18+
суббота, 3 декабря
Общество

Кавказских девушек готовят в смертницы мастера дзэн-буддизма

Социологи — о происхождении женского терроризма на Кавказе

  
152

После недавних взрывов в московском метро Россия вновь вспомнила слово «шахидка». Но вспомнить — еще не значит понять и объяснить. «Свободная пресса» пыталась узнать, что думают российские ученые о корнях отечественного женского терроризма. Поразительно, но ученых, занимающихся «женским вопросом» применительно к Кавказу, удалось найти далеко не сразу. Выяснилось, например, что в Москве специалистов по этому вопросу вообще нет. Эксперты нашлись в Южном федеральном университете (Ростов-на-Дону), где на отделении регионоведения изучают, в том числе, и социологию горских народов. На вопросы «СП» ответил директор отделения этого университета Виктор Черноус:

«СП»: — Можно ли сказать, что женский терроризм имеет причиной социальные обстоятельства жизни на Кавказе?

— Сам по себе этот вопрос очень противоречивый. С одной стороны, для женщин-горянок (а если мы говорим о женском терроризме в России, то речь идет именно о горянках) такие самоубийства и саморазрушения никогда не были характерны. Никаких социокультурных корней такого поведения на Кавказе мы обнаружить не можем. Этого нет ни в культуре ислама, ни в культуре кавказских народов.

«СП»: — Тогда откуда же берется эта новая и страшная тенденция?

— Тут работает наложение нескольких факторов. Первый и основной — то, что та или иная женщина осталась без мужа или отца, реже брата. Они пали жертвой, по ее понятиям, несправедливости. Я бы не сказал, что такие женщины становятся изгоями — нет, многие из них, как недавняя смертница Марьям Шарипова, вполне благополучны и самостоятельны. Но они дезориентированы в жизни. Они не знают, как себя вести в связи с этим. Есть адаты — традиционные правила поведения в семье и в общине; есть шариат — нормы ислама, есть гражданские законы и современные светские правила. Очень часто все эти правила диктуют разные модели поведения, психика не выдерживает. И вот попавшая в беду, вырванная из традиционных связей женщина подвергается «индивидуальной работе» — в террористических центрах, которые появились на Кавказе в последние годы. Ей внушают, что нужно «мстить», и указывают, как именно.

«СП»: — А в чем выражается эта дезориентация?

— Возьмем самый основной момент — распределение ролей в семье. По нормам адата и шариата горская женщина должна быть в семье на вторых ролях. По современным законам она равноправна. А «по жизни» — в трудные периоды, то есть почти на всем протяжении ХХ века, многие горские женщины вынуждены тянуть на себе дом, часто и зарабатывать деньги, причем многие зарабатывают больше своих мужей. Для горянки это некоторый «разрыв шаблона». А когда мужчина гибнет? Традиция предписывает быть тихой вдовой, городская практика показывает возможность быть самостоятельной. А родственники желают чего-то третьего…

Более того, существуют ситуации, которые вообще являются безвыходными для горской женщины. Например, изнасилование. Здесь для опозоренной девушки прямой путь к непопулярному в исламе суициду — или к тому, чтобы стать смертником.

«СП»: — Даже такие методы применяются при подготовке террористов?

— В том числе. Хотя не думаю, что кто-то специально занимается такими вещами, чтобы подтолкнуть женщину на путь терроризма. Скорее, пользуются уже возникшими у женщин проблемами. В любом случае, к моменту попадания в террористический центр психика женщины уже надломлена. Происходит маргинализация — особенно у жертв военных конфликтов. И тут женщине объясняют, что хорошая дочь, хорошая жена должна отомстить за мужчину. И очень интересно, как именно это объясняют женщине. Медикаментозное зомбирование, судя по всему, применяется — но далеко не так активно, как об этом многие говорят. По нашим данным, более распространены практики чань (дзэн)-буддизма по контролю за самосознанием — они искусно слиты с исламскими. Вы думаете, просто так выдвинулся Саид Бурятский, выходец из буддистского региона? Есть и другие телесные практики — впрочем, к несчастью, для ученых исследовать террористический центр — еще более сложная задача, чем для спецслужб.

«СП»: — Выходит, что женщины-шахидки — не массовое явление?

— Я бы, во-первых, не стал говорить слова «шахидки» — вы же знаете, что для мусульман это похвальный эпитет. Террористки-смертницы. Так вот, таких женщин всего несколько десятков — из нескольких миллионов горянок. Действительно, мы полагаем, что это явление не имеет глубинных социальных причин, а относится скорее к сфере социальной психологии. Попавшие в проблемные ситуации — потерявшие мужей, отцов, детей — женщины становятся объектом целенаправленной работы — и вот результат. Сам по себе женский терроризм у нас «не растет».

«СП»: — То есть, получается, террористические центры работают на высоком профессиональном уровне?

— Я бы сказал наоборот: это у нас недостаточно эффективно работают. Участь женщины, попавшей в такую трагическую ситуацию — сложна, чтобы работать с этим, нужна хорошая психологическая подготовка, нужны ресурсы, чтобы помочь. А у нас даже спецслужбы, насколько я знаю, не слишком заботятся изучением этого вопроса — только так, по оперативным каналам и исключительно в тактических целях. А вопрос вполне стратегический, требующий долгого и кропотливого решения, системного анализа.

И раз государство такие проблемы не решает — не поддерживает этих женщин, а наоборот, иногда, создает им проблемы — вдовы становятся ресурсом для террористических центров. А уж кто потом заказывает теракты — вопрос совершенно отдельный. К участи женщин это уже не имеет отношения.

«СП»: — Кто больше, по-вашему, подвержен риску «вербовки» — сельские или городские девушки-горянки?

— Мы только работаем над получением социального портрета кавказской женщины, но уже сейчас можно сказать, что городские и сельские горские девушки сильно отличаются друг от друга. Однако и те, и другие примерно одинаково подвержены рискам в случае личной или семейной трагедии. Тут проследить сложно. Вообще, на Кавказе ученые недавно занялись гендерными проблемами. Но семья и община у горских народов — до сих пор тема, закрытая от чужаков, поэтому собирать материал крайне сложно. Некоторых аспектов не знают и спецслужбы.

«СП»: — И все-таки: почему не мужчины, как часто происходит в арабских странах, а женщины?

— Знаете, в Чечне, когда пытаешься найти ответ на этот вопрос, отшучиваются, вспоминая анекдот о правоверном мусульманине, который шел по горной дороге позади своей жены. Мулла спрашивает его, почему он так идет, ведь по Корану мужчина должен быть впереди. «Когда Коран писали, дороги не минировали» — был ответ. Вот такие мудрые и осторожные нынче на Кавказе мужчины…

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня