18+
воскресенье, 11 декабря
Общество

«Мне позвонил командир дивизиона и сказал: «Ваш сын повесился…»

Страшная история солдата срочной службы Российской Армии Александра Оплачко, рассказанная его отцом

  
1465

В редакцию «Свободной Прессы» обратился Сергей Иванович Оплачко — отец погибшего в армии солдата. 31 января 2010 года к его дому в Донецке (Ростовская обл.) подъехал военный КаМАЗ, неизвестные люди в военной форме выгрузили у подъезда гроб и, ничего не объясняя, уехали.

В гробу оказалось тело сына Сергея Ивановича — рядового Александра Оплачко, призванного на срочную службу в конце ноября 2009 года. 3 февраля Александра похоронили. Военная прокуратура Владикавказа, где он служил, после заявления отца возбудила уголовное дело. Теперь остается надеяться, что виновные будут найдены и наказаны.

А пока приводим без изменений рассказ отца солдата Сергея Оплачко:

— Сын успел окончить первый курс университета по специальности «радиотехника», когда его призвали в армию. Служить он ехал с охотой, успокаивал меня, что год пролетит незаметно, тем более что отправляли его недалеко — в соседний Владикавказ. Последний раз я его видел на вокзале в Ростове-на-Дону 16 ноября.

Потом их привезли в воинскую часть, которая расположена в Пригородном районе Владикавказа.

19 ноября Александр отправил мне письмо, которое я получил 24 ноября. В нем сын рассказывал, что все замечательно: часть хорошая, командир тоже. Но уже через два дня — 26 ноября — все резко изменилось, и у меня дома раздался очень странный телефонный звонок. Звонил командир части капитан А. Юрченко. Он сказал: «Произошел несчастный случай, поговорите со своим сыном…» и включил громкую связь. Я услышал голос Саши, который больше был похож на хрип. Я понял только слова: «Папа, ты меня можешь больше не увидеть…». Я попытался его успокоить, но связь прервалась.

После этого я связался с командиром части, и он мне объяснил, что Саша предпринял попытку самоубийства, но ничего страшного нет, у него только незначительные порезы на руках и животе. Еще он мне также сказал, что дальше служить Саша не сможет, и его отправят домой. Однако через некоторое время принялся убеждать меня, что нужно продолжать службу. Хотя, если это действительно была попытка суицида, военнослужащего должны были немедленно демобилизовать.

Но я не уверен, а была ли это попытка? Забегая наперед, скажу, что на ладонях Саши я не обнаружил потом, когда привезли его тело, никаких порезов.

Уже тогда я предположил: Сашу приперли и порезали, представили все, будто это суицид, а когда зажило — посчитали, что инцидент исчерпан, и дело замяли. При этом отсутствуют какие-либо медицинские заключения и освидетельствования.

Еще мне тогда сказали, что приезжал в часть некий генерал и проводил разбирательство ЧП. Но на днях Юрченко мне сознался, что никакого генерала и разбирательства не было.

Сейчас я догадываюсь, что меня просто тогда обрабатывали, чтобы я после ЧП убедил Сашу продолжать службу.

Все это происходило до принятия присяги, в первые же дни службы. После присяги все вроде утихомирилось. Единственно, Саша звонил и жаловался на болезнь, говорил, что простудился, болит нога — растянул связки, прыгая с «Камаза», что в части нет лекарств, в госпиталь увозят только, если у человека температура за 40, а так лежат все поголовно в казарме. Но он был очень жизнерадостным человек, и говорил обо всем, шутя.

Вскоре, уже после Нового года его неожиданно перевели в другую часть Владикавказа. Мне тогда командиры ничего не объяснили, а сейчас убеждают, что перевели его туда, как… склонного к суициду.

Сам Саша мне позвонил и сказал, что та, старая часть, где его порезали — была еще терпимой. А эта… Короче, он сказал, что попал туда, откуда многие не выходят живыми или пропадают бесследно, что в части бесследно пропадают люди, бегут, кончают жизнь самоубийством, рассказал, что солдат бьют, заставляя звонить родителям и просить денег — в общем, надо отсюда как-то выбираться. Я пытался его убедить не делать этого, уж коль начал, надо дослужить до конца, дескать, потерпи, Сашок. Он терпел.

Мы с ним по телефону общались практически через день. Последний раз — 26 января. Тогда говорили особенно долго, и в конце он будто отрезал: «Меня командир дивизиона с помощником повесят…» По его интонации я понял, что это серьезно. На этих словах связь оборвалась, и больше я не смог до него дозвониться. На СМС он также не отвечал.

На следующий день вечером мне позвонил командир дивизиона (он так представился) и сообщил, что Саша сбежал из части.

Сначала мы с ним нормально разговаривали, но после того, как я рассказал командиру о последних словах Саши, он разозлился и стал кричать, что вся наша семья сумасшедшая и т. д. и потом бросил трубку. С утра я еще несколько раз ему звонил, но он отвечал одно: Сашу до сих пор не нашли. Но после обеда позвонил сам: «Ваш сын повесился», — сказал он мне.

Позже мне удалось связаться и поговорить с одним из сослуживцев Саши — их вместе перевели в эту часть. И он рассказал, что едва они с Сашей попали туда, их тут же обоих объявили суицидниками и начала прессовать по полной программе.

Саша был очень честным парнем и при последнем разговоре со мной возмущался: «Как это может быть, папа, когда командир мне говорит: у тебя украли, и ты укради, тебя ударили, и ты ударь…» Похоже, на него оказывалось серьезное психологическое и физическое давление.

У меня есть видеозапись и фотографии тела моего сына, на котором явно видны ушибы на руках и ссадина на губе. Все эти материалы я готов предоставить следствию, если оно, конечно, не будет спущено на тормозах. Пока следователь просил меня не вмешиваться в дело и поменьше звонить. «Вы признаны потерпевшим, — сказал он мне, — заведено уголовное дело…» Еще он пообещал, что 2−3 человека будут наказаны.

Но у меня лично очень много вопросов к командиру дивизиона. Например, он убеждал меня, что Саша, убегая из части, перемахнул через высокий забор. Но все последние дни сын мне жаловался, что потянул связки и еле ходит. Как он мог перемахнуть? Еще мне командир говорил, что якобы Сашу во Владикавказе отлавливали какие-то люди, чью машину он у себя в Донецке ударил в аварии, дескать, в часть прибыли люди, которые пытались с Саши выбить деньги на ремонт. С солдата… Еще он говорил, что Сашу они нашли повешенным в каком-то доме, что у него есть шрам на груди, которого на самом деле не было… Но его обнаружил, со слов сослуживца, военный патруль, повешенным на дереве в городском парке в полутора километрах от части. В общем — вранье на вранье.

Но главное, надо знать характер Саши — он был неисправимым оптимистом и никогда бы не наложил на себя руки. Это не только мое мнение, это мнение очень многих людей, которые его знали.

На его похороны пришли сотни жителей Донецка. А в городской церкви о. Глеб, выслушав все обстоятельства дела, решил отпевать Сашу по православному обычаю. А ведь церковь никогда бы не стала совершать этот обряд над самоубийцей.

Долго не могли доставить тело. А когда доставили, тут же ретировались, будто проводили военную операцию.

Следствие, возможно, будет разрабатывать версию «доведение до убийства», но я считаю, что в этой истории, все гораздо страшнее…

От редакции:

…Вот такой рассказ довелось нам услышать. Мы понимаем, что уголовное следствие только началось, и пока оно длится, никто нам ничего не станет говорить. Но мы обещаем читателям после окончания следствия вернуться к этой истории и продолжить разговор.

На фото: Александр Оплачко в армии и на гражданке.

Популярное в сети
Цитаты
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня