минимума общение с воспитательницей, с которой не складывались отношения.

Мать искала через «Одноклассников». Нашла, но разговора не получилось. Позже в тех же «Одноклассниках» встретила свою двоюродную сестру. Помогла общая и достаточно редкая фамилия. Та сообщила, что мать Сании рассказывала, что не рожала ее, а только дала свой паспорт для оформления ребенка. Вряд ли такая легенда выглядела убедительной.

— Это был переломный момент. Мне — 17 лет. Я так надеялась на встречу с матерью. Вместо встречи — разочарование. Не знаю, на что надеялась. Просто хотела ее увидеть и все. У меня не было какого-то желания быть чей-то дочерью. Я понимала, что у меня своя жизнь. У нее своя, у нее семья. Мне все стало понятно. Спасибо, что хоть не выкинули на помойку. Я «забила» на мать. После этого целую ночь ходила гуляла. Думала, почему так происходит? Решила плюнуть и брать от жизни все. Не жаловаться на жизнь, а удивляться, интересоваться. Воспользоваться шансом и не стесняться, когда предлагают что-то. Это возможность что-то новое вобрать в себя… Я на ласки не куплюсь. Меня никто и никогда не ласкал в детстве.

Я так до конца и не понял, какой смысл она вкладывает в фразу «брать от жизни все». Но в чем ей точно не откажешь, так это в целеустремленности и упорстве в достижении цели.

Параллельно с «кружками — секциями» начала рисовать. Сначала рисовала по заданиям преподавателя. Потом появились свои цветочки — бабочки. Именно в это время она в детском доме встречает педагога, который для нее становится близким человеком.

— Я была замкнутым и стеснительным человеком. Отношение к нам в Доме ребенка оставляло желать лучшего. За каждый неверный шаг наказывали и ругали. Чтобы не наказали, лучше лишний раз ничего не спрашивать. Так я и росла: боялась что — либо у кого-нибудь спросить, боялась сделать что-то не так. Это не могло не сказаться на всей последующей жизни.

Я познакомилась с этим педагогом в лагере. Потом, когда вернулись, стала заходить к ней на переменах. Посижу молча, и уйду. Потом разговорились. Мне интересно с ней общаться. Я не знаю, чем она зацепила. Спрашивала, как дела. Я сначала молчала, потом стала отвечать.

В это же время она принимает решение серьезно заняться с живописью. Два последних учебных года ездила на подготовительные курсы в колледж. Затем в него поступила, и окончила с отличием в 2014 году. Сейчас учится в институте леса на ландшафтного архитектора.

В отличие от многих других выпускников детских домов Сания деньги не транжирила. Сначала умудрялась жить на стипендию, потом появились первые заработки. У нее стали покупать картины.

— Сначала просто дарила картины. Потом знакомая говорит, что у нее есть дяденька, который может купить мою картину. Он сказал, пусть нарисует за 10 тысяч. Я нарисовала, он заплатил 20 тысяч. Потом еще заказал. Понял, что я не просто бедненькая девочка. Есть картины, которые мне не нравятся, а их покупают.

Мне сложно оценить достоинства или недостатки ее картин. Но почти знаю наверняка, что ее картины сделали то, что ей самой в силу своего характера трудно было сделать. Знакомиться с новыми людьми. Новые знакомства — новые перспективы.

После окончания колледжа постоянной работы у нее не было. Для устройства на работу по специальности нужна самая «малость». Опыт работы. А где его взять, когда тебе всего двадцать лет.

Перед Новым годом в ее детский дом № 48, где она росла, в очередной раз приехали сотрудники благотворительного фонда «Арифметика добра». Фонд сотрудничает с этим образовательным учреждением больше года. В детском доме было вывешено несколько ее картин, которые заинтересовали сотрудников фонда. Узнав о Сании, решили помочь молодой и талантливой художнице. Фонд помогает реализовывать прекрасные работы Сании. Девушке выплачивается постоянное денежное вознаграждение. «Арифметика добра» также взяла на себя оплату учебы в институте. Появились новые жизненные и профессиональные перспективы.

Сания не страдает манией величия, но в то же время знает себе цену.

— Рада, что у меня все складывается именно так. Учиться там, где хочу. Работать там, где хочу. Я не считаю, что у меня есть талант. То, что я умею — результат моей усидчивости, трудолюбия. Умею я многое. Могу быть художником, преподавателем, дизайнером. Хотела бы еще выучиться на архитектора.

Человек она, безусловно, неоднозначный и местами противоречивый. Это нормально. Однозначные и непротиворечивые — люди скучные и неинтересные. Помимо своей профессиональной реализации, она хочет иметь то, чего никогда не имела в своей жизни. Семью.

— Хочу иметь свою семью, чтобы у меня было трое детей, чтобы была большая семья, свой дом.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня