18+
пятница, 24 марта
Общество

В Гатчине построили нечто, типа адронного коллайдера

Правда, над таким сравнением сами ученые, ждавшие этого события с 1975 года, шутят и смеются

  
274

Сегодня, 28 декабря, в Гатчине под Санкт-Петербургом специальная комиссия принимала новый научный комплекс под названием Пучковый исследовательский корпусной (ПИК), или другими словами — высокопоточный, реактор. Вряд ли его название читателю — не физику — что-то объяснит, но по оценкам ученых — это уникальное сооружение.

О его сложности говорит хотя бы тот факт, что строительство реактора заняло больше 30 лет — строить начали еще в 1975 году. Правда, в 90-е годы проект фактически был заморожен — не было денег, но в начале XXI века финансирование потихоньку возобновилось. В 2008 году генподряд был передан холдингу «Титан-2», и сейчас гигантский физический «инструмент», стоимостью в несколько миллиардов рублей, практически готов к работе. А сооружен он на базе известного Петербургского Института ядерной физики (ПИЯФ) им Б. П. Константинова РАН.

«Свободная Пресса» связались с ученым секретарем ПИЯФ доктором физико-математических наук Иваном Митропольским и попросила его прокомментировать эпохальное по нынешним временам для России событие.

— Увы, этика, принятая в нашем институте, не позволяет мне давать комментарии вперед руководителя проекта Сергея Лавровича Смольского, — ответил он. — Но единственное, что я могу сказать — этот Высокопоточный реактор, созданный в нашем Институте, не уступает лучшим в мире исследовательским реакторам, а по некоторым параметрам превосходит их.

«СП»: — Некоторые телеканалы сравнили ваш ПИК с Большим адронным коллайдером, дескать, это наш — российский аналог?

— Да, я слышал эти утверждения и сильно смеялся. Во-первых, у европейского БАКа и нашего ПИКа — совершенно разные задачи. Коллайдер — это ускоритель заряженных частиц, в котором изучаются результаты их столкновений. А в российском реакторе ничего сталкивать не будут. ПИК станет источником нейтронов постоянного действия, а энергия этих частиц даст возможность изучать структуру вещества и происходящие в нем процессы. Во-вторых, в создании БАКа принимали активное участие и ученые нашего института. В третьих, наш ПИК в отличие от БАКа построен не «благодаря», а — «вопреки»…

Уточнил параметры сходства Анатолий Серебров, доктор физико-математических наук, профессор:

— Пуск ПИКа — это будет событие исключительно важное, показывающее, что существуют суперчастицы, и что есть новая физика. В зависимости от того, что на коллайдере найдут, это событие будет сравнимо с тем, что сейчас делают на коллайдере…

Вообще очень трудно ненаучным языком объяснить принцип действия нового реактора. Но можно повторить то, что написано в документации к реактору. Вот, например, самое популярное объяснение, которое получил корреспондент «Свободной Прессы»:

«Если вы хотите увидеть объект, вы должны его осветить. Если вы хотите рассмотреть детали объекта, вы должны его осветить „светом“ с длиной волны, равной или меньшей расстояния между интересующими вас деталями объекта. Для большинства твердых тел (или конденсированных сред) такие интересующие физиков детали (например, узлы кристаллической решетки) расположены на расстоянии нескольких ангстрем (десятитысячных долей микрона) друг от друга. Это означает, что для изучения структуры твердых тел нужен „свет“ с длиной волны порядка ангстрем. Такой „свет“ существует. Это — рентгеновские и гамма-лучи, а также пучки элементарных частиц, например, нейтронов…» И т.д.

Работники ПИЯФ считают, что реактор, сравнимый с ПИКом по параметрам нейтронных пучков, есть еще только в одном месте Земли — во Франции, в Международном Институте Лауэ-Ланжевена (ИЛЛ) в Гренобле. Более того, в ближайшие 10−15 лет ничего подобного в мире создано не будет.

Между тем потребность в нейтронах, как для научных исследований, так и для решения прикладных задач, говорят ученые, растет с каждым годом и прежде всего — со стороны промышленных лабораторий. Об этом говорит все более жесткий конкурс к постановке экспериментов на реакторе в Гренобле. Комитет политики ИЛЛ уже принял решение об ограничении квот желающим поработать на их реакторе. К тому же, в 2006 году закончился срок соглашения Минатома России и ИЛЛ, и теперь ученые из России могут работать на реакторе Гренобля лишь, как они выражаются, в «коллаборации» с коллегами из стран-членов ИЛЛ (при этом сами оплачивая пребывание).

Владимир Самсонов, директор ПИЯФ:

— Естественно, программа, которая закладывается у нас, во многом совпадает с той, что есть во Франции. Если посмотреть на то, кто там пользователи и заказчики времени работы на реакторе, то оказывается, что 50−60 процентов заказчиков — это фирмы, которые отрабатывают высокотехнологичную продукцию.

По прогнозам ученых, энергетический пуск ПИКа планируется произвести к 2011 году, еще год займет научная отладка параметров ПИК.


Из досье «СП»:

Петербургский институт ядерной физики (ПИЯФ) — один из крупнейших институтов РАН, в нем работает свыше 2000 сотрудников, в том числе 70 докторов и 250 кандидатов наук. Основные направления научных исследований: физика атомного ядра и элементарных частиц, физика конденсированного состояния, молекулярная и радиационная биофизика, физика реакторов и ускорителей.

СМИ2
24СМИ
Цитаты
Никита Кричевский

Доктор экономических наук

Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Комментарии
Новости партнеров
СМИ2
24СМИ
Рамблер/новости
Новости
Медиаметрикс
Лентаинформ
НСН
Жэньминь Жибао
Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня
;