Общество

«Трехгорка» придала путинскому «Народному фронту» новую идею

На московской мануфактуре протесты рабочих неожиданно возглавил «официальный» профком

  
50

Легендарная в советской истории «Трехгорная мануфактура» находится на Рочдельской улице — названной так когда-то по британскому городу, пионеру мирового профсоюзного и кооперативного движения. Около главного здания фабрики — небольшой сквер, как будто придуманный специально для умеренного масштаба демонстраций. В понедельник там митинговали около десятка сотрудников фабрики, протестовавших против закрытия на ней прядильного производства.

— Мы не экономисты, но понимаем, что наше производство может быть более чем конкурентоспособным, мы можем работать самый высококачественный товар — было бы сырье и желание хозяев, — говорят митингующие. В сворачивании «Трехгорки» они обвиняют главного собственника фабрики, Олега Дерипаску (логичнее, конечно, чтобы владельцем мануфактуры, называвшейся при царе Прохоровской, был другой олигарх, но что есть, то есть).

Заметим, что еще в 2008 году с «Трехгорки» в Гаврилов Ям Ярославской области вывели все ткацкое производство. Это обошлось без громких акций протеста. Точно так же, почти беззвучно, выводят и ликвидируют десятки других промышленных предприятий в столице, организуя на их месте бизнес-центры, комплексы апартаментов или складские помещения. Но именно на «Трехгорке» и именно весной 2011 года произошло почти неслыханное — протест рабочих возглавил профком предприятия, головная организация Профсоюза реботников текстильной промышленности.

Это не один из тех независимых профсоюзов, которые уже лет десять доставляют немалую головную боль автомобилестроителям, угольщикам и некоторым другим владельцам предприятий. Это составная часть системного и лояльного властям и бизнесу ФНПР — наследника столь же лояльного советского ВЦСПС. То, что они — во главе с председателем профсоюза текстильщиков Татьяной Сосниной — вышли на улицу, крайне примечательно.


Ситуация, послужившая поводом для митинга, типична для российской промышленности последнего десятилетия. «Это был рейдерский захват» — утверждает Мария Ивановна, член профкома «Трехгорки». По ее словам, в декабре 2010 года на фабрике сменилось руководство — в один прекрасный день сотрудники увидели на проходной новых охранников, а пускали внутрь только по спискам.

«Те, кто был в особом списке, могли войти на фабрику только после индивидуальных переговоров с новой дирекцией, — подчеркнула Мария Ивановна. — Это обычно были управленцы. Но и простые сотрудники очень скоро заметили перемены».

Буквально за несколько месяцев, как говорят сотрудники прядильного производства, их загрузка снизилась с 80% до 30% от нормы. Причина — перебои с сырьем, которое в прошлом году резко подорожало. «Мы можем делать нитки самых высоких номеров, вплоть до 130−150″, — поясняет молодой технолог Никита. — Только дайте нам сырье! Хотя, конечно, понятно, что владельцам фабрики нужны только квадратные метры, а на производство плевать».

«Мы живем в реальном мире, и любой собственник будет стремиться прежде всего к экономической эффективности, — приводит доводы дирекции заместитель генерального директора Наталья Большакова. — Поэтому прядильное производство, после тщательного анализа его рентабельности и перспектив, было решено сократить». Отдельно Большакова подчеркивает, что финальную часть технологического цикла — набивку тканей — выводить и сокращать никто не собирается. Как и швейный цех, и дизайн-центр, сейчас загруженный на полную катушку и постоянно обновляющий линейки продукции.

В сухом остатке — уведомления, розданные работникам, о грядущем сокращении штатов. «Владельцы у нас богатые, выделили приличные деньги, чтобы мы не возмущались», — шутит Мария Ивановна. Наталья Большакова подтверждает: расставаться с работниками фабрики решено по-хорошему, путем сокращения штатов (цена вопроса — две месячные зарплаты на каждого работника в качестве выходного пособия; на большинстве предприятий из-за этого крайне неохотно идут на формальное сокращение штатов). Более того — есть и дополнительные компенсации в размере трехмесячной зарплаты.

Стоит еще раз подчеркнуть — в данном случае речь идет о чрезвычайно цивилизованном, по российским меркам, поведении работодателя. Во многих куда худших случаях дело обходилось и обходится без публичного протеста работников — но не на «Трехгорке».

Что касается оборудования и площадей, высвобождающихся от прядильного производства — они будут так или иначе реализованы, говорит Большакова. «То оборудование, которое можно продать, будет продано — так поступил бы любой рачительный хозяин. А помещения, возможно, сдадут в аренду».


На прямой вопрос: «Чего же они хотят, по-вашему?» — Наталья Большакова ответа не нашла. «Может быть, они и сами не знают», — предположила зам. гендиректора. Однако протестующие — знают: профсоюз текстильщиков требует сохранить в Москве прядильное производство, не сокращать персонал и в целом — на уровне государства поддержать текстильную промышленность. «Это, несомненно, вопрос национальной безопасности», — говорит Татьяна Соснина.

Заметим, что еще недавно — когда только сменилась команда управленцев на фабрике, но о сокращении персонала еще не было официально объявлено — профком «Трехгорки» сохранял нейтралитет во время акций протеста неформальной рабочей оппозиции. «Ну, у нас тогда еще не было уведомлений, не было и повода», — поясняет Соснина.

Почему же боевой дух официального профсоюза проснулся именно сейчас? Одна из версий имеет отношение к недавно созданному Владимиром Путиным «Народному фронту»: его название упоминается в манифесте акции протеста. Возможно, таким образом члены этого «фронта» — а в него вступило и руководство ФНПР во главе с Михаилом Шмаковым — пытаются показать свою решимость защищать интересы самых широких народных масс.

«Случаев, чтобы ФНПР поддерживало или оранизовывало акции протеста рабочих, я почти не припомню, — говорит депутат Госдумы от КПРФ Валентин Романов. — Шмаков никогда не ввязывается в принципиальные конфликты, тем более с олигархами». Поэтому нынешняя акция текстильного профсоюза кажется ему «мимикрией». «Я слабо верю, что это новая принципиальная линия профсоюзных боссов. Они давно подчинились крупному капиталу», — подчеркивает Романов.

«Я вам расскажу один случай на ЗиЛе, тоже крупнейшем московском предприятии, — говорит Сергей Бийц из движения „Рабочая демократия“. — Там всегда был тихий и мирный профком, председатель которого состоял в Совете директоров и получал соответствующую зарплату. Однако совсем недавно на ЗиЛе прошла реорганизация, профсоюзного лидера вычистили из совета директоров — и профсоюз немедленно стал очень и очень боевым, протестным».

Вроде бы, это весьма правдоподобная версия — профсоюз текстильщиков, которому решили «оптимизировать» финансирование, немедленно вспомнил о своем титульном назначении и включился в рабочий протест. Пользуясь, к тому же, моментом для пиара новоучрежденного «Народного фронта». Однако и в этой версии вяжется далеко не всё.

«Мы заявляли митинг на 1000 человек, нам отказали, — рассказывает Татьяна Соснина. — На 200 человек — тоже отказали. Разрешили только пикет на 10 человек, и вот теперь мы стоим в нем посменно, благо время не ограничено». Место пикета охраняет от прохожих и журналистов служба безопасности «Трехгорки». Как говорит Мария Ивановна, профком мог бы организовать многолюдный митинг у метро «Улица 1905 года», — но зачем, если есть родная, собственная территория, где и происходят основные «безобразия»?

Итак, правоохранители фактически не санкционировали митинг официальному профсоюзу «Трехгорки», и это во многом подрывает версию о спланированной пиар-акции. Как бы ни хотелось верить в привычные за последние годы схемы, реальность на глазах становится сложнее и непонятнее.

«Москва представляет для властей особый интерес — сомнений нет, — комментирует Валентин Романов. — Во всех отношениях — в политическом, в финансовом, экономическом, культурном. За удушением крупных промышленных предприятий в городе стоят не только финансово-экономические интересы тех или иных крупных бизнесменов, но и скрытая стратегическая цель, в которой никто, конечно, не признается. Удушая производство в Москве, власти удушают ту социальную базу, которая при определенных обстоятельствах могла бы обозначить свою волю. Они боятся организованного рабочего класса».

Фото автора

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Юрий Першиков

Политолог

Андрей Грозин

Руководитель отдела Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ

Сергей Марков

Политолог

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня