18+
вторник, 6 декабря
Общество

Абитуриенты стали «приемышами»

Российское высшее образование медленно дрейфует в непонятную сторону

  
24

Одна из привилегий вузовского преподавателя в России — длинный летний отпуск, он же каникулы — потихоньку уходит в прошлое. По крайней мере, для тех профессоров и доцентов, кто участвует в работе приемной комиссии. Так, в МГУ ключевые члены таких комиссий в этом году отпуска практически не увидят — одна неделя в августе, которая остается свободной от забот, связанных с приемом и зачислением, конечно не в счет.

«То, что приемные комиссии вузов стали зашиваться от наплыва абитуриентов — очень понятно, — рассказали „СП“ в агентстве „РейтОР“, занимающемся исследованиями образовательной сферы в России. — Если раньше большинство абитуриентов подавало заявление в 1, много — два-три вуза. А сейчас, хотя у нас и ограничение на подачу заявлений в не более, чем 5 вузов и на 3 специальности в каждый из них, это все равно выходит по 15 заявлений от одного абитуриента. Миллион абитуриентов — 8 — 15 миллионов заявлений».

Такой аврал напрямую связан с реформой системы поступления в вузы, которая для России стала уже привычным делом. «За последние пять лет не было ни разу, чтобы правила поступления оставались неизменными в течение хотя бы двух приемных кампаний», — констатирует один из преподавателей филологического факультета МГУ, ежегодно участвующий в работе комиссии.

Отметим, что Московский государственный университет с его сохраняющейся системой приемных экзаменов — островок консерватизма среди большинства российских институтов, университетов и академий, где реформы, связанные с внедрением Единого госэкзамена (ЕГЭ), каждый год вгоняют в панику и преподавателей, и абитуриентов.

Добавить к этому окончательный переход с советской системы дипломированных специалистов на «болонскую» схему «бакалавриат + магистратура» — и мы получим картину практически тотальной перетряски российской высшей школы. И это даже если не вспоминать о реформе финансирования бюджетных организаций, к числу которых относится большинство вузов страны.


ЕГЭ подкрался незаметно

Вообще-то, приемная кампания-2010 для российских вузов уже третья, проводимая под знаком ЕГЭ — и вторая после окончательного утверждения единого госэкзамена в качестве безальтернативного вступительного. Отметим в скобках, что эта безальтернативность уже «аукнулась» тем из выпускников школ «до эпохи ЕГЭ», кто по тем или иным причинам не стал сразу поступать в вуз: теперь возможность получения ими высшего образования крайне сомнительна, а перспективы поступить — туманны.

Поскольку классического конкурса после введения ЕГЭ в большинстве российских вузов уже нет, отмечают специалисты агентства «РейтОР», оценивать можно только «псевдоконкурс», отношение числа поданных заявлений к числу бюджетных мест. Пока что эти цифры обнародовали лишь около 10% вузов. Полная информация будет известна лишь к сентябрю. Хотя ректораты обязаны публиковать такую информацию, они чаще всего задерживают.

В этом году, однако, набор по ЕГЭ сочетается с другой тенденцией — демографической «ямой», которая добралась и до вузов. В 2010 году в институты поступает поколение, рожденное в 1991−93 годах, а эти годы были временем наибольшего демографического провала в новейшей истории России. «Школы мучались с недобором больше 10 лет, теперь настала очередь вузов», — констатирует декан философского факультета МГУ Владимир Миронов. В самом университете, где еще сохраняется классический конкурс, в этом году за одно место соревновались в среднем 5 человек, тогда как в 2009 году конкурс составлял 7 человек на место.

Из-за демографического спада многие вузы, как сообщает «Российская газета», вынуждены принимать молодых людей с более низкими результатами. Об этом изданию сообщил проректор Высшей школы экономики Григорий Канторович. «Спад очень заметен. И, думаю, что всякие попытки вузов переиначить всякие правила, задержать абитуриента, в том числе и неправильными путями, связаны с тем, что вузы это почувствовали. В том году даже нормальные, среднего уровня вузы, не добрали и на бюджетные места, а что касается баллов, с которым они были вынуждены брать абитуриентов… У нас за 80 стоял, а они брали с 40. Какой потом инженер из них получится?» — беспокоится Канторович.

«Сильнее всего почувствуют (недостаток абитуриентов) средние вузы и в меньшей степени слабые, потому что слабые абитуриенты понимают, что им только в слабые вузы идти. А вот средние, куда будут страховаться сильные ребята, они, скорее всего, могут почувствовать недостаток», — отметил проректор.

Ранее, напомним, министр образования и науки Андрей Фурсенко заявлял, что в ближайшие годы количество студентов сократится на 2 млн человек, а продлится «демографическая яма» до 2020 года. «Каждый выпускник высшего учебного заведения будет на вес золота», — обещал Фурсенко.

Есть, однако, в России регионы, где по-прежнему не вузы борются за студентов, а студенты за места. Речь идет от студентах из национальных республик и местах в московских вузах, а также Южном федеральном университете, созданном недавно на основе Ростовского госуниверситета. В борьбе за высокий балл по ЕГЭ ребята и их родители регулярно пытаются организовать подсказки на экзаменах или вовсе «нарисовать» требуемый балл по дружбе или по-родственному.

Так, 22 июля появились сообщения от прокуратуры республики Адыгея: в одной из школ города Майкоп, столицы республики, зафиксированы многочисленные нарушения. По результатам проверки записей камер видеонаблюдения, установленных в классах, было выяснено, что педагоги и наблюдатели систематически нарушали правила проведения госэкзамена, в частности, покидали класс, сообщает «Интерфакс».

На записи, которая попала в поле зрения прокуроров, видно, как директор государственной аттестационной комиссии получил некие файлы, в которых предположительно находились бланки с готовыми решениями заданий. К тому же в день проведения экзамена — 7 июня — был зафиксирован факт передачи денег заместителю директора школы некими лицами. В связи с этим фактом к проверке подключился ОБЭП.

Кстати, если судить по высказываниям главы Российского совета ректоров, ректора МГУ Виктора Садовничего, вышеуказанная причина стала одной из решающих, когда Московский университет принял решение бороться за особый порядок поступления. В результате, главный вуз страны по-прежнему проводит приемные экзамены — как и еще несколько наиболее элитарных университетов и институтов, таких, как МФТИ, СПбГУ и ряд других.


Куда бежит «Болонка»

Второе радикальное новшество приемной кампании-2010 — то, что Россия в этом году окончательно перешла на так называемую «Болонскую систему» двухуровневого высшего образования. То, что страна будет со временем приводить высшую школу к европейской конфигурации «бакалавр + магистр», было решено едва ли не в 90-х годах, и эта унификация проводилась на протяжении двух президентских сроков Владимира Путина с удивительной настойчивостью. В отличие от других, куда более важных, на первых взгляд, реформ, эту правительство все-таки «продавило», несмотря на отчаянное сопротивление ректорского корпуса во главе с всё тем же Садовничим. Одна из популярных версий объясняет эту настойчивость тем, что реформа высшей школы была уступкой России по отношению к международным финансовым организациям, когда страна в 90-е годы брала у них крупные кредиты по различным программам сотрудничества.

Среди достоинств двухуровневой системы теоретически называют возможность дифференцированной по уровню подготовки: хочешь — становись магистром, если это не нужно — оставайся бакалавром. На практике это требует коренного изменения учебных программ, чтобы бакалавриат из нынешнего «незаконченного высшего» стал действительно работающим уровнем образования. Пока о таком изменении, пусть и в планах на ближайшие годы, почти не говорят.

При этом адаптация программ — вполне косметическая — все-таки проводится, причем в авральном порядке: преподаватели МГУ рассказывают истории о том, как по требованию из ректората в считанные дни перекраивались «под бакалавриат» курсы, которые читались на факультетах уже многие годы, если не десятилетия. И насколько удачно они перекроены — покажет, что называется, практика, хотя преподаватели уже сомневаются.

Есть, правда, у «болонки» — так шутливо-ругательно обозначают новую систему преподаватели — и бесспорные достоинства. Это, прежде всего, упрощение нострификации (признания) дипломов российского образца за границей. Учитывая, что студенты множества российских вузов с ранних курсов готовятся к эмиграции (таковы, например, настроения на химическом, биологическом факультетах МГУ, в МФТИ, РГГУ, некоторых факультетах ВШЭ), им подобное облегчение придется очень кстати. Правда, как такая тенденция сочетается с официальной позицией российских властей на сохранение научных кадров и привлечение уже уехавших из-за рубежа — непонятно.


Предпродажное укрупнение

Третий процесс — реформа финансирования бюджетных вузов с тем, чтобы оптимизировать финансовую нагрузку на государство, то есть снизить расходы на их содержание — также идет уже много лет. Если в 90-е годы система государственных вузов, пусть при мизерном финансировании, все равно сохранялась в почти неизменном виде, то в «стабильные» нулевые начался активный поиск путей оптимизации.

Одно из главных направлений этой тенденции — укрупнение вузов до федеральных университетов (предполагалось, что такие университеты будут созданы по одному на каждый федеральный округ, то есть всего 7). Такое удалось проделать в Южном федеральном округе — поскольку там имелся очевидный лидер, университет Ростова-на-Дону.

Следующая «партия» федеральных университетов также создается на базе лидирующих в своих округах вузов. Как отмечено в указе президента РФ от 21 октября 2009 года, Северный (Арктический) федеральный университет будет создаваться на базе Архангельского государственного технического университета; Приволжский федеральный университет — на базе Казанского государственного университета имени В.И.Ульянова-Ленина, Уральский федеральный университет — на базе Уральского государственного технического университета — УПИ имени первого президента России Б.Н.Ельцина; Дальневосточный федеральный университет — на базе Дальневосточного государственного университета; Северо-Восточный федеральный университет — на базе Якутского государственного университета имени М.К.Аммосова.

Однако здесь укрупнение может и забуксовать, либо ухудшить ситуацию в высшем образовании данного округа. Дело в том, что в каждом из перечисленных округов, кроме, может быть, Дальневосточного, имеется немало университетов-конкурентов с не менее сильными традициями. Особенно это заметно в Приволжском округе, где, помимо Казанского госуниверситета, имеется, например, Нижегородский, и на Урале, где существуют и Екатеринбургский госуниверситет, и Оренбургский, и Пермский…

К тому же создание новых федеральных университетов сопровождается часто невиданными по масштабу вложениями, эффективность которых может быть сравнима с вложениями в олимпийские стройки Сочи. Так, во Владивостоке, по словам губернатора края Сергея Дарькина, в федеральный университет планируется вложить около 100 млрд рублей. При этом для оздоровления ситуации и доведения до требуемого состояния существующего во Владивостоке университета могло бы, по словам его сотрудников, хватить и вдесятеро меньшей суммы.

Наряду с этими процессами, все более ощутимо стареет материальная база нынешних университетов — при том, что по некоторым направлениям, например, по компьютерному парку, имеется очевидный прогресс. Однако дорогие и специализированные устройства — например, физические и химические лабораторные агрегаты — уже поставляются с некоторыми проблемами. А на обеспечение работы лабораторий и на экспедиции студентов с каждым годом отпускается все меньше денег.

Причем за этот уменьшающийся денежный поток университетским преподавателям приходится подписывать с каждым годом всё больше бумаг. Так, например, если 10 лет назад участники экспедиций в МГУ просто утверждались руководителями экспедиции, то сейчас требуется громоздкая процедура согласования, чтобы получить суточные. К тому же одной из главных забот руководителя экспедиции стал сбор чеков и последующая сдача их в бухгалтерию — аналогично корпоративным командировкам. Вот только между командировкой в коммерческой компании и студенческой экспедицией или практикой имеется некоторая важная, хоть и трудноформализуемая, разница.

Итак, с каждым годом система образования подстраивается так, чтобы как можно эффективнее расходовать государственные средства. Иными словами — чтобы уменьшить количество денег, передаваемых в расчете на каждого студента или преподавателя. Чем это обернется в ближайшие годы, когда вузы начнут выпускать «поколение ЕГЭ», пока непонятно. Но преподаватели уже свидетельствуют: катастрофически падает заинтересованность студентов в чем-либо, кроме оценок и зачетов. Еще бы: для создания подобной заинтересованности вуз должен представлять собой не «машину для подготовки кадров», а культурное пространство, позволяющее почувствовать себя защищенным и окруженным друзьями, а не конкурентами. Видимо, сейчас такое пространство считается излишней роскошью…

Между тем, пока российское высшее образование мучительно ищет себя, нынешние абитуриенты обращаются к наиболее практичным профессиям. Причем предпочтения будущих студентов зависят в немалой степени от региона страны и уровня престижности вуза. Абитуриенты, поступающие в столичные институты и университеты, настроены на мощный рывок в верхи общества — по словам ректора МГУ Виктора Садовничего, наибольший конкурс был на факультетах экономическом, госуправления, а также иностранных языков и регионоведения. На эти факультеты первоначально приходилось до 40 человек на одно место — правда, после того, как отсеялись слабейшие конкурсанты, итоговая цифра упала ниже 10. Несложно заметить, что в самые популярные попали те факультеты, на которых готовят чиновников, менеджеров высокого класса или специалистов по работе с иностранцами. Остальные факультеты — в частности, факультеты вычислительной математики и кибернетики, философии, политологии, мехмат и биофак — отстают от вышеперечисленных.

Среди прочих же регионов и вузов — там, где думают не о блистательной карьере, а о достойной работе — резко и неожиданно вырос конкурс в медицинские учебные заведения. Так, по состоянию на 15 июля 2010 года в вузы Минздравсоцразвития России поступило на 33,5% больше заявлений, чем за аналогичный период в 2009 году, сообщает пресс-служба министерства. Всего подали заявлений 128321 абитуриентов. Причем на 30% выросло количество заявлений от абитуриентов, которые имеют право на внеконкурсное поступление.

«Очевидно, что интерес к медицинскому образованию растет», — отметила министр Татьяна Голикова. Видимо, дело в том, что профессия врача — одна из немногих необходимых даже во времена глобальных катаклизмов. Если родители и дети решают обратиться именно к ней, невзирая на связанные с врачебным ремеслом кровь и трудности — значит, в воздухе и вправду висит что-то очень нехорошее.

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня