18+
четверг, 30 марта
Общество

Михаил Горбачев: Через 20 лет Россия опять лишена свободы выбора

В Санкт-Петербурге открылась выставка памяти Раисы Горбачевой, но в интервью «СП» супруг говорил не только о прошлом, еще о настоящем и будущем

  
32

В Музей политической истории России в Петербурге пришел первый президент СССР и посмотрел фотографии из… собственного семейного альбома. В музее открылась выставка «Раиса», приуроченная к 10-летию со дня смерти супруги первого советского президента. Большая часть представленных материалов — из семейного архива. Открыли экспозицию Михаил Горбачев, его дочь Ирина и внучка Настя.

— Я даже не знал, что здесь у вас фотокамера из Фороса и записи той речи, которую я в форосские дни произносил с тем, чтобы ее передали на свободу из тех застенков, — сказал взволновавшийся Михаил Сергеевич перед открытием. — Этой выставкой начинается целая серия акций, посвященных памяти Раисы. Она умерла 20 сентября, под утро. Мы будем молиться за нее в Новодевичьем соборе.

Далее вдовец Горбачев погрузился в нелегкие воспоминания.

— Говорить о Раисе всегда очень трудно, — сказал он. — Мне повезло, что она была моей женой, хотя она всегда доказывала обратное, а я не соглашался. Я думаю, когда мы встретимся с ней, бесконечный этот спор продолжим.

После открытия вернисажа, Михаил Горбачев ответил на вопросы корреспондента «Свободной Прессы».

«СП»: — Михаил Сергеевич, выставка, на мой взгляд, очень камерная и душевная. Раскрывает ли она личность человека, которому посвящена?

— Да, выставка меня очень растрогала. Я вообще все это тяжело переношу. Но очень хорошо все показано и профессионально сделано. Знаете, в экспозиции присутствует та духовность, которая так нам, россиянам, сегодня необходима.

«СП»: — Что среди экспонатов, для вас самое ценное, самое дорогое?

— Все, все, все… Особенно кинокамера из Фороса и магнитофонная пленка, которую мы записывали по ночам с требованием увести войска из Москвы и предоставить мне президентский самолет для вылета. Это были страшные дни! 72 часа. Быть или не быть! И нашим людям надо сказать спасибо, они в беде не оставляют. Москва встала на защиту. Почувствовали это и солдаты, и генералы и не пошли выполнять приказ брать Белый дом. Следует в этом случае сказать хорошие слова и в адрес Бориса Ельцина — за его смелость, решимость, хотя он тоже тогда колебался. Но тем не менее, он молодец, удержал страну от кровопролития. И в общем неизвестно тогда было, чем все кончится… Выставка обо всем этом напоминает. Вот фото Раисы, которая только спустилась по трапу самолета — такой фотографии больше нигде нет, она просто страшная! Мало кто знает, что у нее во время перелета из Фороса в Москву произошел микроинсульт и рука отнялась, после этого она пошла по больницам. Срыв был колоссальный. Но лучше не развивать эту тему, очень тяжело вспоминать…

«СП»: — Что для вас была ваша семья?

— Я горд своей семьей! Когда в Форос приехала какая-то непонятная делегация, я попытался выяснить в Москве — кто они, ведь я не приглашал никого. И вдруг выяснилось, что все телефоны отключены. Меня много об этом спрашивают: ну как же, у вас же был самолет… Последний мой разговор был с помощником, когда за его спиной уже стоят офицеры: «Кончайте, кончайте!» Помощник говорит: «Подождите, я же с президентом разговариваю!» В ответ команда: «Выключайте!» Все оборвалось и начались эти страшенные 72 часа. Но им же надо было доказать миру и гражданам страны, что они не врут. А что значит доказать? Значит привести меня, мягко выражаясь, в нерабочее состояние. Мы это прекрасно понимали и Раиса просто вся… Она после этого начала меня прятать куда-то. Я ее успокаивал, шел за ней и говорил: «Хорошо, спрячь, куда ты хочешь меня спрятать?» Одна за другой фотографии напоминают о тех тяжелых днях. Но и о радостных тоже. Вот посмотрите: Раиса молодая, на руках Ирина маленькая, сколько там ей — несколько месяцев.

«СП»: — Михаил Сергеевич, можно сказать, что ваша жизнь была посвящена Раисе Максимовне, а ее — вам?

— Да. Меня все спрашивают: что главное в отношениях между мужчиной и женщиной? Да то, что они — мужчина и женщина. Это главное! Они ищут и находят друг друга, вернее, если это удалось — они счастливы навсегда. Нам повезло, мы с Раисой верили друг другу. Поэтому я говорю: мне повезло.

«СП»: — О чем-нибудь жалеете в своей работе?

— О многом! Я пишу сейчас книжку, уже пятьсот страниц надиктовал, но добрался пока до избрания меня президентом. Но все вспомнить невозможно… Много было сделано упущений. Гигантский труд — реформирование такой страны, как наша. Все религии присутствовали, более ста наций и национальностей, десять тысяч километров протяженность… Как ею управлять? История известно какая — и кровавая, и счастливая… Все было. И все подталкивало к насилию. Сколько раз мне говорили: «Михаил Сергеевич, да ударьте вы их, да ударьте!» Но ведь тыщу лет ударяли, сколько миллионов погибло! Весь Петербург на крови построен…

«СП»: — Как вы назовете свою будущую книгу?

— Условно пока назвал, но привыкаю к названию: «Наедине с собой».

«СП»: — Что в сегодняшней России вам не нравится больше всего?

— Многое. Я был очень удовлетворен первым периодом президентства Владимира Владимировича Путина и поддерживал его, особенно за границей. Когда надо было остановить процесс развала и деградации страны, которая разрушенная лежала в хаосе — он сделал это и этого хватит на всю жизнь, на всю историю, сколько Россия будет существовать. А дальше… Уверен, что и у Путина хватает таких советчиков, которые подбрасывают идеи: «Надо ударить, надо прижать тех, этих!» Нет! Надо людям доверять, верить, любить их! Любить! Не надо сюсюкать. Кстати, мы с Раисой мало говорили о любви и совсем не сюсюкали. Но она для меня и я для нее были незаменимыми, мы не мыслили друг без друга нашу жизнь. Так и тут надо.

«СП»: — Еще остался шанс все исправить?

— Я не думаю, что шансы упущены, но надо делать все вместе, через объединение. Вот все говорят — а как объединять? Через свободу! Через свободу слова, диалог. Во-вторых, надо давать возможность выбирать! Уже весь Петербург перевезли в Москву! Сегодня мне сказали, что Петербург метут дворники из Азии. Значит, они уже и дворников забрали? Это не то, не то, не то!.. Надо все-таки объединять людей, они пойдут, они верят Путину. Плохая сейчас у нас избирательная система, и ее продолжают ухудшать, чтобы «Единую Россию» сделать властелином страны. Вот с этого надо начинать — дать действительную свободу выбора. Незаменимых людей нет.

«СП»: — Скоро 20 лет объединению Германии. Правда ли, что тогда английское правительство давило на вас и не хотело объединения?

— Нешуточные страсти кипели вокруг германской проблемы. Ведь символом и фактором раскола мира была разъединенная Германия. И вот июнь 1990 года. Я приехал с ответным визитом в Германию. Когда нас с Колем спросили об объединении Германии, я отвечал (и он присоединился к моим словам), что германский узел возможно развязать не раньше XXI века. Я уехал, а через три месяца берлинская стена рухнула. Такие мы предсказатели. Меня утешало только одно — в самом начале 17-го, когда Ленин еще сидел в библиотеке Цюриха, ему задали вопрос: когда в России совершится революция в России? Он ответил: это дело будущих поколений. Через два месяца грянула февральская революция. Это такие процессы, которые решает только История.

Советский Союз впервые в 1989 году провел самые демократические и свободные выборы — в бюллетенях было от 7 до 27 кандидатов. Пришли к власти совершенно другие люди, другое поколение, с другими взглядами. Мы заявили руководителям Варшавского Договора: вы свободны, также, как и мы, вы независимы, как и мы, вы также принимаете решения и за них отвечаете. Вот так! Я видел на некоторых лицах ухмылки. Мол, знаем мы вас, генеральных секретарей. Вы одно говорите, а другое будете делать. Но мы нигде не вмешались, когда начались демократические процессы. Мы сказали: действуйте, как считаете нужным, мы вам доверяем. Вышло, что страны Восточной Европы стали демократическими, пошли бархатные процессы, революции, смены режимов. И осталась Германия, как прокаженная, проклятая. Немцев это завело. И уже в 1989 году, 9 ноября, рушится стена. А за несколько дней до этого сменили руководство, думали, что будет договор, что может быть финансовый договор, что может быть конфедерация и так далее. И вдруг — все, немцы говорят: сейчас немедленно объединяться! Вышел на улицы народ, сотни тысяч людей по всем городам Восточной Германии и Западной. Стало ясно — само собой не успокоится. Французский президент говорит: мы так любим немцев, что хотим, чтобы у них было две Германии! Все разговоры со мной сводятся к вопросу: что я буду делать? Вскоре я понял, что многие главы европейских стран хотели бы остановить этот объединительный процесс, но… руками Горбачева, руками Советского Союза. О, эта проклятая политика! Когда меня спрашивают о героях тех дней, я отвечаю: два главных героя — немецкий народ и русский…


«Телеса проклятые сдают…»

На церемонии открытии выставки, посвященной своей покойной супруге, Михаил Сергеевич Горбачев сказал:

— Раиса родом из простой семьи, родилась на Алтае, отец строил дороги. А потом ее в Алапаевской школе обучали ленинградские учителя. Она никогда не забывала этого, да и вообще своих учителей всегда помнила. Мы с ней встретились в университете. Все случайно оказалось, но навсегда. Я лучше всех, наверное, ее знаю. Ирина только это оспаривает, она говорит, что знает лучше, потому что мужчины не все понимают. Может, так и есть, я не спорю, это же моя жена и моя дочка. Еще у меня две внучки, Настена сегодня здесь. Настя уже окончила университет и работает в журналистике. А еще я стал прадедом. И через месяц будет год нашей Саше. Видите, все идут юбилеи — печальные, радостные. Семья у нас была чудесная, все любили друг друга, уважали и никогда друг друга не слушали. У нас был расцвет домашней демократии. Раиса Максимовна была за демократию, но управляемую.

Самое главное наследство, которое есть в нашей семье, и о чем мы печемся, это чтобы все встали на ноги и действовали. Пока получается. Остается только правнучка, но я постараюсь дожить, хотя это выглядит уже нескромно. Мне 78 лет, скоро будет 79, просто ужасно. Получается так, что душа еще наполнена идеями, порывами, а телеса проклятые сдают. Я уже плохо хожу. Поэтому если я споткнусь, не удивляйтесь, это типичным уже стало.

Я очень рад, что здесь мы открываем выставку, в любимом всеми россиянами Петербурге. Россия не любила политику. И приятно, что выставка проходит именно в музее политической истории. Ирина тоже не любит политику, сколько я ее ни привлекал, мол, давай создавать новую партию — независимую, некарманную, которая была бы близка людям. Нет! Говорит, хватит нам одного эксперимента. Такой вот жесткий ответ. Что ж будем тянуть этот крест до конца.

Кстати

На открытии выставки «Раиса» выступил немецкий врач Бюхнер, который лечил Горбачеву. Он специально приехал в Петербург, чтобы сказать такие слова:

— Я лично повстречал Раису Горбачеву при печальных обстоятельствах, когда она попала в нашу больницу, она была серьезно больна, заболевание Раисы было ужасным. Мы собрали консилиум специалистов и сошлись во мнении, что единственным способом помочь Раисе была трансплантация. У нас даже был донор — член семьи — Людмила. Но, к сожалению, нам не удалось пройти этот путь до конца. Раиса умерла от своей практически неизлечимой болезни. Она была с нами восемь недель, и все это время ее сопровождал супруг Михаил Горбачев.

Несмотря на то, что она была серьезно больна и переносила тяжелые страдания, это никогда не мешало ей проявить весь свой шарм и всю свою открытость, характерную для ее личности. Она была профессор философии, и мы могли обсуждать с ней как философские, так и религиозные, и политические вопросы. Население Германии очень остро отреагировало на присутствие Раисы Горбачевой в Германии. Идеи Горбачева вдохновили немцев к объединению Германии. На фоне этих событий мы увидели не только Михаила Сергеевича Горбачева, но и эту прекрасную русскую женщину. Она была великолепным послом вашей страны, и мы чувствовали также что вдохновение и мысли Раисы Максимовны Горбачевой передавались вам в Россию. Я мог бы говорить о ней много. Ни мы, ни наши дети, ни наши внуки никогда не забудут ее.

Петербург

На снимке: Михаил Горбачев во время осмотра выставки «Раиса».

СМИ2
24СМИ
Рамблер/новости
Цитаты
Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Комментарии
Новости партнеров
СМИ2
24СМИ
Рамблер/новости
Новости
Медиаметрикс
Лентаинформ
НСН
Жэньминь Жибао
Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня